WWW.NEW.Z-PDF.RU
БИБЛИОТЕКА  БЕСПЛАТНЫХ  МАТЕРИАЛОВ - Онлайн ресурсы
 

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Дифференциация ответственности и проблемы юридической техники в уголовном праве и процессе Сборник научных статей Ярославль 2002 ББК Х 628.1я43 Д 50 ...»

-- [ Страница 2 ] --

Поэтому в рамках уголовного права представляется возможным рассмотреть мантию судьи: а) как символ правосудия, б) как символ принадлежности к числу лиц, особо защищаемых уголовным законом, в) как символ государственной власти в судах, что еще раз подтверждает многозначность правового символа .

Использование судейской мантии и другой форменной одежды в преступных целях расценивается законодателем как обстоятельство, отягчающее наказание, но можно предположить, что посягательства на лиц, ее носящих, также могут быть отнесены законодателем к числу таких обстоятельств, так как в них больше дерзости: виновный сознает, что совершает преступление в отношении представитеСм., например: Гуценко К.Ф., Ковалев М.А. Правоохранительные органы. М., 1997. С. 63; Зинатуллин 3.3., Зинатуллин Т.З. Правосудие, его содержание и формы реализации по уголовным делам // Нормотворческая и правоприменительная техника в уголовном и уголовно-процессуальном праве. Ярославль,

2000. С. 153 .

См., например: Уголовное право России. Часть Особенная / Под ред .

Л.Л. Кругликова. М., 1999. С. 677; Лобанова Л.В. Преступления против правосудия: теоретические проблемы классификации и законодательной регламентации. Волгоград, 1999. С. 27-28 .

Лобанова Л.В. Указ. соч. С. 25 .

ля власти, а значит, наиболее зримо подрывает его авторитет и авторитет власти в целом .

Кроме того, подобные преступления могут целенаправленно причинить вред и самому символу этой власти, что вносит дисгармонию в общественные отношения, а потому посягательство на форму тоже должно рассматриваться как преступление. Однако в российском уголовном законе такая норма отсутствует. Между тем в зарубежном уголовном законодательстве она есть. В частности, по Уголовному кодексу Испании ответственность наступает за открытое или необоснованное использование официальной форменной одежды (ст. 637 УК)37. Данные деяния относятся к числу проступков против общественного порядка .

На наш взгляд, такое выделение формы в качестве предмета самостоятельного преступления заслуживает внимания, поскольку последняя символизирует власть, а авторитет власти должен находиться на достаточно высоком уровне. Для поддержания этого уровня и призвано уголовное право .

Н.О. Дулатбеков (Институт актуального образования «Болашак» Республики Казахстан) Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление Одним из принципов наказания является его соразмерность совершенному общественно опасному деянию. Наказание не должно быть чрезмерным или недостаточным, в противном случае оно не будет эффективным средством воздействия на лицо, совершившее преступление. Степень достаточности наказания определяется его мерой. Последняя учитывается казахстанским законодателем в конструкции статьи Уголовного кодекса и определяется его пределами верхним и нижним. Исходя из фактических обстоятельств уголовного дела, суд определяет конкретную меру ответственности и назначает наказание в рамках уголовно-правовых санкций закона. Как виСм.: Уголовный кодекс Испании / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Ф.М. Решетникова. М., 1998 .

дим, уголовное наказание в Республике Казахстан небезразмерно и имеет четкие границы в отличие от некоторых зарубежных стран, где допускается применение нереальных сроков лишения свободы (300 – 400 лет), например, путем сложения нескольких наказаний .

Существует несколько способов установления пределов уголовного наказания. Дело в том, что мера, определяющая объем кары (ограничений), в законе выражается по-разному - в виде сроков (лишение свободы), размеров (штраф), количества (дополнительное наказание), вида режима (общий, строгий, особый), вида наказания .

Такое многообразие выбора в средствах воздействия на виновное лицо не случайно, оно существенно облегчает работу суда и позволяет ему более эффективно персонифицировать уголовную ответственность в соответствии с индивидуальными особенностями преступлений и личности .

Диспозициями норм Общей части Уголовного кодекса Республики Казахстан (далее - УК РК) установлены ограничения в применении наказаний в виде:

1) исчерпывающего перечня основных и дополнительных наказаний;

2) минимальных и максимально допустимых сроков или размеров наказания;

3) исчерпывающего перечня видов режима исправительных учреждений .

Отсюда мы видим, что никакие другие виды воздействия при осуждении к виновному лицу не применяются: также однозначно регулируется выбор режима отбывания наказания. Оба способа установления пределов уголовного наказания являются жесткими и не подлежат корректировке. Пределы сроков и размеров наказаний установлены персонально по видам наказаний в соответствующих статьях Уголовного кодекса (ст. 40-51, 79). Однако эти пределы носят не абсолютный характер и допускают отдельные отступления .

Последние предусмотрены: а) в санкциях статей Особенной части Уголовного кодекса и б) и в некоторых статьях Общей части УК (например, ст. 53, 56, 58, 60 УК РК) .

Санкции статей индивидуализируют ответственность в виде наказания применительно к конкретным составам преступлений, отдельные нормы Общей части УК вносят коррективы в пределы наказаний соответственно особенностям некоторых уголовно-правовых институтов. Например, следует отличать ответственность по оконченным составам преступлений и неоконченным; лиц, активно способствующих раскрытию преступлений, раскаявшихся и, наоборот, не раскаявшихся в содеянном .

Особым случаем изменения пределов наказания является возможность назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом за конкретное преступление. По смыслу ст.

55 УК РК суд имеет право:

1) назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК;

2) назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрено статьей Особенной части УК;

3) не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного .

Как видим, только три упомянутых последствия могут возникнуть в результате такого отступления от общих правил установления пределов наказания. Конечно, есть еще более радикальный способ смягчить уголовную ответственность - путем полного освобождения от нее или условного осуждения. Однако названный способ реагирования на деяние виновного лица не изменяет пределы наказания, установленные уголовным законом .

Следует различать общие пределы наказания, установленные нормами Общей части Уголовного кодекса, и пределы, определенные санкциями статей Особенной части. Если последние изменимы, то первые не могут корректироваться судом. Так, например, суд не может назначить наказание в виде лишения свободы сроком менее шести месяцев, однако имеет право смягчить его по сравнению с размерами уголовно-правовой санкции статьи .

Назначение наказания ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК, означает установление судом сроков или размеров более мягких, чем указано в санкции, применимой к конкретному преступлению. Поэтому этот способ реализации уголовной ответственности не используется при назначении наказаний, выражающихся другими критериями измерения, например: при пожизненном лишении свободы, смертной казни, лишении специального, воинского или почетного звания, классного чина, дипломатического ранга, квалификационного класса и государственных наград, конфискации имущества .

Как известно, большинство санкций в Уголовном кодексе являются альтернативными, т.е. допускающими применение на выбор нескольких видов наказаний. Второй способ снижения нижних пределов наказания как раз заключается в том, что суд может в отдельных случаях не ограничиваться этим регламентированным перечнем. Такое допустимо в отношении всех видов наказаний .

Третий способ, заключающийся в возможности неприменения дополнительного наказания, предусмотренного уголовно-правовой санкцией в качестве обязательного, позволяет отказаться от необходимости усиливать уголовную ответственность с помощью факультативных средств воздействия на правонарушителя. Суд смягчает ответственность, ограничиваясь основным наказанием .

В свете изложенного представляется, что все три способа смягчения наказания всеобъемлющи, т.е. позволяют максимально учесть все возможные жизненные ситуации, и поэтому они достаточно эффективны в применении .

Смягчение уголовного наказания в сравнении с санкциями отвечает принципам гуманизма и экономии уголовной репрессии, позволяет индивидуализировать ответственность с учетом всех обстоятельств дела. В связи с этим немаловажное значение имеет выяснение именно такого круга обстоятельств, которые влияют на решение вопроса о возможности использования этого института, т.е .

служат основаниями для применения. Закон называет в качестве оснований наличие исключительных обстоятельств, под которыми он понимает такие обстоятельства, которые существенно уменьшают степень общественной опасности совершенного уголовнопротивоправного деяния. Эти обстоятельства могут быть связаны с целями и мотивами деяния, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также заключаться в активном содействии участника группового преступления раскрытию совершенных группой преступлений. Из диспозиции статьи видно, что перечень обстоятельств, признаваемых исключительными, не является исчерпывающим. Исключительными могут быть признаны как отдельные смягчающие обстоятельства, так и совокупность таких обстоятельств .

Для начала рассмотрим перечень смягчающих обстоятельств, выделенных в законе в ст. 53 УК РК .

Совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств менее опасно по сравнению с обычным преступлением потому, что:

1) у виновного лица отсутствует судимость;

2) оно совершает преступление небольшой тяжести;

3) его деяние обусловлено случайным стечением обстоятельств .

Первые два обстоятельства характеризуют деяние и личность обвиняемого как менее опасные, однако не содержат в себе элемента исключительности. Такие факты случаются на практике достаточно часто. Что же касается третьего пункта, то наличие случайного фактора, сопутствующего преступлению виновного, действительно может расцениваться судом как исключительное обстоятельство, конечно, в зависимости от того, насколько оно является определяющим в поведении названного лица, т.е. насколько случай доминирует над сознательным поведением обвиняемого и насколько последний находится в зависимом положении от него. Такими случайными факторами могут быть, например, «особое невезение», «рок» .

Несовершеннолетие виновного само по себе не говорит об исключительности обстоятельств. Для этого необходимо иметь дополнительный критерий, характеризующий субъект преступления с точки зрения его возрастных качеств, раскрывающих физическое и психическое состояние личности. Например, явное отставание в умственном развитии, полная несамостоятельность в поведении, абсолютное неумение оценивать собственные действия, склонность к подражанию и т.п .

Беременность рассматривается как смягчающее обстоятельство по причине: 1) особого физического (физиологического и психического) состояния обвиняемой в момент совершения преступления (неуравновешенность, нервозность, раздражительность, страх и т.п.);

2) уязвимого, зависимого положения в момент осуждения и исполнения приговора (предстоящие роды, уход за ребенком, адаптация и т.п.); 3) защиты интересов будущего ребенка, нуждающегося в материнской заботе .

В качестве исключительного обстоятельства беременность будет рассматриваться в тех случаях, когда она, например, сопровождается осложнениями (токсикоз, угроза выкидыша и т.п.), болезнью плода, нестандартными ситуациями (преждевременные роды, двойня, тройня и т.п.) .

Наличие малолетних детей у виновного. Учет этого обстоятельства в качестве смягчающего продиктован гуманным отношением со стороны государства, заботой о подрастающем поколении, определен необходимостью родительской опеки и воспитания детей .

Исключительными свойствами этого фактора могут быть, например, количество малолетних детей, их особо малолетний возраст (грудной, дошкольный и т.п.), инвалидность, отсутствие других родителей и близких родственников, возможных опекунов и др .

Оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного преступлением .

Смысл смягчения уголовной ответственности ввиду такого обстоятельства заключается в том, что законодатель поощряет такие ситуации, когда виновное лицо, раскаявшись в совершенном деянии, пытается предотвратить вызванные им негативные последствия. Чем активнее оно это делает и реальнее его попытки, тем больше вероятность признания судом этих обстоятельств исключительными и, соответственно, больше шансов у подсудимого на существенное смягчение наказания .

Совершение преступления вследствие стечения тяжелых личных, семейных или иных обстоятельств либо по мотиву сострадания. Это обстоятельство в какой-то мере похоже на ранее упомянутое - совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств. И здесь и там в основе применения лежит случай. Однако в них есть отличия. Если рассмотренное обстоятельство обусловливается отсутствием судимости и наличием преступления небольшой тяжести, то рассматриваемое такими ограничениями не связано. Такое обстоятельство выступает как смягчающее, когда преступление становится возможным из-за стечения тяжелых личных, семейных или иных факторов, а также совершается по мотиву сострадания. При этом акцент законодателем делается не на элементе случайности, а на тяжести обусловливающих причин. Кроме того, мотив сострадания называется как отдельная причина, смягчающая ответственность обвиняемого .

Концентрация тяжести обусловливающих причин совершения преступления и обоснованность мотивации сострадания определяют возможность признания их в качестве исключительных обстоятельств: например, эвтаназия по просьбе парализованного лица, длительное время страдающего неизлечимой болезнью, причиняющей ему особые мучения .

Совершение преступления в результате физического или психического принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости. Это обстоятельство может быть признано исключительным, если принуждение, применяемое к обвиняемому со стороны других лиц, является настолько труднопреодолимым, что практически сложно провести грань между этой ситуацией и той, когда воля лица полностью подавлена и оно не может руководить своими действиями (бездействием). При этом, однако, за обвиняемым сохраняется хотя бы какая-то толика возможности противодействия физическому или психическому принуждению. Аналогично с ситуацией какой-либо зависимости обвиняемого .

Немаловажным является вопрос и о тяжести совершаемого преступления: менее опасное или менее тяжкое деяние требует менее жесткого подхода при установлении степени влияния принуждения и зависимости на поведение виновного .

Совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, крайней необходимости, задержания лица, совершившего преступление, обоснованного риска, исполнения приказа или распоряжения. Характеризуется наличием тонкой грани между дозволенным и запрещенным поведением .

Отношение личности к объекту правовой охраны, юридическим средствам его защиты, осознание их значимости, оценка обвиняемым адекватности собственного поведения, внешней угрозы и охраняемых интересов составляют обязательный предмет исследования судебного разбирательства. Исключительность здесь может проявиться в особых индивидуальных свойствах преступления - в значимости объекта правовой охраны, положительных качествах личности виновного, элементах объективной и субъективной сторон состава преступления .

Противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Данное обстоятельство может быть признано судом исключительным, если противоправность и аморальность поведения потерпевшего являются единственными причинами, обусловившими совершение преступления. Имеют значение для правовой оценки признания исключительности характер и степень провокации потерпевшего, зависимость и причинная связь деяния виновного и названной провокации, субъективное отношение обвиняемого к содеянному и его последствиям .

Чистосердечное раскаяние, явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления. Эти обстоятельства характеризуются такими объективными действиями, которые свидетельствуют о субъективном отношении обвиняемого, выражаются в осознании им противоправности и общественной опасности своего поведения, сожалении о негативных последствиях преступления, признании личных ошибок. Однако одного сожаления недостаточно для признания их смягчающими обстоятельствами: необходимо, чтобы лицо активно реализовало свое изменившееся отношение к преступлению через конкретные действия, например, добровольно явилось с повинной, активно содействовало раскрытию преступления, указало на следы, орудия или соучастника общественно опасного деяния, способствовало устранению препятствий для уголовного преследования, профилактике других правонарушений, устранению причин и условий, им способствующих, и т.п .

Как видим, практически любое из названных смягчающих обстоятельств может быть признано исключительным. Кроме них, суд также имеет право признать в качестве исключительных обстоятельств и другие смягчающие факторы, например, примирение сторон, создание ими семьи, совершение героических поступков, спасение жизней и т.п .

В связи с этим принципиально важным представляется выяснение вопроса о содержании понятия «исключительные обстоятельства», тем более что в научном мире это определение трактуется поразному. Например, Б. Коробейников и М. Орлов считают, «что при назначении наказания ниже низшего предела суды должны ссылаться только на исключительные, а не на обычные, перечисленные в законе смягчающие обстоятельства»1 .

В.В. Питецкий определяет исключительные обстоятельства как «такие установленные конкретные данные о совершенном преступлении (конкретные обстоятельства дела), которые в совокупности со смягчающими обстоятельствами свидетельствуют о сравнительно небольшой (не характерной для конкретного вида преступной деятельности) степени его общественной опасности»2 .

Нам представляется, что не всякое смягчающее обстоятельство является исключительным, но всякое исключительное, безусловно, смягчает ответственность, поскольку служит основанием для применения ст. 55 УК РК. Исключительность кроется в особенности случая, делающего его непохожим на обычные ситуации. Именно нестандартность момента определяет его статус исключительности .

Общественная опасность определяет степень вредоносности преступления, и законодатель выражает свое отношение к нему через уголовно-правовую санкцию в статье Особенной части Уголовного кодекса. Однако расчет законодателя строится на типичных, обычных ситуациях, не учитывающих особенности индивидуальных качеств личности виновного лица и его деяния. В противном случае это привело бы к загромождению закона и все равно не дало бы практических результатов, даже наоборот - связало бы самостоятельность судей при принятии ими решений. Поэтому диспозиция ст. 55 УК РК предоставляет судам возможность свободнее реагировать на любые отклонения от усредненного в норме положения об уголовной ответственности потенциальных правонарушителей. Суд, рассматривая конкретное дело с его специфическими особенностяКоробейников Б., Орлов М. Ответственность за взяточничество // Советская юстиция. 1970. № 20. С. 19 .

Питецкий В.В. Назначение наказания более мягкого, чем предусмотрено законом // Вопросы уголовной ответственности и наказания: Межвуз. сб. Красноярск, 1986. С. 154 .

ми, на основе внутреннего убеждения, руководствуясь законом и совестью, определяет типичность (нетипичность) ситуации, оценивает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, устанавливает соответствие последних законодательной модели и в случае явного несоответствия применяет то наказание, которое выходит за рамки санкции статьи в законе, но отвечает принципу справедливости .

На этот счет вполне конкретно указание Пленума Верховного Суда Республики Казахстан, который в своем постановлении от 30 апреля 1999 г. № 1 «О соблюдении судами законности при назначении уголовного наказания»3 указал, что «в соответствии со статьей 55 УК назначение наказания ниже низшего предела, установленного соответствующей статьей (частью статьи) за совершение данного преступления, или назначение более мягкого наказания, не указанного в санкции статьи (части статьи) УК, по которой квалифицировано преступление, либо неприменение дополнительного наказания, предусмотренного в качестве обязательного, допускается лишь в случае установления исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления (выделено мною. – Н.Д.), а также при активном содействии участника группового преступления раскрытию совершенных группой преступлений. Исключительными обстоятельствами могут признаваться как отдельные смягчающие обстоятельства, так и их совокупность». Аналогично решен вопрос в постановлении Пленума Верховного Суда Республики Казахстан от 19 октября 2001 г. «О некоторых вопросах назначения наказания в виде лишения свободы» .

По этому поводу следовало бы сделать то замечание, что помимо степени общественной опасности большое значение для смягчения ответственности за пределами уголовно-правовой санкции имеет также и характер общественной опасности. Поэтому в законе и в нормативных разъяснениях Верховного Суда следовало бы дополнительно указать на характер общественной опасности как оценочный критерий определения возможности существенного смягчения уголовного наказания .

Как видим, судьи за основу при решении вопроса о смягчении наказания принимают оценочные категории (характер и степень общественной опасности, исключительность обстоятельств), поэтому они, вынося приговоры, безусловно, обязаны давать полную расшифровку своих соображений - какие именно обстоятельства, установленные по делу, они признают исключительными и в сочетании с Казахстанская правда. 1999. 21 мая .

какими данными о личности виновного они берут их за основу при применении ст. 55. В постановлении Верховного Суда РК сказано:

«В соответствии со ст. 55 УК РК, назначая срок лишения свободы ниже низшего предела, чем предусмотрено за данное преступление, или назначая другое, более мягкое наказание, не указанное в санкции статьи (части статьи), по которой квалифицировано преступление, суды обязаны привести в мотивировочной части приговора основания такого решения, раскрыть содержание исключительных обстоятельств, послуживших основанием для смягчения наказания».4 В связи с этим, как нам представляется, в законе следовало бы дать более четкие ориентиры для последующего правоприменения .

Например, не лишено логики предложение указать в ст. 55, что исключительными признаются те смягчающие обстоятельства, которые указывают на невозможность применения наказания, установленного в пределах санкции статьи в законе, поскольку последнее является чрезмерно суровым и не отвечает задачам правосудия .

При таком подходе к вопросу о критериях исключительности проблема сочетания смягчающих и отягчающих обстоятельств видится решаемой. Так, в свое время Ю. Мельникова и А. Плешаков утверждали, что при наличии в деле отягчающих обстоятельств применять ст. 43 УК РСФСР (аналог нашей ст. 55 УК РК) нельзя. По их мнению, «законодатель, предусматривая возможность назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено в законе, говорит об исключительных обстоятельствах и личности виновного в том смысле, что эти обстоятельства уменьшают общественную опасность содеянного и личности виновного. Отягчающие обстоятельства, наоборот, свидетельствуют о повышенной опасности виновного, и у суда нет оснований для применения к нему более мягкого наказания, чем предусмотрено законом» .

5 Это утверждение опровергает В.В. Питецкий, обоснованно полагая, что «наличие отягчающих обстоятельств не должно быть во всех случаях формальным препятствием для назначения наказания ниже низшего предела».6 Действительно, механическое сопоставление обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность виновного, в отрыве от их совокупности не дает объективного представления об общественной опасности Нормативное постановление Верховного Суда Республики Казахстан от 19 октября 2001 г. «О некоторых вопросах назначения наказания в виде лишения свободы» .

Мельникова Ю., Плешаков А. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено законом // Соц. законность. 1976. № 9. С. 57 .

Питецкий В.В. Указ. соч. 1986. С. 159 .

преступления и личности. Само по себе присутствие отягчающих факторов не свидетельствует об итоге общего восприятия характера и степени вреда, причиненного деянием. Только в комплексе всех данных можно сделать правильный вывод о справедливости применяемых мер уголовно-правового реагирования .

Такой подход к рассматриваемой проблеме позволяет решить и другие сопутствующие вопросы, например, о возможности смягчения уголовного наказания за пределами санкции статьи при совокупности преступлений и приговоров, при рецидиве, при неоднократности деяний. Считаем, что названные институты уголовного права вполне применимы наряду с реализацией ст. 55 УК РК, исходя из того же принципа - ответственность определяется общим итогом всех обстоятельств, имеющих значение по делу. В пользу данного утверждения говорят положения упомянутых постановлений Пленума Верховного Суда РК. Так, в соответствии с постановлением № 1 от 30 апреля 1999 г. при применении более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, лицу, виновному в совершении нескольких преступлений, следует назначать сначала наказание с применением ст. 55 за одно или за каждое из совершенных преступлений, а затем определять окончательное наказание по правилам ст. 58 УК .

В соответствии с нормативным постановлением от 19 октября 2001 г. суд вправе, применив ст. 55, назначить наказание без учета требований ч. 2 ст. 59 УК, исходя из числа прежних судимостей, характера и степени общественной опасности как ранее совершенных преступлений, так и вновь совершенных, а также с учетом обстоятельств, смягчающих уголовную ответственность и наказание, которые в их совокупности могут быть признаны исключительными. При этом наказание с применением ст. 55 может быть назначено как ниже пределов, установленных ч. 2 ст. 59 УК РК, так и ниже минимальных пределов, указанных в статье, по которой квалифицировано преступление .

Представляется интересным вопрос о том, к каким видам преступлений в зависимости от их тяжести применимы положения ст. 55? Полагаем, что тяжесть преступления не является мерилом определения возможности назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено в законе. Само по себе совершение тяжкого или особо тяжкого преступления при наличии исключительных обстоятельств не является препятствием для назначения виновному наказания ниже низшего предела. Наоборот, эта мера смягчения ответственности чаще применима к тяжким и особо тяжким видам преступлений, поскольку спектр выбора наказаний в этих случаях уже, чем в отношении деяний небольшой или средней тяжести .

Институт смягчения наказания вне пределов уголовно-правовой санкции в какой-то мере схож с институтами освобождения от уголовной ответственности и наказания, условного осуждения и отсрочки исполнения приговора. Во всех названных случаях судом решается вопрос о наличии оснований для существенного изменения положения осуждаемого в связи с присутствием особых обстоятельств по сравнению с ситуацией, определенной в законодательной модели - статье уголовного закона. Однако в нашем случае главный момент - изменение предела ответственности, а не установление ее режима. Непонимание этого приводит к ошибочным, на наш взгляд, утверждениям. Ю.М. Ткачевский например, считает, что «одновременное применение условного осуждения и снижение при этом условно назначенного наказания ниже низшего предела представляется необоснованным, такая практика вызывает возражения с точки зрения целесообразности: зачем снижать наказание, если оно все равно реально применяться не будет? Зачем его снижать, если эффективней применить условное осуждение к большему сроку лишения свободы, тем более что в случае неудачи условного осуждения целесообразнее применить наказание в полной мере»7. Таким образом, Ю.М. Ткачевский смешивает в одно понятие разноплановые категории. Однако не следует забывать, что в данном случае первично и что вторично. Условное осуждение предполагает определенные условия, при соблюдении которых осужденный вправе рассчитывать на неприменение к нему наказания. При этом в основе лежит вопрос о режиме ответственности - реальный он или условный. При назначении наказания определяется мера ответственности (срок, размер, вид наказания), в пределах которой потом устанавливается возможность применения отсрочки исполнения приговора или его условность .

Дискуссионным в науке является вопрос, следует ли в законе приводить перечень исключительных обстоятельств или достаточно упоминания их ориентиров. Полагаем, что этого делать нельзя, поскольку он внесет дополнительные ограничения в правоприменение .

Кроме того, их перечень подобно смягчающим обстоятельствам не может быть исчерпывающим. Жизнь, как известно, преподносит сюрпризы, и поэтому не хотелось бы связывать самостоятельность судов в возможности индивидуализировать ответственность .

Плешаков А.М. Применение более мягкого наказания, чем предусмотрено законом: Учеб. пособие. М., 1982. С. 10 .

Показательно, что частота применения искомого института судами свидетельствует об изменении уголовно-правой политики и соответственно требует от законодателя пересмотра нижних пределов уголовно-правовых санкций. Так, судебная статистика последних лет свидетельствует о более гуманном подходе при назначении наказаний отдельным группам граждан, в частности несовершеннолетним, женщинам, в том числе имеющим детей, военнослужащим, лицам пенсионного возраста, инвалидам, лицам, лишенным средств существования и т .

п., а также по некоторым объектам преступных посягательств. Отдельные санкции статей в законе требуют изменений в соответствии с экономическими и политическими мотивациями. В связи этим следует рекомендовать Верховному Суду Республики Казахстан чаще практиковать обобщение судебной практики назначения наказаний, одним из вопросов которого предусмотреть частоту и основания применения ст. 55 УК РК .

Таким образом, в свете изложенного полагаем, что необходимыми условиями для применения института назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, являются:

- во-первых, наличие особых исключительных моментов, указывающих на невозможность обычной, стандартной правовой оценки деяния, личности виновного и его субъективного отношения к содеянному;

- во-вторых, эти особые моменты существенно смягчают характер и снижают степень общественной опасности как самого преступления, так и личности виновного;

- в-третьих, неприменение названного института приведет к чрезмерно высокому и несправедливому наказанию. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, должно допускаться лишь в тех случаях, когда все виды наказания, предусмотренные санкцией, не могут быть применены ввиду их чрезмерной строгости и несоответствия характеру и степени общественной опасности содеянного и установленным исключительным смягчающим обстоятельствам .

На наш взгляд, ст. 55 УК РК следовало бы изложить в следующей редакции:

«При наличии особых исключительных обстоятельств, указывающих на невозможность применения наказания, предусмотренного санкцией статьи Особенной части настоящего Кодекса, суд вправе:

1) назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного этой статьей;

2) назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрено этой статьей;

3) либо не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного .

Исключительными могут быть признаны как отдельные смягчающие обстоятельства, так и их совокупность. При этом исключительными признаются такие обстоятельства, которые свидетельствуют о таком изменении характера и степени общественной опасности преступления и личности, когда назначение наказания в пределах санкции статьи в законе является чрезмерно суровым и не отвечает задачам правосудия .

Размер наказания, определенный судом с применением статьи 55 УК, в любом случае не может быть ниже минимального предела, установленного законом для данного вида наказания» .

Л.Л. Кругликов (Ярославский госуниверситет) Условное осуждение: правовая природа, вопросы реализации (1). Меры, подобные условному осуждению, в зарубежном законодательстве сформировались во второй половине ХIХ в., получив наименование пробации (испытания), условной отсрочки наказания, условного неприменения наказания, условного прекращения уголовного преследования и т.п. Учитывая распространенность данной уголовно-правовой меры в законодательных системах стран мира, ее заметную эффективность как альтернативы лишению свободы и незначительный уровень рецидива при ее применении, Совет по экономическим и социальным вопросам ООН еще в 1961 г.

в принятой резолюции указал: “Полагая, что режим помещения на испытание (пробация) является гуманным и эффективным методом обращения с преступниками, а следовательно, средством борьбы с рецидивом, а также методом, позволяющим эффективно избегать лишения свободы (в частности, кратких сроков лишения свободы), следует:

1) настоятельно рекомендовать всем правительствам благосклонно проверить возможность применения и развития института помещения на испытание в качестве важного инструмента политики в сфере предупреждения рецидива и обращения с преступниками...” .

В нашей стране данный институт получил закрепление в первые годы существования советского государства в Декрете о суде № 2:

судам дозволялось полностью - условно или безусловно - освобождать виновных от наказания. Эта линия получила дальнейшее развитие в Руководящих началах 1919 г. В них был выделен особый раздел, ст. 26 которого предусматривала возможность условного осуждения. Применение последнего, однако, было обставлено рядом оговорок: 1) мера, определяемая судом в приговоре, - наказание в виде заключения под стражу; 2) преступление лицом совершено впервые и притом 3) при исключительно тяжелом стечении обстоятельств его жизни; 4) опасность осужденного для общества не требует немедленной его изоляции. Обвинительный приговор не приводился в исполнение до совершения осужденным тождественного или однородного с совершенным деяния, в противном случае осуждение теряло характер условного и первоначальный приговор подлежал немедленному исполнению .

Сходные положения были предусмотрены и в УК 1922 г .

(ст. 36): условное осуждение применялось к лицам, осужденным к лишению свободы, характер совершенного преступления не имел определяющего значения - упор делался на личности преступника. В то же время был сделан заметный шаг в том отношении, что устанавливался испытательный срок в пределах от трех до десяти лет, в течение которого за лицом сохранялась судимость, а при совершении однородного или тождественного преступления условное осуждение теряло свою силу - виновный нес наказание за первое и второе преступление, но общий срок по обоим приговорам не мог превышать десяти лет (ст. 37) .

Основные начала уголовного законодательства 1924 г. расширили возможности условного осуждения, предусмотрев право его применения судом к приговоренным не только к лишению свободы, но и к исправительно-трудовым работам (ст. 36). Были устранены упоминавшиеся выше ограничительные условия - совершение деяния впервые, при тяжелом стечении обстоятельств - и сохранено в качестве единственного основания убеждение суда в том, что исходя из общественной опасности виновного не требуется его непременной изоляции от общества.

В соответствии с изменениями, внесенными в Основные начала позднее (1929 г.), при совершении условно осужденным в течение испытательного срока нового преступления суду предоставлялось право вынести одно из двух решений:

а) присоединить полностью или частично меру, назначенную условно, к мере, определенной по новому делу (в таком случае при назначении лишения свободы совокупный срок не мог превышать 10 лет), либо б) применить к осужденному только ту меру, которая была назначена по второму приговору, т.е. применить принцип поглощения, что превращало условное осуждение в безусловное освобождение от кары (за первое преступление) лица, вновь вставшего на преступный путь (ст. 37) .

УК 1926 г. в ст. 53 раздела 6 “Условное осуждение” связал возможность последнего с выводом суда, что степень опасности осужденного не требует обязательного применения лишения свободы или исправительно-трудовых работ .

В этих случаях приговор не приводился в исполнение, если в течение испытательного срока (определяемого в пределах от одного года до десяти лет) осужденный не совершал нового, не менее тяжкого преступления. Статья 54 текстуально воспроизводила ст. 37 Основных начал (в редакции 1929 г.), так что в случае поглощения меры, определенной по первому приговору условно, это способно было породить у осужденного и иных лиц мнение о “прощении” первого преступления, о его безнаказанности. В соответствии с примечанием к ст. 53, назначенное в качестве дополнительной меры денежное или имущественное взыскание приводилось в исполнение на общих основаниях, независимо от того, что основная мера была определена условно .

Основы уголовного законодательства 1958 г. (ст. 38) и Уголовный кодекс 1960 г. (ст. 44) восприняли многие ранее упоминавшиеся положения института условного осуждения: оно было применимо при осуждении только к лишению свободы или к исправительным работам; в приговоре определялся испытательный срок (в пределах от одного до пяти лет); допускалось назначение дополнительных наказаний, за исключением конфискации имущества, и т.д. Вместе с тем, в качестве основания применения условного осуждения выдвигалось убеждение суда в нецелесообразности отбывания виновным назначенного наказания, учитывая обстоятельства дела и личность виновного. Суд мог принять также решение о передаче виновного для исправления общественной организации или трудовому коллективу по месту работы осужденного. Приговор не приводился в исполнение, если в течение испытательного срока осужденный не совершил нового преступления и примерным поведением и честным трудом подтвердил оказанное ему доверие. В отношении осужденного, который в течение испытательного срока не оправдал доверия, допускал систематические нарушения общественного порядка, повлекшие применение мер административного взыскания или общественного воздействия, суд мог вынести решение об отмене условного осуждения и о направлении лица для отбывания наказания, назначенного приговором. Допускалось также сокращение испытательного срока, но по истечении не менее его половины .

Суды довольно часто прибегали к нормам института условного осуждения, поскольку применение их свидетельствовало о достаточно высокой их эффективности - уровень рецидива был незначительным, не превышал 2 - 3%. Только за первое полугодие 1918 г .

московскими судами условное осуждение было применено более чем к 15% осужденных. В 1958 г. его применение составило 6,3%, в 1959 г. - 11,5%, в 1960 г. - уже 17,1% к числу осужденных1. И в последующем 13 - 14% обвинительных приговоров предусматривали условное осуждение .

См.: Соц. законность. 1961. № 4. С. 16 .

Положение изменилось после того, как в 1977 г. УК 1960 г. стал предусматривать наряду с условным осуждением (ст. 44) отсрочку исполнения приговора (ст. 461 УК) - весьма близкие по своей правовой природе меры уголовно-правового характера, в силу чего между ними возникла конкуренция. Появление в законодательстве нормы об отсрочке повлекло снижение случаев применения условного осуждения за счет переориентации судов на норму об отсрочке исполнения приговора. Так, в 1988 г. ст. 44 УК была применена к 6,4%, в то время как отсрочка - к 12,9% осужденных2. В 1990 г. было условно осуждено 7,7%, а с отсрочкой исполнения приговора - 13,8% общего числа осужденных3. По УК 1996 г. введена (ст. 73) единая мера (условное осуждение), призванная аккумулировать позитивные черты и условного осуждения, и отсрочки исполнения приговора. Это (наряду с бедной палитрой наказаний, которой располагает ныне суд при избрании меры уголовно-правового воздействия) обусловило резкое возрастание применения ст. 73 УК: сейчас каждому второму осужденному назначается наказание условно (в 1997 г. - 52,2%, в 1998 г. - 51,4%)4 .

(2). Относительно юридической природы данной меры существует множество мнений: ее рассматривают как вид уголовного наказания; как меру общественного воздействия; как особый порядок исполнения приговора и т.д. Наиболее приемлемым представляется мнение о том, что условное осуждение выражается в неприменении в течение испытательного срока назначенного судом основного вида наказания на определенных в законе условиях, при соблюдении которых лицо полностью и окончательно автоматически освобождается от основного наказания, указанного в обвинительном приговоре .

При этом решение о неприменении уголовно-правовой меры воздействия формулируется в том же судебном акте, которым определены вид и срок основного наказания, т.е. оба решения принимаются в одно время, в процессе назначения наказания, и в одном правоприменительном акте. Именно этим, думается, может быть объяснена позиция законодателя, включившего предписания об условном осуждении в главу не об освобождении от наказания (гл. 12), а о назначении наказания (гл. 10) .

В силу сказанного мы не разделяем иные мнения .

См.: Михлин А.С. Общая характеристика осужденных (по материалам специальной переписи 1989 г.). М., 2001. С. 152 .

См.: Вестник Верховного Суда СССР. 1991. № 7. С. 38 .

См.: Лебедев В.М. О некоторых вопросах назначения судами уголовного наказания // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 9. С. 2 .

А. Существует взгляд на условное осуждение как на самостоятельную меру (вид) наказания (М.А. Гельфер, И.И. Карпец, О.Э. Лейст, И.С. Ной, М.И. Якубович и др.). Условное осуждение действительно обладает рядом признаков, характерных для уголовного наказания: оно также представляет собой меру государственного принуждения, назначаемую по приговору суда, и применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления (ч. 1 ст. 43 УК), им преследуются те же цели, что и применением наказания. В этой связи трудно согласиться с утверждением, что “условное осуждение не выполняет цели наказания. Они обеспечиваются назначенным судом наказанием..., а условное осуждение присущими ему свойствами лишь способствует достижению этих целей”5; данный взгляд зиждется на ошибочном определении ее автором правовой природы условного осуждения как особого порядка применения судом назначенного по приговору основного наказания - лишения свободы, исправительных работ и т.д.6: в таком случае действительно получается, что цели достигаются применяемым наказанием, а условное осуждение лишь содействует их достижению. На самом деле эта концепция ошибочна, ибо основное наказание по смыслу ст. 73 УК не применяется (не исполняется), а цели наказания (прежде всего исправление - см. ч. 1 ст. 73) достигаются без отбывания наказания посредством условного осуждения .

Возвращаясь к взгляду на условное осуждение как на самостоятельный вид (меру) наказания, добавим, что подобно наказанию оно нередко сопряжено также с лишением или ограничением прав и свобод осужденного. Так, оно может сопровождаться назначенным судом дополнительным наказанием, например лишением права занимать определенные должности, которое реально применяется (ч .

4 ст. 73); на условно осужденного может быть возложено исполнение дополнительных обязанностей (ч. 5 ст. 73), существенно ограничивающих его права и свободы. В период осуждения лицо полагается судимым со всеми вытекающими отсюда последствиями. Не случайно нередко отбывающие наказание лица условное осуждение субъективно воспринимают как уголовное наказание. Так, по результатам исследования, приводимым В.И. Горобцовым, около 90% условно осужденных, находившихся на учете в инспекции, полагали, что они отбывают наказание, не связанное с лишением свободы7 .

Ломако В.А. Применение условного осуждения. Харьков, 1976. С. 20-21 .

Там же. С. 20 .

См.: Горобцов В.И. Правовая природа условного осуждения и отсрочки исполнения приговора: Лекция. Орел, 1994. С. 14 .

И все же условное осуждение - это не вид наказания, и прежде всего с позиции действующего уголовного законодательства. В перечне ст. 44 УК, носящем исчерпывающий характер, оно не фигурирует; ч. 1 ст. 73 в этом плане также не оставляет сомнений, поскольку указывает, что суд, назначив определенный вид основного наказания, постановляет считать это наказание условным. Следовательно, условность имеет отношение к наказанию, но сама таковым не является .

В этой связи необходимо сделать два замечания. Во-первых, обозначение “условное осуждение” неадекватно отражает сущность данного института. Осуждение как порицание виновного от имени государства является безусловным, реальным. Условной же является реализация, применение наказания. Однако данное обозначение твердо прижилось и в законодательстве, и на практике, в силу чего законодатель не воспринял многочисленных предложений о переименовании данного института, тем более что в свою очередь они не выглядели бесспорными (“условное неприменение (неисполнение) наказания”, “условное освобождение от назначения наказания”, «особый порядок исполнения наказания» и т.д.) .

Во-вторых, в истории развития отечественного уголовного законодательства был период, когда условное осуждение относилось к видам наказания (до 1924 г.). К такой же позиции склоняется законодатель ряда зарубежных стран. Например, Уголовный кодекс Швеции считает условное осуждение самостоятельным видом наказания8. Отдельные российские ученые также выступают за включение условного осуждения - помещения на испытание в систему видов уголовных наказаний (В.И. Горобцов) .

Думается, и с позиции действующего законодательства РФ, и по существу такая постановка вопроса вряд ли оправданна. Ведь, строго говоря, по замыслу законодателя условное осуждение имеет отношение более к стадии реализации определяемого в приговоре вида наказания (лишения свободы, исправительных работ и т.д.), отражая ту особенность, что это наказание оставляется без отбывания, хотя и под определенным условием. Признание условного осуждения самостоятельным видом наказания повлекло бы удвоение основного наказания за одно и то же преступление: назначение а) лишения свободы, исправительных работ и т.д. плюс б) условного наказания. Но известно, что судом за преступление может быть назначено лишь одно основное наказание, и определение в качестве такового лишения свободы или, скажем, содержания в дисциплинарной воинской См.: Бундесон У. Надзор за отбыванием наказания на свободе. М., 1979 .

части исключает постановку вопроса о назначении в качестве самостоятельного наказания условного осуждения .

Правильное определение юридической природы условного осуждения и отрицание за ним статуса отдельного вида наказания важно в практическом отношении. Так, поскольку условное осуждение не наказание, недопустима его замена в кассационном или надзорном порядке реальным видом наказания. Этой позиции последовательно придерживается Верховный Суд Российской Федерации. В частности, Судебная коллегия Верховного Суда отменила постановление Президиума областного суда, которым условное осуждение П .

к исправительным работам было заменено наказанием (увольнение от должности), определяемым к отбытию реально. При этом было подчеркнуто, что “суд не вправе заменить назначенные приговором первой инстанции наказания в виде лишения свободы и исправительных работ условно с испытательным сроком хотя бы и более мягким наказанием, но определяемым к отбытию реально”9 .

Далее. По тем же причинам (что само условное осуждение - не наказание) в случае отмены условного осуждения во внимание принимается весь срок того наказания, которое определено в приговоре условно (лишения свободы, исправительных работ и т.д.). Соответственно он подлежит а) отбыванию в полном объеме, когда лицо не оправдало доверия и направляется для несения наказания (ч. 3 ст. 74 УК), и б) присоединению (полному или частичному), когда лицо совершило новое преступление и наказание назначается по совокупности приговоров (ч. 5 ст. 74) .

Б. Некоторые ученые (Б.С. Вайсман, А.А. Герцензон, М.М. Исаев и др.) склонны считать условное осуждение разновидностью отсрочки наказания, приговора, исполнения наказания. Можно назвать по крайней мере два существенных отличия этих мер. Одно из них касается основания применения, другое - их исхода. Так, отсрочка исполнения приговора, наказания диктуется наличием неблагоприятных обстоятельств, которые могут существенным образом негативно повлиять на осужденного, членов его семьи и т.д. в случае реального немедленного применения наказания. Такова, в частности, ситуация при осуждении беременной женщины либо наличия у подсудимой малолетних детей: учитывая негативное влияние безотлагательной реализации приговора на течение беременности, вынашивание плода, а равно на состояние внутрисемейных отношений, надзора за детьми, законодатель предоставил суду право в необходимых случаях отсрочить на определенное время - до достижения ребенком 14-летнего Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1986. № 1. С. 7 .

возраста - применение наказания (ст. 82 УК). Условное осуждение, напротив, связывается с наличием благоприятствующих достижению целей наказания обстоятельств, что позволяет обойтись в конкретном случае без реального применения наказания .

Различны сопоставляемые меры и по их исходу. По истечении указанного в приговоре времени отсрочки последняя утрачивает свою силу, и наказание по общему правилу обращается к исполнению. Во всяком случае, дальнейшая судьба приговора в части исполнения наказания решается каждый раз на момент истечения срока отсрочки судом особо. В частности, по истечении ребенком 14летнего возраста суд принимает одно из следующих решений по делу об отсрочке отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей: а) освобождает осужденную от отбывания наказания или оставшейся его части либо б) заменяет последнюю более мягким видом наказания, которое лицом отбывается (ч. 3 ст. 82 УК). Если основанием освобождения от наказания или от дальнейшего его отбывания выступали психическое расстройство или иная тяжкая болезнь осужденного, препятствовавшие применению наказания, то в случае выздоровления осужденный может подлежать наказанию (ч. 4 ст. 81 УК). Иная ситуация при условном осуждении: по истечении испытательного срока по общему правилу наказание к осужденному не применяется и отдельного решения судом по этому вопросу не выносится .

В. Согласно еще одному мнению, условное осуждение связывается с особым порядком а) назначения наказания, либо б) исполнения приговора, либо в) отбывания наказания, либо г) применения судом назначенного приговором наказания (М.А. Ефимов, В.А. Ломако, В.Н. Петрашев, Н.Ф. Саввин, М.Д. Шаргородский и др.). Бесспорно, свои особенности в назначении наказания, его отбывании, применении, в исполнении приговора по делу об условном осуждении имеются, но не они определяют сущность последнего, его правовую природу. К тому же не всегда, как отмечалось выше, назначенное судом основное наказание отбывается, применяется к осужденному. Исполнение же приговора выражается в применении дополнительного наказания (когда оно назначено судом), в исполнении осужденным возложенных на него судом определенных обязанностей (когда таковые возложены на лицо), в контроле за поведением условно осужденного и т.д., но не в реализации в течение испытательного срока предусмотренного приговором основного вида наказания .

Г. При условном осуждении наказание не отбывается, что прямо отражено в тексте ч. 1 ст. 73 УК, поэтому ближе к истине точка зрения, по которой юридическую природу рассматриваемой меры надо усматривать в условном неприменении, неисполнении наказания, освобождении под условием от несения назначенного судом основного наказания (С.И. Зельдов, А.Н. Кондалов, А.К. Музеник, С.Н. Сабанин, Ю.М. Ткачевский и др.). В то же время, ввиду аккумулирования в условном осуждении двух решений - о назначении наказания и о его неприменении, временном их совпадении, соединении их в одном акте (приговоре), нельзя согласиться с мнением (Ю.М. Ткачевский, Т.Г. Черненко и др.) о том, что регламентировать институт условного осуждения необходимо в гл. 12 об освобождении от наказания, а не в гл. 10 Уголовного кодекса .

Из сказанного следует, что условное осуждение - это одна из форм реализации уголовной ответственности, но это не наказание .

Оно относится к категории иных мер уголовно-правового характера, о которых идет речь в ч. 2 ст. 2, ч. 1 ст. 6, ст. 7 и некоторых других статьях УК РФ. Условное осуждение стоит в одном ряду с категорией “иных мер”, к которым относятся также отсрочка отбывания наказания, принудительные меры воспитательного и медицинского характера, применяемые к лицам, виновным в совершении преступления .

(3). Для удобства анализа целесообразно выделять три стадии применения условного осуждения. Первая из них связана с избранием (назначением) этой меры уголовно-правового характера, вторая с ее исполнением, реализацией, третья - с принятием окончательного решения по делу о реальном отбывании осужденным предусмотренного приговором основного наказания (или отказе в применении последнего) .

Первая стадия. Условное осуждение мыслимо только в случае, когда виновный приговаривается к одному (а по совокупности приговоров - и к нескольким) из следующих пяти видов наказания (ч. 1 ст. 73 УК): исправительные работы, ограничение по военной службе, ограничение свободы, содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы. Следовательно, перечень видов наказания, при назначении которых судом возможно применение условного осуждения, заметно расширен в УК 1996 г. по сравнению с УК 1960 г. (с двух до пяти видов). Вместе с тем, Пленум Верховного Суда РФ в абз. 1 п. 27 постановления “О практике назначения судами уголовного наказания” от 11 июня 1999 г. особо подчеркнул, что условное осуждение возможно только в отношении лиц, которым назначено одно или несколько видов наказания, “перечисленных в части первой статьи 73 УК РФ”10 .

Эту особенность учитывают не все суды. Районным судом И .

был осужден по ст. 116 УК (за побои) к штрафу в 25 минимальных размеров оплаты труда условно, в то время как этот вид наказания ч. 1 ст. 73 не предусматривает и отсюда условное осуждение к И. не могло быть применено11 .

В этой связи обратим внимание на то, что, во-первых, все наказания, упомянутые в ч. 1 ст. 73 УК, относятся к числу основных и к так называемым срочным их видам (т.е. имеют минимальный и максимальный сроки), а в частности, штраф характеризуется размерами, но не сроками, и, во-вторых, не все срочные виды наказаний из числа включенных в систему видов наказаний (ст. 44 УК) допускают при их назначении судом возможность применения условного осуждения, поскольку они не фигурируют среди пяти видов, обозначенных в ч. 1 ст. 73 УК. Сказанное касается таких основных наказаний, как обязательные работы и арест (ч. 1 ст. 45), а также лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которое также может избираться в качестве основного наказания (ч. 2 ст. 45 УК) .

В теории уголовного права высказывается мнение о необходимости расширения упомянутого в ч. 1 ст. 73 УК круга наказаний12. В этой связи заметим, что суды довольно редко приговаривают условно к исправительным работам, а тем более к другим видам наказаний, не связанным с лишением свободы: подавляющее большинство осуждается с применением ст. 73 УК именно при назначении лишения свободы13, так что предлагаемое расширение круга наказаний мало что даст практике .

В части сроков лишения свободы (равно как и других упомянутых в ч. 1 ст. 73 УК видов наказаний) уголовный закон каких-либо ограничений не содержит, так что формально условное осуждение применимо при любом сроке в интервале от 6 месяцев до 20 лет (и даже 25 - 30 при совокупности преступлений и приговоров). В то же Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 8. С. 8 .

См.: Там же. 1999. № 9. С. 9 .

Виноградов А.Б. Условное осуждение: законодательный, теоретический и правоприменительный аспекты: Дис.... канд. юрид. наук. Краснодар, 2001 .

С. 171-172 .

См.: Михлин А.С. Общая характеристика осужденных (по материалам специальной переписи 1989 г.). М., 1991. С. 153. Сходные данные приводит и А.Б. Виноградов: 87,6% условно осуждаемым лицам в приговоре определяется лишение свободы (Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 168) .

время, как правило, при сравнительно длительных сроках (свыше 5 лет) условное осуждение суды не применяют, что соответствует смыслу этой меры и основаниям ее применения. Оговорка “как правило” означает, вопреки встречающимся в литературе утверждениям14, что на практике все же встречаются и иные решения, в том числе практике опубликованной .

Так, М., признанный виновным в хищении общественных средств в крупном размере и в должностном подлоге, был осужден к 6 годам лишения свободы условно. По другому делу М-ву, осужденному за хищение в особо крупных размерах, наказание было определено в виде 8 лет лишения свободы условно15 .

Условное осуждение, определяемое по приговору, распространяется на весь срок назначенного судом основного наказания (лишения свободы, исправительных работ и т.д.), а не на какую-то его часть. Поэтому дробление срока (часть - условно, часть - безусловно) недопустимо .

Сейчас довольно распространено (20,4% приговоров)16 применение условного осуждения по делам о тяжких преступлениях, что вряд ли можно считать нормальным явлением. Согласно ч. 1 ст. 73 УК, суд постановляет об условном неприменении наказания, если с учетом характера и степени общественной опасности преступления и личности виновного, в том числе смягчающих и отягчающих обстоятельств, он придет к убеждению о нецелесообразности отбывания виновным назначенного наказания, о возможности исправления его без реального отбывания уголовно-правовой меры: достаточно самого факта порицания от имени государства, соединенного с судимостью, угрозой реализации наказания и контролем, а также с воспитательным воздействием. В своей совокупности данные по делу должны свидетельствовать о пониженной степени общественной опасности содеянного и личности .

Поэтому хотя в законе каких-либо ограничений в применении условного осуждения в зависимости от категории преступлений не содержится, Пленум Верховного Суда в постановлении от 4 марта 1961 г. “О судебной практике по применению условного осуждения” указал, что условное осуждение, как правило, не должно применяться к лицам, совершившим тяжкие преступления (и тем более - особо См.: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 2. Учение о наказании. М.,

1999. С. 211 .

См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1985. № 10. С. 16; 1990. № 1 .

С. 2 .

См.: Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 79 .

тяжкие - см. ст. 15 УК). Мыслимо его применение к отдельным участникам тяжкого (особо тяжкого) преступления лишь в случаях, когда установлена второстепенная роль этих лиц, а также если данные по делу приводят суд к выводу о нецелесообразности изоляции осужденного от общества17 .

Б. была осуждена к лишению свободы условно за соучастие в совершении тяжкого преступления - незаконного производства аборта, повлекшего длительное расстройство здоровья потерпевшей .

Применяя условное осуждение, суд учел не только положительную характеристику личности виновной и ее чистосердечное раскаяние, но и второстепенную ее роль при совершении преступления - она предоставила для производства аборта свою квартиру и приготовила для этого ведро теплой воды18. Рядом ученых предлагалось непосредственно в Уголовном кодексе ограничить сферу условного осуждения делами о преступлениях, не относящихся к категории тяжких (Ю.М. Ткачевский, В.А. Уткин, А.Б. Виноградов и другие), та же идея была заложена в Теоретической модели Общей части УК19, однако законодатель на это не пошел .

Личность виновного как второе основание вывода суда проявляется в поведении лица в момент, до и после совершения преступления. В упомянутом руководящем разъяснении подчеркнуто, что с особой осторожностью надо подходить к применению условного осуждения в отношении лиц, “которые хотя в данном случае и совершили преступление, не представляющее большой общественной опасности, но в прошлом неоднократно совершали преступления” (абз. 2 п. 2 постановления). В этом плане и прежнее условное осуждение лица должно рассматриваться как обстоятельство, препятствующее применению вновь условного осуждения, поскольку предполагавшаяся в первом приговоре возможность исправления лица без отбывания наказания себя не оправдала .

Оба показателя (тяжесть преступления и личность виновного) должны приниматься судом во внимание в их совокупности. Судебная коллегия Верховного Суда РФ, отменяя приговор и последующие судебные решения в отношении Р. и Л. за мягкостью назначенного наказания, признала необоснованным применение условного См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1961. № 3. С. 10 .

Цит. по: Ломако В.А. Указ. соч. С. 37-38 .

См.: Уголовный закон: Опыт теоретического моделирования. М., 1987 .

С. 191 .

осуждения к лицам, неоднократно совершавшим хищения (кражи, грабежи, разбой)20 .

Обращает на себя внимание несовпадение критериев назначения наказания (ч. 3 ст. 60 УК) с теми, которыми в силу ч. 2 ст. 73 УК обязан руководствоваться суд при определении условного осуждения. Круг первых из них обрисован шире: суд должен принимать во внимание также “влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи”. На этом основании было бы ошибочно делать вывод, что упомянутые дополнительные критерии при решении вопроса об условном осуждении не учитываются. Во-первых, в ч. 1 ст. 73 записано, что условное осуждение допустимо, только если суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без отбывания наказания, т.е. цель исправления судом не должна упускаться из виду; более того, здесь она является центральной. Во-вторых, влияние назначенного наказания на условия жизни семьи осужденного также безусловно принимается во внимание; собственно говоря, нередко применение условного осуждения в значительной мере продиктовано именно этим обстоятельством. Судебная коллегия Верховного Суда РФ, изменяя приговор в отношении С. в части квалификации, вместе с тем сочла возможным применить ст. 73 УК, мотивируя свое решение в том числе данными, положительно характеризующими осужденную С. по месту жительства, наличием на ее иждивении четырех малолетних детей21. Реальное лишение свободы матери по сути поставило бы семью на грань развала, а детей оставляло без родительского внимания. Поэтому причину неупоминания в ч. 2 ст. 73 указанных критериев необходимо видеть лишь в одном: они суть конкретизация более общих критериев - характера и степени общественной опасности преступления и личности виновного .

Представители теории уголовного права подчас усматривают определенное противоречие, заключающееся в том, что и при избрании основного наказания (лишения свободы, исправительных работ и т.д.), и при решении вопроса об условном осуждении суд исходит из одних и тех же критериев - уровня опасности преступления и личности виновного, в том числе смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств. Получается, что тяжесть содеянного и личностные данные диктуют назначение определенного реального наказания и в то же время - его неприменение .

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 5. С. 10 .

См.: Там же. 1999. № 6. С. 15 .

По мнению В.Д. Филимонова, в действительности “противоречия в этих требованиях нет..., назначение наказания и решение вопроса о его условном неприменении осуществляются с учетом различных свойств личности преступника”22. В самом деле, применяя условное осуждение, суд преимущественно ориентируется на те данные о личности виновного, которые свидетельствуют о малой степени вероятности совершения лицом нового преступления, о возможности в данном конкретном случае исправить это лицо без отбывания наказания. Назначая же наказание, суд обеспечивает соразмерность избираемого наказания тяжести содеянного и совокупности всех данных о личности виновного .

Вывод суда об условном осуждении в каждом случае должен быть надлежаще мотивирован, что специально подчеркнуто и в абз. 3 п. 1 упомянутого постановления Пленума 1961 г. Если принимается решение об условном осуждении лица, совершившего несколько преступлений, то “такое решение, - как указано в абз. 3 п. 27 постановления Пленума от 11 июня 1999 г., - принимается не за каждое преступление, а при окончательном назначении наказания по совокупности преступлений”23. При этом в резолютивной части приговора необходима ссылка на ст. 73 УК .

Кроме того, обязательно указание в приговоре на испытательный срок. В отличие от УК 1960 г., устанавливавшего единый срок (от 1 до 5 лет), в УК 1996 г. он дифференцирован в зависимости от вида и срока наказания и устанавливается в пределах не менее шести месяцев и не более пяти лет в случае назначения лишения свободы на срок свыше одного года, а во всех остальных случаях - в пределах от шести месяцев до трех лет (ч. 3 ст. 73). Выборочные исследования показывают, что на практике он равняется в большинстве случаев 1 – 3 годам. Так, по приводимым в юридической литературе данным, такие сроки назначаются в 97 - 98,5% случаев24 .

В теории уголовного права до принятия УК 1996 г. высказывались различные мнения относительно того, от чего должна зависеть длительность испытательного срока. Одни ученые полагали, что она должна определяться видом и сроком назначенного судом наказания (Ю.М. Ткачевский) и даже совпадать со сроком наказания, определенным в приговоре (Р.М. Мондроусов, М.А. Якобашвили). Другие Филимонов В.Д. Криминологические основы уголовного права. Томск, 1981 .

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 8. С. 8 .

См.: Сабанин С.Н. Справедливость освобождения от уголовного наказания. Екатеринбург, 1993. С. 121; Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 111 .

предлагали определять его в зависимости от того, какое время необходимо для исправления условно осуждаемого (Н.Ф. Саввин и др.) .

Практика свидетельствует, что невозможно усмотреть жесткой зависимости между определенными в приговоре сроками наказания и длительностью испытательного срока. Так, изучение 980 уголовных дел на условно осужденных показало, что в 45,9% случаев последний превышал назначенный срок наказания, в 40% он был равен сроку наказания, а в 14,1% случаев был установлен ниже срока наказания по приговору25. Как это следует из ст. 73 действующего УК, законодатель лишь при установлении максимально возможной продолжительности испытательного срока ориентирует на связь с видами и сроком основного наказания, оставив остальное на усмотрение суда .

Анализ данных судебной практики (уже периода действия УК 1996 г.) позволил А.Н. Кондалову сделать вывод о том, что «равный сроку наказания или более продолжительный испытательный срок.. .

служит своеобразным стимулом для осужденного условно, вынуждает его мобилизовать свой потенциал для более ускоренного освобождения от правовых обременений за содеянное»26 .

Можно вести речь о двух значениях испытательного срока и его продолжительности. Во-первых, в течение установленного срока осужденный должен подтвердить правильность вывода суда о возможности его исправления без реального применения наказания, в силу чего у него появляется мощный стимул к изменению поведения на сугубо позитивное. Во-вторых, в этот период на осужденного оказывается соответствующее воздействие, подкрепляемое принуждением, с целью его исправления - посредством угрозы реального применения наказания, обеспечения обязательного выполнения обязанностей, возложенных судом, контроля и т.д .

Условное осуждение в соответствии с ч. 4 ст. 73 УК может сочетаться с определяемым по приговору дополнительным наказанием, за исключением конфискации имущества. Данная мера (чаще всего назначается лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью) призвана усилить действенность условного осуждения, гарантировать достижение целей наказания. Помимо “лишения права” суд может применить к условно осужденному такие дополнительные наказания, как штраф и лишение специального, воинского или почетного звания, классного См.: Ломако В.А. Указ. соч. С. 77 .

Кондалов А.Н. Условное осуждение и механизмы его обеспечения: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Казань, 2000. С. 13 .

чина и государственных наград. Часть научных и практических работников полагала допустимым два варианта сочетания основного и дополнительного наказаний при условном осуждении: 1) оба вида наказания - и основное, и дополнительное определяются условно, т.е. реально не применяются; 2) условное осуждение распространяется только на основное наказание, а дополнительное всегда исполняется реально. Пленум Верховного Суда РФ в упоминавшемся постановлении “О практике назначения судами уголовного наказания” встал на ту позицию, что условным может быть признано лишь основное наказание. Дополнительные наказания приводятся в исполнение реально, о чем необходимо указывать в резолютивной части приговора (абз. 4 п. 27) .

Высказано мнение о нецелесообразности «назначения и реального исполнения дополнительных наказаний при условном осуждении как противоречащей сущности этого института»27. Вряд ли можно с таким суждением согласиться. Многие исследователи (В.К. Дуюнов, А.Л. Цветинович и др.) обращали внимание на то, что дополнительные наказания позволяют не только усилить карательное содержание применяемых к осужденному мер, но и смягчить репрессию, ибо подчас эти наказания как бы компенсируют недостаточность применения более мягких мер воздействия; в противном случае суд ориентировался бы на назначение более жестких мер, чтобы гарантировать достижение целей уголовной ответственности .

Сказанное имеет прямое отношение и к условному осуждению: если не давать суду права с помощью дополнительных наказаний нейтрализовать некоторые отрицательные стороны личности, проявившиеся в содеянном, он чаще будет применять реальное наказание, что вряд ли одобряемо с позиции экономии мер уголовно-правового воздействия .

Кроме того, суд вправе возложить на осужденного исполнение определенных обязанностей (что заимствовано из института отсрочки наказания - ст. 461 УК 1960 г.), а именно: не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного; не посещать определенные места; пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания; осуществлять материальную поддержку семьи. Этот перечень не является исчерпывающим (в отличие от ст. 461) - суд может возложить на лицо исполнение и других обязанностей, способствующих его исправлению (ч. 5 ст. 73 УК). Пленум Верховного Суда Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 10 .

РФ, рассматривая возложение обязанностей в качестве важного средства достижения цели исправления, в постановлении “О практике назначения судами уголовного наказания” рекомендовал судам при возложении на осужденного обязанностей, не перечисленных в ч. 5 ст. 73 УК, учитывать конкретные обстоятельства, личность виновного, его поведение в семье и т.п. (абз. 2 п. 27) .

Данное разъяснение имеет силу относительно любых обязанностей - как иных, так и упомянутых в ч. 5 ст. 73 УК. Ведь возложение их - право, а не обязанность суда, поскольку в законе сказано, что суд, назначая условное осуждение, может возложить их исполнение на виновное лицо. Отсюда решение суда не должно носить механического характера: выбор обязанностей должен диктоваться обстоятельствами содеянного (например, преступление виновным было совершено под влиянием других лиц, в подвале дома на соседней улице, где постоянно собиралась компания ранее судимых и увлекавшихся спиртным граждан), данными о личности виновного (лицо страдает хроническим алкоголизмом или наркоманией, проявляло недостаточную заботу о семье, склонно оставить место работы или учебы и т.п.). Во всех случаях избранные обязанности должны быть соотнесены с целями наказания, служить средством исправления осужденного .

В этом свете сомнительно предложение установить в ч. 5 ст. 73 УК исчерпывающий перечень обязанностей, «так как на практике это может привести к злоупотреблениям не только судебных, но и контролирующих органов»28. Подобное суды уже «проходили», когда предусматривался полный перечень обязанностей применительно к норме об отсрочке исполнения приговора: суды чаще возлагали обязанности, не предусмотренные законом, поскольку это способствовало достижению целей наказания. Опасение, что примерный перечень может привести к злоупотреблениям не только судебных, но и контролирующих органов, вполне нейтрализуемо четким законоположением о том, какого характера обязанности, не названные в законе, и кем могут быть возложены на условно осуждаемого .

Поскольку в случае несоблюдения условий возможна отмена условного осуждения в неблагоприятную для лица сторону, председательствующий должен разъяснить осужденному значение испытательного срока и последствия несоблюдения им требований, предъявляемых законом к условно осужденным29 .

Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 120 .

См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1984. № 4. С. 7 .

Вторая стадия характеризуется тем, что течет испытательный срок, у лица сохраняется состояние судимости, за ним осуществляется специальный контроль, лицо проходит испытание, выполняет возложенные на него обязанности, сохраняется угроза реального применения предусмотренного приговором наказания. Если осужденный успешно проходит испытание, соблюдает необходимый минимум предъявляемых к нему требований, то по истечении испытательного срока лицо снимается с учета, уголовно-правовое отношение прекращается, условно осужденный считается несудимым .

С какого момента начинает течь испытательный срок? До недавнего времени суды ориентировались на разъяснение Пленума Верховного Суда СССР “О порядке исчисления испытательного срока при применении условного осуждения кассационной (надзорной) инстанцией” от 7 июля 1971 г., по которому начало испытательного срока следовало исчислять с момента провозглашения приговора. Хотя данное постановление считается формально действующим, однако фактически оно утратило силу, поскольку рассматриваемый вопрос в настоящее время регламентирован законом и к тому же иначе, нежели в упомянутом постановлении Пленума. Часть 1 ст. 189 УИК РФ гласит, что при условном осуждении испытательный срок исчисляется с момента вступления приговора суда в законную силу .

На специализированный государственный орган, а в отношении военнослужащих - на командование воинской части и учреждения возлагается законом (ч. 6 ст. 73 УК) обязанность осуществлять контроль за поведением условно осужденных. Кроме того, суду предоставлено право - по представлению этих органов - отменить полностью или частично либо дополнить установленные в приговоре для условно осужденного обязанности (ч. 7 ст. 73) .

Специализированным государственным органом в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством (ст. 187 УИК РФ) выступает уголовно-исполнительная инспекция, которая согласно Положению об уголовно-исполнительных инспекциях30 обладает в отношении условно осужденных определенными правами и обязанностями.

В частности, инспекция имеет право:

- вызывать осужденного для разъяснения установленного порядка и условий исполнения приговора об условном осуждении, проведения профилактических бесед, выяснения возникших в проУтверждено постановлением Правительства РФ от 16 июня 1997 г .

№ 729 // Собрание законодательства РФ. 1997. № 25. Ст. 2947 .

цессе исполнения приговора вопросов, причин допущенных нарушений порядка и условий поведения;

- посещать осужденных по месту их нахождения, включая место жительства и работы, с целью контроля за поведением, соблюдением ими установленных обязанностей и запретов;

- выносить в установленном порядке постановления о приводе осужденных, состоящих на учете в инспекции и не являющихся по вызову в инспекцию без уважительных причин. Это право вытекает из положений ч. 4 ст. 188 УИК, которая устанавливает, что условно осужденные обязаны отчитываться перед уголовноисполнительными инспекциями (командованием воинских частей) о своем поведении, являться по вызову, а при неявке возможен их принудительный привод;

- обращаться в суды, иные органы и организации для решения вопросов, связанных с исполнением приговора; и т.п .

На уголовно-исполнительные инспекции возлагается и ряд обязанностей, в том числе: ведение учета осужденных; разъяснение им порядка и условий исполнения приговора; проведение первоначальных мероприятий по розыску условно осужденных, местонахождение которых неизвестно; внесение в суды в установленном порядке представлений по соответствующим вопросам; выявление причин и условий, способствующих совершению осужденным новых преступлений, нарушений общественного порядка, трудовой дисциплины, и принятие мер по их устранению .

Обычный итог этой стадии - истечение испытательного срока, указанного в приговоре. В таком случае назначенное судом наказание теряет свою силу, реально не исполняется, исчезает и состояние судимости (п. «а» ч. 3 ст. 86 УК). При этом какого-либо дополнительного судебного решения не требуется.

В этой связи неприемлемо иное высказанное в уголовно-правовой литературе мнение:

“Осужденный должен знать, что по истечении испытательного срока ему необходимо будет дать отчет о своем образе жизни за период испытания со всеми вытекающими отсюда последствиями... И именно суд должен освободить виновного от отбывания назначенного наказания, если он своим поведением доказал, что испытательный срок выдержан им успешно”31. Подобное решение, естественное при отсрочке исполнения приговора, противоречило бы правовой природе условного осуждения .

Черненко Т.Г. Условное осуждение в проекте нового Уголовного кодекса // Проблемы наказания и исполнения приговора. Кемерово, 1992. С. 38 .

Третья стадия возникает, когда по тем или иным основаниям в испытательный срок вносятся коррективы или он в силу состоявшегося решения прекращает свое течение. Здесь возможны следующие ситуации .

Во-первых, по истечении определенной части - не менее половины - установленного приговором испытательного срока становится очевидным, что условно осужденный своим позитивным поведением доказал свое исправление. В этом случае, согласно ч. 1 ст. 74 УК, суд по представлению органа, осуществлявшего контроль за поведением осужденного, вправе принять решение об отмене условного осуждения, его отбывания и (это особый случай, не предусмотренный ст. 86 УК) снять с лица судимость. Следовательно, если, скажем, испытательный срок по приговору был равен четырем годам, то уже через два года - при наличии указанных выше обстоятельств - уголовно-правовое отношение может быть прекращено .

Во-вторых, выясняется, что исправления не произошло, а условно-осужденный, напротив, а) уклонился от исполнения возложенных на него обязанностей либо б) совершил нарушение общественного порядка, за которое был подвергнут административному взысканию .

В этом случае суд по представлению контролирующего органа вправе продлить испытательный срок, но не более чем на один год (ч. 2 ст. 74 УК). По смыслу закона для подобного решения не нужно фактов неоднократного уклонения или нарушения порядка: для постановки вопроса о продлении срока достаточно одного такого факта .

Виды нарушений общественного порядка регламентированы соответствующей главой административного кодекса (гл. 13 КоАП) .

Контролирующий орган, однако, управомочен вместо постановки вопроса о продлении срока вынести в письменной форме предупреждение (ч. 1 ст. 190 УИК) .

В тех случаях, когда испытательный срок, установленный в приговоре, не достигает максимально допустимого, его продление по основаниям, установленным ч. 4 ст. 74 УК, не вызывает вопросов, тем более что суд не обязан продлевать этот срок обязательно на один год - возможно добавление и меньшей части. Иная ситуация, когда в приговоре был определен испытательный срок в максимально допустимом размере, например в пять лет при осуждении к трем годам лишения свободы. Вправе ли суд, продлевая испытательный срок по представлению уголовно-исполнительной инспекции, превысить максимальные пределы последнего, предусмотренные ч. 3 ст. 73 УК?

Суды решали этот вопрос по-разному, некоторые исходили из того, что ни при каких условиях максимум, установленный в ч. 3 ст. 73, не может быть превзойден. Пленум Верховного Суда РФ в названном ранее постановлении от 11 июня 1999 г. поддержал иную позицию, указав, что при упомянутых обстоятельствах суд “может выйти за пределы максимального срока, но не более, чем на один год” (абз. 2 п. 28) .

Практика последних лет свидетельствует о том, что количество представлений о продлении сроков условного осуждения возрастает, почти все они судами удовлетворяются32 .

В-третьих, в период испытательного срока условно осужденный систематически или злостно не исполняет возложенные на него по приговору обязанности, а именно: совершает запрещенные акты поведения (например, посещает определенные места) или не выполняет предписанных ему действий (например, по оказанию материальной поддержки семьи). В силу ч. 3 ст. 74 УК суд в таких случаях по представлению контролирующего органа может отменить условное осуждение и обратить приговор к реальному исполнению .

Под систематичностью понимается уклонение от исполнения обязанностей, возложенных на субъекта судом, более двух раз в течение года либо продолжительное (более 30 дней) неисполнение обязанностей (ч. 5 ст. 190 УИК) .

Неисполнение полагается злостным, когда оно продолжается после официального - в письменной форме - предупреждения контролирующего органа о недопустимости повторного нарушения установленного порядка отбывания условного осуждения либо когда условно осужденный скрылся от контроля (абз. 1 п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г.). Заметим, что, дав такое толкование, Пленум в определенной мере дезавуировал наметившееся противоречие между Уголовным и Уголовноисполнительным кодексом. Дело в том, что последний в ч. 4 ст. 190 в качестве самостоятельного основания к отмене условного осуждения наряду с систематичностью и злостностью неисполнения условно осужденным возложенных на него судом обязанностей, о которых говорится в ч. 3 ст. 74 УК, назвал еще одно: “…если условно осужденный скрылся от контроля” .

Общее, что объединяет изложенные три ситуации, - это то, что

а) вопрос рассматривается судом по представлению органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного;

б) основанием рассмотрения является позитивное либо неправомерное (но не преступное) поведение условно осужденного .

По данным А.Б. Виноградова, ежегодно от 93,3 до 98,6% (см.: Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 141, 146) .

Четвертая ситуация связана с совершением условно осужденным нового преступления - лицо вновь вступает в конфликт с уголовным законом. Данный факт сам по себе не предрешает дальнейшую судьбу условного осуждения; ст.

74 УК предусматривает два варианта решения в зависимости от формы вины и категории нового преступления:

- если оно совершено по неосторожности либо хотя и умышленно, но небольшой тяжести (т.е. максимальное наказание по санкции не превышает двух лет лишения свободы), вопрос о судьбе условного осуждения отдается на усмотрение суда: оно может быть отменено или сохранено (ч. 4 ст. 74 УК). При этом суд обязан учесть характер и степень общественной опасности первого (повлекшего условное осуждение) и второго преступлений, а также данные о личности осужденного и его поведении в период испытательного срока. Для выяснения таких данных в судебное заседание при необходимости вызывается представитель уголовно-исполнительной инспекции (командования воинской части, учреждения). Установив, что условно осужденный вел себя в течение испытательного срока отрицательно, допускал невыполнение возложенных на него обязанностей, нарушал общественный порядок и т.д., суд отменяет условное осуждение. При этом обязательно приведение судом мотивов принятого решения. Если же суд решает сохранить условное осуждение, то он указывает на это в описательной части приговора, а в резолютивной части - что условное осуждение по первому приговору исполняется самостоятельно (абз. 2 п. 29 постановления от 11 июня 1999 г.). Так, городской суд принял обоснованное решение о сохранении условного осуждения несовершеннолетнему Д., который совершил в период испытательного срока хулиганство (ч. 1 ст. 213 УК). Суд мотивировал это тем, что Д. полностью выполнил возложенные на него обязанности, продолжал учиться в вечерней школе, трудоустроился, с помощью родителей возместил ущерб потерпевшему33. В таком случае происходит параллельное исполнение двух приговоров - об условном осуждении и нового, второго;

- если оно совершено умышленно и к тому же относится к категории преступлений средней тяжести, тяжких или особо тяжких, суд обязан отменить условное осуждение (ч. 5 ст. 74 УК). Поэтому ошибочным было решение суда по делу С., ранее судимого за вымогательство к 4 годам лишения свободы условно. В течение испытательного срока он совершил незаконные действия с наркотическими средствами, предусмотренные ч. 1 ст. 228 УК. Поскольку это преСм.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 9. С. 10 .

ступление относится к категории средней тяжести, суду надлежало отменить условное осуждение, что не было сделано34 .

В случае отмены условного осуждения наказание назначается в обоих вариантах - по правилам о совокупности приговоров (ст. 70 УК). При этом неотбытым считается весь срок наказания, определенный судом по первому приговору при условном осуждении, и соответственно он полностью или частично присоединяется к наказанию, назначенному по последнему приговору .

В последние годы отмена условного осуждения в связи с нарушением его требований составляет 2,5% от общего числа осужденных условно, суды удовлетворяют ежегодно 74 - 96% представлений об отмене данной меры35. Это свидетельствует о не всегда обоснованном применении судом к осужденному положений ст. 73 УК, о снижении эффективности и результативности рассматриваемого института .

Встречаются также случаи, когда после состоявшегося условного осуждения выясняется, что виновный до вынесения приговора совершил еще одно преступление (или несколько). На практике в этой связи возник вопрос, допустимо ли в таком случае применять правила, предусмотренные ч. 5 ст. 69 УК (о назначении наказания по совокупности преступлений). Пленум Верховного Суда РФ в абз. 3 п. 29 постановления “О практике назначения судами уголовного наказания” пришел к обоснованному выводу, что в таком случае правила ст. 69 УК применены быть не могут. Ведь в силу ч. 4 и 5 ст. 74 УК, содержащих исчерпывающий перечень оснований, отмена условного осуждения возможна лишь в случае, когда новое преступление совершено в период испытательного срока. Поскольку же выявленное преступление было совершено не в этот период, а ранее, аннулировать условное осуждение суд не может, поэтому приговоры по первому и второму делу должны исполняться самостоятельно .

Но, с другой стороны, такое положение также ущербно. Во-первых, по совокупности преступлений в конечном счете должно назначаться одно (единое) основное наказание, а не несколько. Во-вторых, совершенно очевидно, что в абсолютном большинстве случаев - если бы суду при вынесении первого приговора было известно об иных совершенных виновным лицом преступлениях - об условном осуждении речь не шла бы. В итоге же сохраняет силу мера уголовноправового характера (условное осуждение), не способная обеспечить достижение целей, закрепленных в ст. 43 УК. Может быть, разумно См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 9. С. 10 .

См.: Виноградов А.Б. Указ. соч. С. 141, 146 .

для таких случаев установить правило отмены приговора по вновь открывшимся обстоятельствам?

Е.В. Благов (Ярославский госуниверситет)

–  –  –

Особенности назначения наказания несовершеннолетним отражены в ст. 88 и 89 УК. В последней предусмотрены учитываемые обстоятельства, а в первой - пределы назначения наказания .

В ч. 1 ст. 89 УК РФ сказано, что при назначении наказания несовершеннолетнему, кроме обстоятельств, указанных в ст. 60, учитываются «условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц». Однако направления учета всего перечисленного неоднозначны. Если несовершеннолетний жил в плохих условиях, это еще может свидетельствовать, что ему целесообразно снизить при прочих равных условиях наказание. Но если он жил в хороших условиях, это совершенно не требует повышения ему наказания. То же самое следует сказать и об учете условий воспитания и негативного и позитивного влияния старших по возрасту лиц. Не зря отмечается, что «несовершеннолетний, попавший под влияние взрослых либо обделенный родительским воспитанием и заботой, испытывающий на себе насилие со стороны опекуна, заслуживает менее сурового наказания»1 .

Отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством, может привести к тому, что несовершеннолетний будет не подлежать уголовной ответственности (ч. 3 ст. 20 УК РФ). Для других случаев такого отставания, по логике законодателя, справедливо при прочих равных условиях уменьшить ответственность или наказание. В то же время наказание, безусловно, не может Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред .

А.В. Арендаренко и др. М., 1997. С. 187-188 .

быть увеличено при отсутствии отставания в психическом развитии или даже опережении в нем .

В конечном счете нельзя не прийти к выводу, что учету при назначении наказания подлежат не любые из приведенных факторов, а только имеющие негативную (отрицательную) направленность. Это было бы желательно прямо отразить в законе .

Указание на учет иных особенностей личности слишком широко и позволяет определить их двояко. С одной стороны, «это прежде всего позиция несовершеннолетнего по отношению к обществу и его ценностям, способность и готовность к социальной адаптации, в том числе к позитивному поведению в сложных и конфликтных ситуациях, противостоянию негативному влиянию микросреды». С другой стороны, это «так называемая "детская мотивация" (озорство, побуждение завладеть престижной в среде подростков вещью для самоутверждения и т. п.). Для объективного подтверждения ее наличия существенное значение имеет степень проявления некоторых возрастных особенностей психики (внушаемость, склонность к подражанию, к фантазированию, импульсивность и т. д.)»2 .

Нельзя не заметить, что первая сторона может отразить особенности не только несовершеннолетнего, но и любого иного лица, совершившего преступление. Этого же нельзя сказать о второй стороне. В уголовном праве она действительно характеризует особенности личности лишь несовершеннолетних, что только и следует учитывать в рамках требований ч. 1 ст. 89 УК. Все остальное должно приниматься во внимание через отраженную в общих началах назначения наказания личность виновного. Чтобы не создавалось иллюзии возможности повторного учета одних и тех же данных и двойного уменьшения или увеличения наказания, необходимо прямо отразить в законе не просто особенности, а возрастные особенности личности .

В ч. 2 ст. 89 УК указано, что несовершеннолетний возраст как смягчающее обстоятельство учитывается в совокупности с другими смягчающими и отягчающими обстоятельствами. Это, разумеется, правильное решение. Но в нем нет ни доли особенностей назначения наказания несовершеннолетнему. То же самое можно сказать об учете любого другого смягчающего и отягчающего обстоятельства, а также всех иных данных, имеющих отношение к назначению наказания. На самом же деле в законе нужно было решить другой вопрос .

Если несовершеннолетнему наказание назначается в ограниченных Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред .

Н.Ф. Кузнецовой. М., 1998. С. 191 .

пределах, предусмотренных ст. 88 УК, можно ли принимать во внимание несовершеннолетие виновного в качестве смягчающего обстоятельства?

Еще в период действия УК РСФСР 1960 г. в литературе отмечалось, что «в случаях осуждения несовершеннолетнего за преступление, согласно закону наказуемое лишением свободы на срок свыше десяти лет или смертной казнью, при назначении наказания ссылка на несовершеннолетие подсудимого как смягчающее ответственность обстоятельство недопустима, поскольку при ином подходе имел бы место двойной учет одного и того же смягчающего обстоятельства…... в подобных случаях законом учтено несовершеннолетие в момент совершения преступления в качестве смягчающего ответственность обстоятельства»3. Вряд ли с таким суждением следует соглашаться .

Законодатель в ст. 88 УК РФ предусмотрел лишь минимальный размер влияния на наказание несовершеннолетия виновного как смягчающего обстоятельства в его типовом проявлении. Но несовершеннолетний - это как четырнадцатилетний, так и пятнадцати-, шестнадцати- и семнадцатилетний, это и лицо, которому вчера исполнилось четырнадцать лет, и лицо, которому сегодня исполнилось восемнадцать лет. Не случайно Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР снизила наказание Щербакову, учитывая, в частности, то, что на момент совершения преступления ему «исполнилось только 14 лет»4. Правильно замечено, что «нет единой фигуры несовершеннолетнего правонарушителя»5, возраст от четырнадцати до восемнадцати лет - «это длительный период, охватывающий четыре года, каждый из которых является целым этапом, новой ступенью в развитии личности»6, а «учет общих возрастных особенностей, характерных для всех несовершеннолетних (будь то 14 или 17-летние), не исключает необходимости выявления и учета особенностей, присущих подросткам конкретных возрастов»7. СлеСкрябин М.А. Общие начала назначения наказания и их применение к несовершеннолетним. Казань, 1988. С. 43 .

Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (1974 – 1979 гг.) / Под ред .

А.К. Орлова. М., 1981. С. 70 .

Миньковский Г. Об индивидуальном подходе в предупреждении преступлений несовершеннолетних // Социалистическая законность. 1977. № 8. С. 59 .

Бабаев М.М. Индивидуализация наказания несовершеннолетних. М.,

1968. С. 7 .

Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве. Часть Особенная. Ярославль, 1979. С. 21 .

довательно, п. «б» ч. 1 ст. 61 УК РФ должен применяться ко всем несовершеннолетним для индивидуализации наказания с учетом конкретного возраста лица. Именно данный момент во избежание неправильного понимания закона и следовало бы отразить в ч. 2 ст. 89 УК .

Отмеченное, правда, не объясняет, почему несовершеннолетие виновного предусмотрено законом в качестве смягчающего обстоятельства, т. е. отнесено к общим началам назначения наказания. Дело в том, что данное обстоятельство применимо не только к лицам, являющимся несовершеннолетними на момент совершения преступления и назначения наказания. Оно должно учитываться и в отношении тех, кто совершил преступление, будучи таковым, а к моменту назначения наказания достиг восемнадцати лет. Особенности назначения наказания, отраженные в главе 14 УК РФ, за исключением ст .

96, на них уже не распространяются .

В ч. 1 ст. 88 УК перечислены виды наказаний, назначаемых несовершеннолетнему. Правда, перечень того, что может применяться к нему наряду со взрослыми, не составляет специфики назначения наказания именно несовершеннолетнему. Ее способен отразить лишь перечень наказаний, которые нельзя назначать последнему. Не исключено, что при наличии такого перечня суды никогда бы ошибочно не назначили несовершеннолетнему, как бывает8, конфискацию имущества. Правда, применительно ко многим наказаниям неназначение их несовершеннолетнему особо оговорено при их регулировании или понятно исходя из регламентации субъектов, которым назначается. Исключение составляют только лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина или государственных наград, а также конфискация имущества, ибо награды и собственность у несовершеннолетних бывают. Поэтому достаточно отразить неприменение данных наказаний к несовершеннолетним в ст. 48 и 52 УК .

Когда конфискация имущества предусмотрена в статье Особенной части уголовного законодательства в качестве обязательного к применению дополнительного наказания, следует соблюдать разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, содержащееся в п. 12 постановления от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних». В нем оправданно зафиксировано: «В силу того, что несовершеннолетнему не может быть наСм., например: Постановление Президиума Верховного Суда РФ по делу Постникова // Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.М. Лебедева. М., 2001. С. 367-368 .

значен такой вид наказания, как конфискация имущества (статья 88 УК РФ), наказание за преступления, по которым конфискация имущества является обязательным дополнительным наказанием, назначается без ссылки на статью 64 УК РФ»9 .

В ч. 2 - 6 ст. 88 УК отражены особенности назначения наказаний, применяемых к несовершеннолетнему. Однако практика их соблюдает далеко не всегда. Так, суд назначил Кленьшину, совершившему преступление, предусмотренное п. «а», «б», «в» и «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, штраф в размере годичной заработной платы. Как отмечено в постановлении Президиума Рязанского областного суда от 28 апреля 1998 г., суд не принял во внимание положение ч .

2 ст. 88 УК о том, что несовершеннолетнему штраф назначается в размере заработной платы за период до шести месяцев10 .

При регламентации назначения несовершеннолетним исправительных работ, ареста и лишения свободы законодатель уменьшил лишь максимальные пределы данных наказаний (ср. соответственно ч. 4 ст. 88 и ст. 50, ч. 5 ст. 88 и ст. 54, ч. 6 ст. 88 и ст. 56 УК РФ) .

Иначе он подошел к штрафу и обязательным работам. В них уменьшены и минимальные пределы. Получилось, что штраф по ст. 46 УК РФ назначается от двадцати пяти минимальных размеров оплаты труда, а по ч. 2 ст. 88 - от десяти, обязательные работы по ст. 49 назначаются от шестидесяти часов, а по ч. 3 ст. 88 - от сорока .

Нельзя не заметить, что регулирование назначения несовершеннолетним исправительных работ, ареста и лишения свободы представляет собой типичную особенность в рамках общего. Правда, является загадкой повторение в ч. 5 ст. 88 УК нижнего предела назначения ареста и возраста несовершеннолетнего, которому арест может быть определен, предусмотренные в ст. 54. Однако то же самое нельзя сказать о регламентации штрафа и обязательных работ. В ней законодатель вышел за рамки общего. В указанном соотношении обычные решения для штрафа или обязательных работ и особенности их назначения несовершеннолетним находиться не могут. Любая особенность - это характерное, отличительное свойство кого или чего-нибудь11. Она всегда - проявление последнего. Тем самым в законе допущена одна из двух ошибок: нижние пределы указанных наказаний либо завышены в ст. 46 и 49 УК, либо занижены в ч. 2 и 3 ст. 88. Если несовершеннолетним действительно следует назначать Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации. С. 358 .

Там же. С. 367 .

См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.,

1992. С. 476 .

штраф и обязательные работы, начиная от размеров, указанных в ст. 88 УК, то именно они и должны отражаться в ст. 46 и 49 УК .

Непонятно, почему законодатель не ограничил в отношении несовершеннолетних размер лишения права заниматься определенной деятельностью и процент удержаний из заработка при назначении исправительных работ. Исходя из общего подхода к сокращению максимального срока или размера наказаний, предусмотренных ст. 88 УК, в науке высказано оправданное предложение «о сокращении на половину максимального срока наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, назначаемого в качестве основного наказания», и максимального размера удержаний из заработка при осуждении к исправительным работам - «до 10%»12 .

Конечно, при таком решении получается, что срок лишения права заниматься определенной деятельностью как дополнительного наказания в отношении несовершеннолетнего будет длиннее основного наказания. Поэтому сокращение следует произвести в отношении упомянутого наказания независимо от того, в каком качестве оно назначается .

В отношении максимальных пределов назначения некоторых наказаний несовершеннолетним в теории идут споры. Так, нередко считается, что в случае частичного или полного сложения сроки лишения свободы при назначении наказания несовершеннолетним по совокупности преступлений и приговоров могут достигать соответственно двадцати пяти и тридцати лет13. При этом нельзя не признать, что положения ст. 56, 69, 70 и 88 УК дают основания для подобного вывода. В то же время, если подходить к закону формально, то «несовершеннолетним, совершившим преступления, может быть назначено наказание либо к ним могут быть применены принудительные меры воспитательного воздействия» (ч. 2 ст. 87 УК), а не оговоренные в главе 14 УК виды освобождения от уголовной ответственности и наказания не применимы. С учетом же общего направления смягчения уголовной ответственности несовершеннолетних и использования в ч. 6 ст. 88 УК словосочетания «лишение свободы назначается…» вместо «лишение свободы устанавливается…» - в ч. 2 ст. 56 несложно прийти и к по существу общепринятому решеЧернова Т.Г. Назначение наказания по совокупности приговоров по уголовному праву России: Автореф. дис.. … канд. юрид. наук. Ижевск, 2001. С. 16Об аналогичном предложении в отношении исправительных работ см. также: Ибрагимова А.М.

Проблемы назначения наказания несовершеннолетним:

Автореф. дис.... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 14-15 .

См., например: Карганова Б.Г. Санкции за преступления против здоровья: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Краснодар, 1999. С. 22-23 .

нию: десятилетний срок лишения свободы для несовершеннолетних - максимальный .

Именно к изложенному выводу пришел Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 11 июня 1999 г. № 40 «О практике назначения судами уголовного наказания». В его п. 10 отражено, что «при назначении наказания лицу, совершившему преступление в возрасте до восемнадцати лет, с применением статей 66, 69 и 70 УК РФ следует исходить из того, что срок или размер наказания за оконченное преступление не может превышать максимальных сроков или размеров, установленных ст. 88 УК РФ....…по совокупности преступлений или по совокупности приговоров окончательное наказание не может превышать десяти лет лишения свободы»14 .

Имеется и другой подход к назначению наказания несовершеннолетним. Порой считается, что если наказание «после применения правил статей 62, 66, 69 и 70 УК превышает максимальные пределы, установленные статьей 88 УК РФ, наказание подлежит сокращению (смягчению) в этих пределах»15. При таких условиях все несовершеннолетние могут быть подвергнуты только одинаковому наказанию, что противоречит необходимости его индивидуализации .

Помимо изменения пределов некоторых наказаний, законодатель предусмотрел еще другие особенности их назначения несовершеннолетним. Так, штраф в соответствии с ч. 2 ст. 88 УК назначается только при наличии у таких лиц самостоятельного заработка или имущества, на которое может быть обращено взыскание. Отсюда назначение штрафа в отсутствие сведений об этом является неправильным применением уголовного закона и влечет исключение указания о штрафе из приговора16 .

Арест на основании ч. 5 ст. 88 УК назначается только несовершеннолетним, достигшим к моменту вынесения судом приговора шестнадцатилетнего возраста. Такое законодательное решение вызвало возражения из-за того, что «законодатель - вопреки прямому конституционному запрету и требованиям уголовного законодательства - придает обратную силу законодательным положениям о наказании»17. Однако обратная сила имеет отношение только к изменеСудебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации .

С. 234 .

Степашин В.М. Смягчение наказания по Уголовному кодексу России:

Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Омск, 2000. С. 10 .

См.: Определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ в отношении Любенного и Компаниеца // Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации. С. 362, 363 .

Степашин В.М. Указ. соч. С. 22 .

ниям уголовного закона (ст. 10 УК РФ). На другие ситуации она не распространяется, поэтому и подтвердить или опровергнуть нормативные решения о возрасте, с которого может назначаться арест, не способна. При этом в Уголовном кодексе нередко используется как аналогичный ч. 5 ст. 88 УК подход (ст. 53), так и смешанный в зависимости от категории лиц: пожизненное лишение свободы и смертная казнь не назначаются, с одной стороны, лицам, совершившим преступления в возрасте до восемнадцати лет, с другой - мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора шестидесятипятилетнего возраста (ст. 57, 59) .

Лишение свободы в соответствии с ч. 6 ст. 88 УК несовершеннолетним осужденным назначается в воспитательной колонии. В другие колонии их направлять недопустимо .

Наконец, в ч. 7 ст. 88 УК предусмотрено, что суд может дать указание органу, исполняющему наказание, об учете при обращении с несовершеннолетним осужденным определенных особенностей его личности. При всей правильности этого решения его место определено ошибочно. Дача соответствующего указания относится не к характеристике наказаний, определяемых несовершеннолетним, а к их назначению. Поэтому его расположение в ч. 3 ст. 89 УК было бы более удачным .

С учетом приведенных соображений особенности назначения наказания несовершеннолетним в уголовном законодательстве могли бы выглядеть следующим образом:

«Статья 88. Наказания, назначаемые несовершеннолетнему

1. Штраф несовершеннолетнему назначается только при наличии у него самостоятельного заработка или имущества, находящегося в его собственности, в размере до пятисот минимальных размеров оплаты труда .

2. Лишение права заниматься определенной деятельностью несовершеннолетнему назначается на срок до двух лет шести месяцев в качестве основного наказания и до одного года шести месяцев - в качестве дополнительного наказания .

3. Обязательные работы для несовершеннолетнего заключаются в выполнении в свободное время посильных для него работ в течение не более двух часов в день - в возрасте до пятнадцати лет или трех часов - в возрасте от пятнадцати до шестнадцати лет и назначаются на срок до ста шестидесяти часов .

4. Исправительные работы назначаются несовершеннолетнему на срок до одного года с установлением удержания до 10% из его заработка .

5. Арест несовершеннолетним назначается на срок до четырех месяцев .

6. Лишение свободы несовершеннолетним назначается на срок до десяти лет с отбыванием в воспитательной колонии .

Статья 89. Особенности назначения наказания несовершеннолетнему

1. При назначении наказания несовершеннолетнему учитываются отставание в психическом развитии и другие возрастные особенности его личности, негативные условия его жизни и воспитания, отрицательное влияние старших по возрасту лиц .

2. Несовершеннолетие виновного как смягчающее обстоятельство распространяется на всех лиц, совершивших преступление в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, независимо от применения пределов назначения наказания, предусмотренных статьей 88 настоящего Кодекса .

3. Предусмотренные статьей 88 настоящего Кодекса размеры наказаний являются максимальными и при назначении наказания несовершеннолетним по правилам, предусмотренным статьями 69, 70 и 701 настоящего Кодекса, а также при исчислении наказания по правилам, предусмотренным статьями 62, 65 - 68 настоящего Кодекса .

4. При назначении наказания несовершеннолетнему могут быть даны указания органу, исполняющему наказание, об учете при обращении с осужденным определенных особенностей его личности» .

Е.Е. Пухтий (Ярославский госуниверситет) История уголовно-правовой регламентации преступлений против семьи и несовершеннолетних

Статья 38 Конституции Российской Федерации провозглашает:

«Материнство и детство, семья находятся под защитой государства» .

Известный русский юрист Н.С. Таганцев отмечал: «Семья, составляя необходимое условие общежития, должна быть охраняема государством во всех ее сферах. Эта охрана необходима во имя общественных интересов…»1 .

Впервые в истории русского уголовного права о преступлениях, посягающих на семейные устои, было сказано в церковных уставах князя Владимира Святославовича (XI в.) и князя Ярослава (XII в.), положения которых затем воспроизводились в Смоленских уставных грамотах 1136 г. и в Уставе великого князя Всеволода о церковных судах (XIII в.). К преступлениям против семейных отношений и нравственности по Уставу кн. Владимира относились: роспуст (развод супругов без разрешения церковного суда), заставанье (нарушение супружеской верности, доказанное свидетелями), смилное (не освященная церковью совместная жизнь мужчины и женщины)2 .

Преследовались церковью и половые отношения в кругу близких родственников и свойственников, причем данная норма, преследующая цель исключить половые влечения сына к матери, брата к сестре и т.д., была призвана охранять мирные отношения в семье .

Возможно, к данной группе преступлений следует отнести и умыкание, т.е. обрядовое похищение невесты для брака. Меру наказания за эти деяния устав не определяет .

В Уставе князя Ярослава увеличилось число норм, посвященных нарушениям семейных устоев, нравственности и морали. Кроме Уголовное Уложение 1903 г. Изд. Н.С. Таганцева. СПб., 1904. С. 516 .

См.: Российское законодательство X – XX вв. / Под общ. ред .

О.И. Чистякова. М., 1984. Т. 1. С. 145, 155-157 .

того, было установлено, что данные преступления подлежат суду церкви и денежному штрафу в пользу церковных властей с добавочным уголовным наказанием со стороны князя .

Так, ст. 12, 14, 15, 19, 21 и 22 Устава кн. Ярослава3 определяют ответственность за половые сношения в кругу кровных родственников, духовных родственников (кум, кума) и свойственников. Уже тогда были сделаны первые попытки дифференциации ответственности за данные преступления: наиболее строго наказывалась кровосмесительная связь между братом и сестрой, а также между свекром и снохою - помимо уплаты епископу 100 гривен, на виновных налагалась епитимья. Преследовались церковью также: двоеженство в собственном смысле, т.е. одновременное сожительство с двумя женами (ст. 16), и двоеженство не в собственном смысле, т. е .

женитьба на другой без правильного расторжения первого брака (ст. 9); прелюбодеяние со стороны мужа (ст. 8); развод по согласию супругов без воли епископа (ст. 17), причем наказание весьма различается, смотря по тому, был ли брак венчанный или нет; злоупотребление со стороны родителей брачной судьбой детей, т.е. отказ в согласии на брак или принуждение к нему (ст. 24, 33); похищение девиц с тройственным объектом как оскорбление нравственности, как нарушение прав родителей и как бесчестие похищенной (ст. 2) .

М.Ф. Владимирский-Буданов упоминает также такие преступления против семейного права, как двоемужие, при котором наказанию подлежат как сама двоемужница, так и второй муж (Устав Ярослава по списку Макария); самовольное отпущение жены мужем (развод);

брак в близких степенях родства или свойства 4 .

В XIV - XVI вв. законодательная регламентация преступлений против семьи не претерпела никаких изменений. Лишь в «Стоглаве» - сборнике постановлений церковно-земского собора, состоявшегося в 1551 г. в Москве, - упоминались нормы церковного права, запрещавшего вступать в брак свыше трех раз. Повторное вступление в брак рассматривалось церковью как нежелательное явление, а третий брак приравнивался к преступлению. Поэтому церковь применяла к нарушителям наказание в виде наложения епитимьи на срок от 2 до 5 лет, а вступивший в брак в четвертый раз вообще не допускался в церковь в течение 4 лет. Однако наказание могло быть смягчено с См.: Российское законодательство X – XX вв. / Под общ. ред .

О.И. Чистякова. Т. 1. С. 169 .

См.: Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов н/Д, 1995. С. 323 .

учетом раскаяния виновного, а также объективных факторов - возраста, наличия детей от первого и второго браков и т.п.5 Соборное Уложение 1649 г. не упоминает ни одного из вышеперечисленных составов преступлений, но в главе 22, посвященной преимущественно преступлениям против личности, появляется ранее неизвестное русскому праву преступление против семьи - непочитание детьми родителей (отказ содержать престарелых родителей), за которое по челобитной родителей дети подвергались торговой казни - битью кнутом (ст. 5). В то же время большое внимание законодатель уделил преступлениям против близких родственников, где основным объектом является жизнь или здоровье, установив за их совершение самые строгие наказания. Например, за убийство отца или матери непосредственный виновник и его сообщники карались смертью6 .

В XVIII в. наряду с Соборным Уложением действовал Артикул воинский 1715 г., содержавший и политические, и общеуголовные статьи, что предопределило его применение в общих судах. Глава 20 Артикула «О содомском грехе, о насилии и блуде» устанавливает наказания за прелюбодеяние (арт. 169, 170), двоебрачие (арт. 171, 172), заключение брака в близких степенях родства и кровосмешение (арт. 173, 174). При этом ответственность за прелюбодеяние дифференцировалась в зависимости от того, оба прелюбодея или только один из них состоят в браке. Наказание могло быть уменьшено в случае, если невиновный супруг просил за изменившую супругу и с нею помирился или было доказано, что прелюбодеющая сторона «в супружестве способу не могла получить телесную охоту утолить». Данные преступления подлежали двойной подсудности: роль церковных судов ограничивалась возбуждением дела и определением церковного наказания, расследование и судебное разбирательство осуществляли государственные органы. Наиболее строго наказывалось кровосмешение и заключение брака в близких степенях родства - смертной казнью7 .

Но, конечно, самая полная законодательная регламентация преступлений в сфере семейного права была произведена в XIX в. в ходе систематизации российского законодательства, завершившейся изданием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных См.: Российское законодательство X – XX вв. / Под общ. ред .

О.И. Чистякова. М., 1985. Т. 2. С. 437 .

См.: Российское законодательство X – XX вв. / Под общ. ред .

О.И. Чистякова. М., 1985. Т. 3. С. 248 .

См.: Там же. Т. 4. С. 360 .

1845 г.8 Раздел XXI Уложения 1845 г. включал 54 статьи, посвященные преступлениям против прав семейственных, которые были объединены в четыре главы: «О преступлениях против союза брачного»

(данная глава состояла из трех отделений - «О противозаконном вступлении в брак», «О похищении женщин замужних» и «О злоупотреблении прав и нарушении обязанностей супружества»), «О злоупотреблении родительской власти и о преступлениях детей против родителей», «О преступлениях против союза родственного» и «О злоупотреблении власти опекунов и попечителей». За совершение этих деяний, помимо уголовного, виновным лицам могло быть назначено церковное наказание - покаяние по распоряжению их духовного начальства .

Перечень преступлений, связанных с нарушениями установленных правил вступления в брак, заметно пополнился и включал помимо уже упоминавшихся ранее уголовных правонарушений (например, похищение незамужней женщины для женитьбы на ней ст. 2040; двоебрачие - ст. 2045; вступление в четвертый брак ст. 2055) и новые составы - принуждение и склонение к вступлению в брак - ст. 2041, 2042; вступление в брак в запрещенной степени родства или свойства - ст. 2050-2051; заключение брака без испрошения согласия родителей или опекунов либо без дозволения своего начальства - ст. 2056-2058; сообщение ложных либо сокрытие истинных сведений для вступления в брак - ст. 2062-2064 и т.д. При этом дифференциация уголовной ответственности производилась в зависимости от того, кто выступал субъектом преступления - лицо православного, римско-католического или иного вероисповедания, а также с учетом того, сопряжено ли преступление против семейных отношений с иным преступлением - изнасилованием, подделкой документов и т.п. Наказанию могли быть подвергнуты не только лица, вступившие в брак с нарушением установленных правил, но и священники за совершение такого брака, родители, допустившие противозаконный брак, а также свидетели, присутствовавшие при бракосочетании и скрывшие имеющие значение обстоятельства .

Новыми для русского уголовного права явились и такие вошедшие в данную главу преступления, как жестокое обращение с женой (ст. 2075) и принуждение супруга к совершению какого-либо противозаконного действия (ст. 2076) .

Преступным считалось и злоупотребление родительской властью (властью опекуна или попечителя), которое могло выразиться в принуждении детей к вступлению в брак или пострижению в монашество Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. СПб., 1845 .

(ст. 2078, 2092), вовлечение своих или вверенных опеке несовершеннолетних детей в какое-либо преступление (ст. 2079, 2093), умышленное развращение нравственности детей (ст. 2080), присвоение или растрата родителями принадлежащего детям имущества (ст. 2082, 2091). Дети же подлежали уголовному наказанию за причинение вреда здоровью родителей (ст. 2083), оскорбление родителей (ст. 2084), за упорное неповиновение родительской власти, развратную жизнь и другие пороки (ст. 2085) и за отказ содержать своих родителей (ст. 2086) .

Третья глава «О преступлениях против союза родственного» устанавливала ответственность за кровосмешение в кругу близких родственников и свойственников. Строгость наказания зависела от степени родства и свойства: наиболее опасной законодатель считал кровосмесительную связь между родственниками по прямой восходящей или нисходящей линии .

В Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, 1864 г.9 устанавливалась уголовная ответственность родителей за ряд преступлений против семьи и несовершеннолетних, а именно: за «подкинутие» или оставление ребенка в местах, где он может быть найден другими (ст. 144)10 и за «допущение к прошению милостыни детей» (ст. 51) .

В Уголовном Уложении 1903 г.11 число преступлений против прав семейственных сократилось: глава XIX включала 19 статей, не объединенных в группы, как это было в Уложении 1845 г. В основном в этот законодательный акт вошли уголовно наказуемые деяния, связанные с противозаконным вступлением в брак, злоупотреблением родительской властью, и преступления детей против родителей .

Криминализированы были: жестокое обращение родителя, опекуна, попечителя с ребенком, не достигшим 17 лет (ст. 420); отдача вышеуказанными лицами на завод, фабрику, горный промысел или в ремесленное заведение малолетнего, не достигшего установленного для того возраста (ст. 421), и т.д. Кроме того, появились новые составы преступлений, субъектами которых являлись духовные лица, виновные в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязанности вести метрические книги (ст. 425-426), а также лица, обязанные по закону сообщить о рождении или смерти и не сделавшие этого .

Однако данная глава так и не была введена в действие, поэтому См.: Российское законодательство. X - XX вв. / Под общ. ред .

О.И. Чистякова. М., 1991. Т. 8. С. 412 .

Данная статья заменила ст. 2064-2065 Уложения о наказаниях 1845 г .

Уголовное Уложение 1903 г. Изд. Н.С. Таганцева. СПб., 1904 .

вплоть до революции 1917 г. применялось Уложение о наказаниях 1845 г. (в ред. 1885 г.) .

Уголовное законодательство первых лет советской власти осуществляло уголовно-правовую охрану семьи фрагментарно: в УК РСФСР 1922 г. статья, предусматривающая ответственность за неплатеж алиментов, была внесена лишь в 1924 г. Практически в той же редакции данная норма сохранилась в УК РСФСР 1926 г. В 1928 г. УК РСФСР был дополнен новой главой X, которая посвящалась преступлениям, составляющим пережитки родового быта. В ст. 197 - 199 УК говорилось о таких уголовно наказуемых деяниях, как принуждение женщины к вступлению в брак, похищение женщины для вступления в брак; вступление в брак с лицом, не достигшим брачного возраста или половой зрелости, или принуждение к заключению такого брака; двоеженство или многоженство. Таким образом, законодатель стремился искоренить устаревшие родовые обычаи, оказывающие негативное влияние на нормальные семейные отношения .

Постановлением ВЦИК и СНК от 25 ноября 1935 г. в УК РСФСР было внесено дополнение, касающееся защиты интересов несовершеннолетних: ст. 73 устанавливала наказание за подстрекательство несовершеннолетних или привлечение их к участию в преступлении, а также понуждение несовершеннолетних к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т.п., а ст. 1581 - за использование опеки в корыстных целях и оставление опекаемых детей без надзора и необходимой материальной помощи12 .

Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. включал уже гораздо большее число статей, устанавливающих охрану семейных отношений и интересов несовершеннолетних, однако все эти составы располагались в разных главах. Так, составы, определяющие ответственность за злостное уклонение от уплаты алиментов детям (ст. 122 УК); отказ оказывать помощь родителям (ст. 123 УК); злоупотребление опекунскими обязанностями (ст. 124 УК); разглашение тайны усыновления (ст. 1241 УК) и похищение или подмен ребенка (ст. 125 УК), были включены в главу III «Преступления против жизни, здоровья и достоинства личности». Деяния, посягающие на нормальное развитие несовершеннолетних: вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность (ст. 210 УК), в немедицинское потребление лекарственных и других средств, влекущих одурманивание (ст. 210 УК), доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения (ст. 2101 УК) - содерСм.: Сборник документов по истории уголовного законодательства .

1917 - 1952. М., 1953. С. 309 .

жались в главе о преступлениях против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. А составы, устанавливающие ответственность за принуждение женщины ко вступлению в брак или воспрепятствование вступлению в брак (ст. 233 УК), двоеженство и многоженство (ст. 235 УК), за заключение соглашения о браке с лицом, не достигшим брачного возраста (ст. 234 УК), традиционно уже располагались в главе о преступлениях, составляющих пережитки местных обычаев .

Уголовный кодекс 1996 г. впервые в истории послереволюционного уголовного законодательства объединил преступления против семьи и несовершеннолетних в одну главу, включающую 8 статей (9 основных составов).

Все преступления данной главы можно в зависимости от основного объекта разделить на две группы:

- преступления, посягающие на интересы несовершеннолетних вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений (ст. 150 УК) или иных антиобщественных действий (ст. 151 УК);

торговля несовершеннолетними (ст. 152 УК);

- преступления, посягающие на интересы семьи - подмена ребенка (ст. 153 УК); незаконное усыновление (ст. 154 УК); разглашение тайны усыновления (ст. 155 УК); неисполнение обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156); злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК) .

Составы, предусмотренные ст. 152, 154 УК РФ, впервые сформулированы в отечественном уголовном законодательстве, а ст. 156 УК РФ сходна с положением п. 1 ст. 420 Уголовного Уложения 1903 г .

Таким образом, законодательство о преступлениях против семьи и интересов несовершеннолетних постоянно развивается и совершенствуется. Изучая историю русского уголовного права, можно насчитать более тридцати составов преступлений, посягающих на семейные отношения, причем перечень данных составов менялся, практически не повторяясь в последующих законодательных актах .

Однако как много веков назад, так и в начале XX столетия прелюбодеяние, инцест, двоеженство, посягательство детей на родителей, отказ содержать своих нуждающихся родителей считались преступными и влекли достаточно суровые наказания. Первая попытка систематизации преступлений против семьи и несовершеннолетних была предпринята еще в XIX в., в Уложении о преступлениях уголовных и исправительных 1845 г., где впервые составы были расположены по главам. А в уголовном законодательстве постреволюционного периода глава, посвященная преступлениям в сфере семейных отношений, появилась лишь в УК 1996 г. По сравнению с дореволюционными и советскими уголовными законами многие деяния против семьи были декриминализированы, появились и совершенно новые составы преступлений. Однако уже сейчас можно сказать, что новейший Уголовный кодекс защищает далеко не все интересы семьи, содержит немало пробелов, а следовательно, для законодателя открывается широкое поле деятельности .

Д.А. Калмыков (Ярославский госуниверситет)

–  –  –

“Современный этап развития общества характеризуется возрастающей ролью информационной сферы, представляющей собой совокупность информации, информационной инфраструктуры, субъектов, осуществляющих сбор, формирование, распространение и использование информации, а также системы регулирования возникающих при этом общественных отношений. Информационная сфера, являясь системообразующим фактором жизни общества, активно влияет на состояние политической, экономической, оборонной и других составляющих безопасности Российской Федерации. Национальная безопасность Российской Федерации существенным образом зависит от обеспечения информационной безопасности, и в ходе технического прогресса эта зависимость будет возрастать”1 .

Приведенный выше фрагмент текста Доктрины информационной безопасности Российской Федерации (далее - Доктрины), утвержденной Президентом РФ 9 сентября 2000 г., достаточно четко определяет актуальность и значимость решения проблемы информационной безопасности для обеспечения национальной безопасности Российской Федерации. Более того, констатируется, что в будущем зависимость национальной безопасности страны от обеспечения ее информационной безопасности будет возрастать. Таким образом, постулируется наличие прямой связи между понятиями Доктрина информационной безопасности Российской Федерации (абз. 1 п. 1 разд. I) от 9 сентября 2000 г. № Пр - 1895 // Российская газета. 2000. 28 сент .

“национальная безопасность” и “информационная безопасность” применительно к сфере государственных интересов. Попытаемся выяснить, насколько данное утверждение соответствует действительности, а также разобраться в характере и возможных перспективах указанной связи .

Итак, два понятия - “национальная безопасность” и “информационная безопасность”. Что может быть между ними общего?

Начнем с того, что в том и другом понятии присутствует термин “безопасность”. Этот термин в правовом его толковании означает “… состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз”2. Соответственно “Под национальной безопасностью Российской Федерации понимается безопасность ее многонационального народа как носителя суверенитета и единственного источника власти в Российской Федерации”3 .

Что касается второго термина, то “под информационной безопасностью Российской Федерации понимается состояние защищенности ее национальных интересов в информационной сфере, определяющихся совокупностью сбалансированных интересов личности, общества и государства”4. При этом указанные “национальные интересы” определяются как “… совокупность сбалансированных интересов личности, общества и государства в экономической, внутриполитической, социальной, международной, информационной, военной, пограничной, экологической и других сферах. Они носят долгосрочный характер и определяют основные цели, стратегические и текущие задачи внутренней и внешней политики государства”5, а применительно к сфере информационных правоотношений “национальные интересы России в информационной сфере заключаются в соблюдении конституционных прав и свобод граждан в области получения информации и пользования ею, в развитии современных телекоммуникационных технологий, в защите Закон РФ от 5 марта 1992 года № 2446 - I “О безопасности” // Российская газета. 1992. 6 мая (абз. 1 ст. 1 разд. I) .

Концепция национальной безопасности Российской Федерации”, утв .

приказом Президента Российской Федерации от 17 декабря 1997 г. № 1300 (в ред. от 10 января 2000 г. № 24) // Российская газета. 2000. 18 янв. (абз. 2) .

См.: Доктрина информационной безопасности Российской Федерации (абз. 2 п. 1 разд. I) .

См.: Концепция национальной безопасности Российской Федерации (абз. 1 разд. II). (выделено в тексте нами. – Д.К.) .

государственных информационных ресурсов от несанкционированного доступа”6 .

Таким образом, терминологический подход к разрешению поставленной задачи выявил следующее: понятия “национальная безопасность” и “информационная безопасность” соотносятся как целое и его часть .

Теперь попытаемся определить объемы исследуемых понятий с тем, чтобы получить представление о степени зависимости целого национальной безопасности” от его части - “информационной безопасности” .

В абзацах 1 и 2 раздела I Концепции национальной безопасности Российской Федерации, в частности, говорится, что “положение в мире характеризуется динамичной трансформацией системы международных отношений. После окончания эры биполярной конфронтации возобладали две взаимоисключающие тенденции .

Первая тенденция проявляется в укреплении экономических и политических позиций значительного числа государств и их интеграционных объединений, в совершенствовании механизмов многостороннего управления международными процессами. При этом все большую роль играют экономические, политические, научнотехнические, экологические и информационные факторы. Россия будет способствовать формированию идеологии становления многополярного мира на этой основе .

Вторая тенденция проявляется через попытки создания структуры международных отношений, основанной на доминировании в международном сообществе развитых западных стран при лидерстве США и рассчитанной на односторонние, прежде всего военносиловые, решения ключевых проблем мировой политики в обход основополагающих норм международного права”.

И далее, развивая затронутую тему угроз национальной безопасности, отмечается:

“...усиливаются угрозы национальной безопасности Российской Федерации в информационной сфере. Серьезную опасность представляют собой стремление ряда стран к доминированию в мировом информационном пространстве, вытеснению России с внешнего и внутреннего информационного рынка; разработка рядом государств концепции информационных войн, предусматривающей создание средств опасного воздействия на информационные сферы других стран мира; нарушение нормального функционирования информационных и телекоммуникационных систем, а также сохранности информационных ресурсов, получение несанкционированного доступа Там же (абз. 10 разд. II) .

к ним”7. Соответственно “важнейшими задачами обеспечения информационной безопасности Российской Федерации являются:

реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации в сфере информационной деятельности;

совершенствование и защита отечественной информационной инфраструктуры, интеграция России в мировое информационное пространство;

противодействие угрозе развязывания противоборства в информационной сфере”8 .

Таким образом, содержательный подход к поиску ответа на вопрос о степени взаимозависимости исследуемых понятий приводит к выводу о том, что проблема обеспечения информационной безопасности Российской Федерации является неотъемлемой и весьма существенной составляющей более глобальной проблемы - обеспечения национальной безопасности страны в целом .

О важности проблемы информационной безопасности в тех или иных ее аспектах свидетельствует также то обстоятельство, что на настоящий момент в российском законодательстве сформирован достаточно внушительный массив нормативных актов, так или иначе регламентирующих исследуемую проблему. Наиболее важным из них в контексте рассматриваемой проблемы является Федеральный закон “Об информации, информатизации и защите информации” от 25 января 1995 г. № 24-ФЗ. Кроме этого Федерального закона, в указанный массив входят более сорока различных нормативных актов (начиная с Конституции Российской Федерации и заканчивая Указами Президента Российской Федерации) .

Особо следует оговорить роль Уголовного кодекса Российской Федерации в обеспечении правовой охраны информационной безопасности. Дело в том, что ряд норм и статей УК РФ в российской правоприменительной практике используются впервые. Так, например, глава 28 “Преступления в сфере компьютерной информации” определяет, какие общественно опасные деяния в сфере компьютерной информации являются преступными. Статья 283 “Разглашение государственной тайны” и ст. 284 “Утрата документов, содержащих государственную тайну” тоже регламентируют уголовно-правовые отношения в сфере информатизации .

См.: Концепция национальной безопасности Российской Федерации (абз. 18 разд. III) .

Концепция национальной безопасности Российской Федерации (абз. 47 разд. IV) .

К категории преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина, имеющих информационный характер,

УК РФ относит следующие посягательства:

нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан (ч. 1 ст. 138);

незаконное производство, сбыт или приобретение в целях сбыта специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации (ч. 3 ст. 138);

предоставление гражданину должностным лицом неполной или заведомо ложной информации, если этим причинен вред правам и законным интересам граждан (ст. 140);

незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, присвоение авторства (ч. 1 ст. 146);

нарушение авторских прав группой лиц (ч. 2 ст. 146);

незаконное использование изобретения, полезной модели, промышленного образца, разглашение их сущности без согласия автора или заявителя до официальной публикации сведений о них, присвоение авторства или принуждение к соавторству (ст. 147) .

К категории преступлений в сфере экономической деятельности отнесены:

незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименование места происхождения товара или сходных с ним обозначений для однородных товаров (ч. 1 ст. 180);

незаконное использование предупредительной маркировки (ч. 2 ст. 180);

использование в рекламе заведомо ложной информации относительно товаров, работ или услуг, а также их изготовителей, исполнителей, продавцов (ст. 182);

собирание сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, путем похищения документов, подкупа или угроз, а также иным незаконным способом (ч. 1 ст. 183);

незаконное разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, без согласия их владельца (ч. 2 ст. 183);

незаконный экспорт технологий, научно-технической информации и услуг в сфере вооружения и военной техники (ст. 189) .

Уточнив, таким образом, значимость и актуальность проблемы обеспечения информационной безопасности применительно к решению более чем глобальной задачи, стоящей перед российской государственностью, - обеспечения национальной безопасности Российской Федерации, попытаемся более детально исследовать данную тему .

Имея в виду приведенное ранее определение понятия “информационная безопасность”, обратимся к этимологии исходного, образующего понятие термина - “информация” .

Научно-технический прогресс, стремительно проникая в различные области деятельности человека, привел к тому, что во второй половине XX века понятие “информация” приобрело качественно иное значение. Из привычного “…обозначения сведений, передаваемых людьми устным, письменным или другим способом (с помощью условных сигналов, технических средств и т.д.)…”9 информация превратилась в нечто, обладающее собственной, особой ценностью .

Причинами такого превращения послужили революционные изобретения в области компьютерной техники. Следствием этих изобретений явилось формирование новой сферы человеческих отношений информационной .

Данная разновидность отношений определяется совокупностью процессов сбора, хранения, предоставления (доступа, поиска, модификации и т.п.) и распространения информации - так называемых информационных процессов. «Результатом бурных информационных процессов, охватывающих все сферы общественных и производственных отношений, является постепенный переход развитых стран мира к постиндустриальному “информационному обществу”, которое характеризуется изобилием циркулирующей по коммуникационным каналам связи информации, а также наличием всех необходимых средств для ее хранения, передачи, обработки, использования и защиты»10. Благодаря неуклонно совершенствующимся компьютерным технологиям, уровень и интенсивность информационных отношений за сравнительно непродолжительный период (40 - 50 последних лет) достигли таких высот, что информация к концу прошлого тысячелетия превратилась в одну из наиболее значимых в современном обществе ценностей. Существует мнение, согласно которому если раньше темпы развития человечества определялись доступной ему энергией, то в настоящее время таким определяющим фактором является доступная ему информация .

Важнейшим этапом в процессе данной трансформации роли и значения понятия “информация” явилось объединение персональных компьютеров в сети, что привело к появлению глобальной информационной среды - Internet, объединяющей на данный момент сотни Советский энциклопедический словарь / Под ред. А.М. Прохорова. 4-е изд. М., 1989. С. 504 .

Курушин В.Д., Минаев В.А. Компьютерные преступления и информационная безопасность: Справочник. М., 1998. С. 5 .

миллионов компьютеров во всем мире. И именно существование и активное совершенствование Internet являет собой сейчас один из тех факторов, которые активно способствуют дальнейшему развитию информационной сферы деятельности человека .

Таким образом, сформировавшаяся в настоящее время информационная потребность общества или, иначе говоря, устоявшийся и неизменно растущий спрос на информацию и информационные услуги породили, в соответствии с фундаментальным экономическим законом о взаимосвязи спроса и предложения, самостоятельную (и чудовищно доходную) индустрию удовлетворения этой потребности. Совокупность же спроса и предложения явила новую разновидность общественных отношений, требовавшую соответствующей регуляции .

Однако специфика информационных отношений такова, что в силу стремительного развития информационных технологий естественный регулятор большинства социальных процессов – право - оказалось не в состоянии оперативно среагировать на происходящие в обществе изменения. В итоге законодателям многих стран пришлось в спешном порядке, “на ходу” дорабатывать имеющееся законодательство и вводить новые нормы, адаптирующие действующий закон к стремительно меняющимся условиям правовой действительности .

Не избежало этой участи и российское уголовное право. И разумеется, как это часто случается, разработка совершенно новой группы норм, призванной урегулировать сравнительно недавно появившуюся сферу общественных отношений, находящуюся к тому же в процессе активного формирования, столкнулась с целым рядом серьезных проблем.

Вот некоторые из них:

1. Отсутствие четко очерченных границ охраняемой сферы общественных отношений (т.е. - необходимость корректного определения объекта правовой охраны) .

2. Недостаточный уровень терминологической определенности в отношении фундаментальных понятий подлежащей правовому урегулированию сферы общественных отношений (т.е. проблема четкого и однозначного определения терминов, описывающих наиболее существенные элементы соответствующих общественных отношений) .

3. Отсутствие правоприменительного опыта в урегулировании сферы информационных общественных отношений .

4. Отсутствие научной, кадровой и материально-технической базы, необходимой для качественной и эффективной правотворческой и правоприменительной деятельности уполномоченных на то государственных структур в указанной сфере общественных отношений .

5. Достаточно высокий уровень сложности исследуемой сферы общественных отношений (с точки зрения требований, предъявляемых к сотрудникам соответствующих государственных структур, призванных обеспечить необходимые регулирование и охрану информационной сферы общественных отношений) и ряд других .

А.Ф. Соколов (Ярославский госуниверситет) О проблемах освобождения от уголовной ответственности в соответствии с примечаниями к статьям 222 и 223 УК РФ Понятие деятельного раскаяния впервые регламентировано в УК РФ 1996 г. В прежних нормативных актах уголовно-правового характера, включая УК РСФСР 1960 г., предусматривались лишь отдельные формы проявления раскаяния в содеянном1. В УК РФ 1996 г. это смягчающее обстоятельство в различных проявлениях регламентировано в пунктах "и", "к" ст. 61, ст. 62 и 75, в примечаниях к некоторым нормам Особенной части, в том числе ст. 222, 223 УК .



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
Похожие работы:

«Анатолий Геннадьевич Маклаков Познавательные психические процессы: Хрестоматия Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=583045 Познавательн...»

«Бембер Гаскойн Великие Моголы. Потомки Чингисхана и Тамерлана предоставлено правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=607795 Гаскойн Бэмбер "Великие Моголы. Потомки Чингисхана и Тамерлана". Серия "Загадки древних народов": ЗАО Издательство Центрполиграф; Москва; 2010 ISBN 978-5...»

«Сергей Владимирович Дмитриенко Рудольф Павлович Самусев Александр Иванович Краюшкин Основы клинической морфологии зубов: учебное пособие Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=333492 Основы клинической морфологии зубов/Р. П. Самусев, С. В. Дмитриенко...»

«Наталья Ольшевская Уголовно-исполнительное право. Шпаргалки Серия "Зачет" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=4603362 Уголовно-исполнительное право. [Шпаргалки] / Сост. Н. Ольшевская: АСТ, Сова; Москва; 2010 ISBN...»

«Шепель Тамара Викторовна ДЕЛИКТ И ПСИХИЧЕСКОЕ РАССТРОЙСТВО: ЦИВИЛИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Специальность 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора юридических нау...»

«Даниэль Пайснер Кристина Хигер В темноте Серия "Проект TRUE STORY. Книги, которые вдохновляют (Эксмо)" Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9523899 Хигер, Кристина. В...»

«Наталья Михайловна Пчелинцева Кулинария при язве желудка Предоставлено правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=170369 Аннотация Язва желудка – одно из самых распространенных заболеваний. Для того чтобы она обошла вас стороной...»

«СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ МЕТОДОВ СКАНИРОВАНИЯ. Для кожної конкретної ІТС склад, структура та вимоги до КСЗІ визначаються властивостями оброблюваної інформації, класом автоматизованої системи та умовами експлуатації ІТС. Висновки Аналіз вітчизняної нормативно-правової бази з ІБ свідчит...»

«ОГВ ё понедельник, 5 декабря 2016 г. ГКУ СК "Краевой центр информтехнологий" http://www.cit-sk.ru/ [ТЕЛЕФОННЫЙ СПРАВОЧНИК] Справочник номеров телефонной сети ССТУ органов государственной власти Ставропольского края Содержание МИНИСТЕРСТВО ИМУЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ СТАВРОПОЛЬС...»

«БОГОСЛОВСКИЕ СОБЕСЕДОВАНИЯ 4. Усвоение жертвы Христовой в Евхаристии происходит по вере действием СвяДуха. Евхаристия соединяет нас с вочеловечившимся Сыном Божий м Иисусом Христом и делает нас причаст...»

«Это фрагмент книги "Тысяча имён. Краткая энциклопедия", стр. 52-69, автор Е. Васильев, Москва 2015, 264 страницы, ISBN 978-5-600-01076-5 См. интернет-сайт www.1000names.ru Клементина Крёстное православное имя: отсутствует Значение, происхождение имени: "Милосердная, сострадательная, добрая, мягкая" – от...»

«Калашник Наталья Ивановна ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫХ СЛУЖАЩИХ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ ВЛАСТИ СУБЪЕКТОВ ФЕДЕРАЦИИ Специальность 12.00.05 – трудовое право; право социального обеспечения АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Томск 2003 Работа выпол...»

«Преамбула. Общество является юридическим лицом с момента государственной регистрации и в своей деятельности руководствуется Законом Российской Федерации О банках и банковской деятельности и Законом Рос...»

«Трегубенко И. А. СУБЪЕКТИВНАЯ КАРТИНА ЖИЗНЕННОГО ПУТИ У ЖЕНЩИН С РАЗЛИЧНЫМ СЕМЕЙНЫМ СТАТУСОМ Опубликовано: Современные проблемы психологии семьи: феномены, методы, концепции. Вып. 4. – СПб.: Изд-во АНО "ИПП", 2010. – С. 72-77. Современные сем...»

«ДОКЛАД Об осуществлении государственного контроля (надзора) в сфере производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции в 2011 году 1. Состояние нормативного правового регулирования Федеральная служба по регул...»

«Проблемы управления. Научно-практический журнал. – N 2 (23) – 2007г.– С. 96 – 100. Н.Н. Акимов Антидемпинговые меры в правовой системе ГАТТ/ВТО Субъекты хозяйствования Республики Беларусь, участвуя во внешнеторговых операциях, сталкиваются со сложными явлениями, объекти...»

«Государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Московский городской университет управления Правительства Москвы" Институт высшего профессионального образования...»

«Рационализация права и диагноз современности* 131 СОЦИОЛОГИЧЕСКОЕ ОБОЗРЕНИЕ. Т. 10. № 3. 2011 Юрген Хабермас Аннотация. В данном разделе своей книги "Теория коммуникативного действия" Юр...»

«Теория и практика гражданского права и гражданского процесса Юрий Андреев Гражданско-правовая ответственность государства по деликтным обязательствам: Теория и судебная практика "Юридический центр" ББК 67.404 Ан...»

«Вестник Томского государственного университета. Право. 2013. №4 (10) УДК 343.3 А.В. Корнилов РАЗГРАНИЧЕНИЕ ПУБЛИЧНЫХ ПРИЗЫВОВ К ЭКСТРЕМИСТСКОЙ И ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Рассматриваются публичные призывы к экстремистской и террористической деятельности, опред...»

«Алексей Григорьевич Климов Медицинские запоминалки Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=10829329 Медицинские запоминалки / Алексей Климов: Аннотация Автор, Алексей Климов, однажды зайдя на заняти...»

«Ирина Германовна Малкина-Пых Экстремальные ситуации Серия "Справочник практического психолога" текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=174636 Экстремальные ситуации: Эксмо; Москва; 2006 ISBN 5-699-07805-3 Аннотация Книга...»

«Отто Вейнингер Пол и характер Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=120179 Пол и характер: Фолио; Харьков; 2009 ISBN 978-966-03-4927-8 Аннотация В своей скандально знаменит...»

«1 1. Текст проспекта выпуска акций 2. Общие сведения об Обществе: Акционерное общество "КазМунайГаз-Сервис NS" (далее Общество) является юридическим лицом в виде некоммерческой организации и осуществляет свою деятельность в соо...»

«12. Тимашев Н.С. Развитие социологии права и ее сфера // Беккер Г., Босков А. Современная социологическая теория в ее преемственности и изменении. М., 1961. С. 488-489.13. Тимашев Н.С. Советское право в американском освещении // Новый журнал. Нью-Йорк, 1951. Кн. XXVI. С. 294-295, 302 (курсив на...»

















 
2018 www.new.z-pdf.ru - «Библиотека бесплатных материалов - онлайн ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 2-3 рабочих дней удалим его.