WWW.NEW.Z-PDF.RU
БИБЛИОТЕКА  БЕСПЛАТНЫХ  МАТЕРИАЛОВ - Онлайн ресурсы
 

Pages:     | 1 || 3 |

«Пшипий Рустам Махмудович БЛАНКЕТНАЯ ДИСПОЗИЦИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ НОРМЫ: ДОКТРИНАЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ, ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ ПОДХОДЫ К КОНСТРУИРОВАНИЮ И П ...»

-- [ Страница 2 ] --

Учитывая, что внутри самой семьи общего права выделяют две основные модели: британскую и американскую, следовательно, анализу будет подвергнуто уголовное законодательство наиболее ярких представителей стран англо-американского типа уголовно-правовой системы, которыми являются Великобритания и США .

Каждая из указанных стран в контексте исследуемой проблематики обладает рядом особенностей. Рассмотрим их по-порядку .

Так, в английской уголовно-правовой доктрине вообще нет упоминаний о системе Особенной части как таковой. Говорить о системе Особенной части уголовного права Англии можно, лишь учитывая те подходы, которые были выработаны английскими юристами, издающими труды по уголовному праву либо занимающимися подготовкой правовой Ведерникова О.Н. Современные уголовно-правовые системы: типы, модели, характеристики // Государство и право. 2004. № 1. С. 70 .

реформы и систематизацией уголовного законодательства. Безусловно, это связано с отсутствием в стране уголовного кодекса1. Тем не менее, учитывая то обстоятельство, что уголовная ответственность в Англии может быть установлена как в специальных законах, так и в отраслевых законодательных актах, английское уголовное законодательство представляет для российских исследователей огромный научный интерес. Если быть более точным, то в законодательстве исследуемого государства мы наблюдаем картину, прямо противоположную той, что имеет место в Российской Федерации .

Отечественный законодатель в актах регулятивного законодательства лишь регламентирует порядок осуществления определенного вида деятельности в конкретной сфере общественных отношений . Указанные нормативные акты не определяют преступность и наказуемость деяния, эта роль отведена лишь Уголовному кодексу РФ, который использует положения позитивного законодательства и посредством бланкетных диспозиций описывает признаки того или иного состава преступления. Во втором параграфе данной главы мы отстаивали положение о полезных свойствах бланкетных диспозиций, аргументируя это, в частности тем, что акты регулятивного законодательства, к которым приходится обращаться для толкования признаков состава преступления, весьма нестабильны и подвержены постоянным изменениям. И в случае их изменения бланкетная диспозиция позволяет не вносить изменения в соответствующие нормы УК, обеспечивая тем самым его стабильность .

Британское уголовное законодательство, как мы уже отмечали, пошло иным путем, поместив нормы об ответственности за те или иные преступные деяния уже в сам акт регулятивного законодательства. Насколько правомерен и, самое главное, насколько практически оправдан такой подход британского законодателя? Аналогичный вопрос мы задавали и в рамках рассмотрения романо-германского типа уголовно-правовой системы. С позиции Голованова Н.А. Характеристика Особенной части английского уголовного права // Уголовное право зарубежных государств. Особенная часть: Учеб. пос. / Под. ред .

И.Д. Козочкина. М., 2004. С. 8 .

российской правовой ментальности ответ нам представляется очевидным и однозначным: абсолютно все сферы жизнедеятельности нашего общества развиваются весьма стремительно и законодательство их регламентирующее просто обязано соответствовать столь стремительным темпам развития, к тому же если в них определены условия уголовной ответственности. В этой связи уместно процитировать И.В. Шишко: «Одна и та же норма не может одновременно регулировать два разных вида общественных отношений и заключать в себе два разных метода правового регулирования. Именно поэтому одно и то же предписание не может быть одновременно включено в две разные отрасли права»1 .

Подход российского законодателя, прибегающего к помощи бланкетной диспозиции, здесь представляется наиболее оправданным. Это, безусловно, понимает и британский законодатель, поскольку несмотря на самобытность и уникальность британской уголовно-правовой системы, создававшуюся еще королевскими судьями, начиная с XII в. (которой, кстати, очень гордятся сами британцы) оно неумолимо стремится к кодификации начиная с середины ХIХ в. В настоящее время в уголовном порядке преследуется примерно 8 тыс. преступлений, ответственность за которые установлена в специальных законах и отраслевом законодательстве .

Общее их количество превышает 8 тыс. и это, безусловно, затрудняет кодификации2 .

процесс Думается, что если британское уголовное законодательство все же кодифицируют, то российский опыт использования бланкетных диспозиций будет ему весьма полезным .

Переходя к рассмотрению уголовного законодательства США, необходимо сразу отметить, что в США нет единой, общенациональной уголовно-правовой системы, что обусловлено особенностями американского федерализма. В отличие от уголовных кодексов некоторых других крупных Керимова Е.А. Система права и система законодательства // Правовая политика и правовая жизнь. 2002. № 2. С. 54 .

Уголовное право зарубежных стран. Общая и Особенная части: учебник для магистров / Под ред. Н.Е. Крыловой. М., 2013. С. 573 .

федеративных государств, например, Германии, Бразилии или Индии, так называемый Федеральный уголовный кодекс США имеет довольно узкую сферу действия она ограничивается защитой «федеральных» интересов и необходимостью борьбы с некоторыми наиболее опасными посягательствами в национальном масштабе1. В стране действуют 53 самостоятельные системы 50 штатов, федеральная, Округа Колумбия, где расположена столица, и «свободно присоединившегося государства» Пуэрто-Рико. Это породило такое характерное для США явление, как правовой дуализм, означающий, что на территории каждого штата действует право каждого штата, а при определенных условиях право федеральное2 .

В силу ограниченности объема диссертационного исследования мы не можем подвергнуть анализу все 53 обозначенные выше системы и поэтому рассмотрим особенности американского опыта конструирования уголовноправовых норм с бланкетной формой диспозиции на примере Уголовного кодекса Штата Техас .

Анализ Особенной части указанного нормативного акта позволил прийти к выводу о том, что исследуемые уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, рассредоточены в нем по разным разделам и главам в отличие от УК РФ, который закрепляет ответственность за преступления в сфере экономической деятельности в главе 22 .

Особенная часть анализируемого УК содержит в себе 11 составов преступлений в сфере экономической деятельности, всего 3 (27 %) из которых сконструированы при помощи бланкетных диспозиций. При чем в двух случаях (ст. 32.31 подглавы С, главы 32 и ст. 32.33 той же подглавы) говорится о совершении определенных действий «без надлежащего согласия». В другом же случае (ст. 32.42 подглавы D, главы 32) определено, Козочкин И.Д. Характеристика Особенной части американского уголовного законодательства // Уголовное право зарубежных государств. Особенная часть: Учеб .

пос. / Под. ред. И.Д. Козочкина. М., 2004. С. 82 .

Козочкин И.Д. Источники уголовного права США // Уголовное право зарубежных государств. Общая часть: Учеб. пос. / Под. ред. И.Д. Козочкина. М., 2004. С. 8 .

что розыгрыш призов при продаже товаров и услуг означает не регламентируемый правилами, установленными федеральным регулятивным агентством, в котором лицо может по результатам жребия, угадывания или совпадения получить приз .

В целом же, нет оснований говорить, в данном случае, о бланкетной диспозиции, как об одном из основных приемов законодательной техники, используемых при конструировании составов преступлений в сфере экономической деятельности. Тем не менее, справедливости ради отметим, что в нормах других глав УК, американский законодатель охотно использовал исследуемый прием законодательной техники. Так, глава 16 «Преступный инструментарий, перехват телеграфного или устного сообщения и установление устройства обнаружения» во всех шести входящих в нее составах преступлений содержит такой бланкетный обобщающий признак, как «незаконный» .

Бланкетные диспозиции в уголовном законодательстве стран, принадлежащих к мусульманской системе права Мусульманское право является составной частью религии ислама и возникло как часть шариата. Шариат («прямой путь») – это совокупность обязательных к соблюдению норм и предписаний, которые регулируют все стороны жизни мусульман, включая как правовые, так и чисто моральные и религиозные установления. Во второй части шариата наряду с муамалатом (общение с себе подобными) и мунахатом (личный статус) выделяют отрасль, связанную с наказанием, укубат. Именно термин «укубат», если адаптировать его к западным категориям права, и обозначает мусульманское уголовное право 1 .

Российское уголовное право. Общая часть: учебник для вузов / под ред .

В.П. Коняхина, М.Л. Прохоровой. М., 2014. С. 530 .

К этой правовой семье относится большинство государств Арабского Востока (Саудовская Аравия, Иран, Йемен, ОАЭ, Пакистан и т.д.) и ряд мусульманских общин Африки (Сомали, Танзания, Кения и др.) .

Особенности исламского опыта использования уголовно-правовых норм с бланкетной диспозицией рассмотрим на примере уголовного законодательства Ирана, которое представлено Законом об исламских уголовных наказаниях Исламской Республики Иран (далее уголовный закон Ирана) и рядом специальных уголовных законов .

Изучение указанного нормативного акта в рамках настоящего диссертационного исследования представляет научный интерес, поскольку в нем весьма колоритно и гармонично сочетаются предписания основного источника мусульманской правовой системы Корана, а также нормативные предписания шариата и соответствующих реалиям нового времени законодательных актов .

Исследуемые нами уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, также нашли свое отражение в уголовном законе Ирана. Однако данный нормативный акт не располагает отдельной главой или разделом, которые бы закрепляли все преступные деяния в обозначенной сфере .

Если провести аналогию с УК РФ, то ответственность за преступления в сфере экономической деятельности в уголовном законе Ирана закреплена в Разделе 4 «Изготовление или распространение поддельных монет», Разделе 5 «Фальсификация и подлог документов» и Разделе 23 «Банкротство» .

Анализ диспозиций норм уголовного закона Ирана, устанавливающих ответственность за экономические преступления, привел нас к выводу о том, что во всех (а их восемь) иранский законодатель использовал бланкетную диспозицию. Так, ч. 5 ст. 525 уголовного закона Ирана признает преступным и наказуемым изготовление, ввоз в страну или сознательное использование поддельных национальных и иностранных бумажных денег, банковских документов, в том числе чеков, акцептированных банками векселей и иных документов, связанных с банковскими обязательствами. Соответственно, объективные признаки данного состава преступления иранский правоприменитель может установить обратившись, например, к Банковскому и монетарному закону Исламской Республики Иран 1960 г., который устанавливает порядок выпуска банкнот, их обращение и изъятие из обращения, покрытие банкнот и т.д .

К преступлениям, посягающим на нормальное функционирование экономической системы Республики Иран, можно отнести также изготовление либо сознательное распространение, ввоз в страну или сбыт поддельных национальных и иностранных монет золотой и серебряной чеканки, в том числе всех видов монет, выпущенных до и после исламской революции и имеющих хождение на территории страны в настоящее время (ст. 518); уменьшение установленного веса национальных и иностранных монет золотой и серебряной чеканки путем любого механического воздействия в преступных целях, а также сознательное и умышленное распространение или ввоз в страну подобных монет (ст. 519); фиктивное банкротство (ст. 670) и преднамеренное банкротство (ст. 671). Все нормы устанавливающие ответственность за указанные виды преступных деяний сконструированы при помощи бланкетных диспозиций, поскольку установление признаков объективной стороны преступлений, предусмотренных статьями 518 и 519 и отчасти статьями 670 и 671, невозможно без обращения к Закону о денежной системе и банках Ирана 1972 г .

Кроме того, как было отмечено ранее, вопросы уголовной ответственности закреплены в специальных законах, таких как: Закон Исламской Республики Иран 1989 г. «Об усилении наказания за изготовление, ввоз в страну, сбыт, распространение или использование поддельных бумажных денег», Закон Исламской Республики Иран 1990 г. «О преступлениях в сфере экономической стабильности», а также в отраслевых законодательных актах, к которым можно отнести, например, Банковский и монетарный закон Исламской Республики Иран 1960 г. и др .

Так, последний из названных законов в ст. 83 и ст. 84 устанавливает уголовную ответственность директора и менеджеров банков за нарушение отдельных его нормативных предписаний .

Следовательно, закономерны следующие обобщения: во-первых, уголовному законодательству Ирана также присуще конструирование уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, при помощи бланкетной диспозиции; во-вторых, уголовное законодательство Ирана кодифицировано не полностью, поскольку нормы об уголовной ответственности содержаться как в уголовном законе Ирана, так и в специальных законах, а также в отраслевом законодательстве; и, наконец, в-третьих, такая позиция иранского законодательства (как и большинства законодателей западноевропейских государств) не представляется нам правильной .

На основании проведенного компаративистского анализа, считаем возможным сделать следующие выводы:

1. Бланкетный способ конструирования диспозиций присущ как российскому уголовному законодательству, так и законодательству стран романо-германского, социалистического, англо-американского и мусульманского типа уголовно-правовых систем .

2. Законодательные приемы описания бланкетных признаков в диспозициях норм, предусматривающих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, в Российской Федерации и в уголовном законодательстве исследованных стран, в целом, идентичны .

3. Особенностью главы 22 УК РФ, регламентирующей ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, отличающей ее от соответствующих глав уголовных законов, исследованных в рамках компаративистского анализа государств, следует признать частоту использования бланкетных диспозиций при конструировании уголовноправовых норм. Так, из 45 основных составов преступлений главы 22 УК РФ, 43 (95,5%) бланкетные. Между тем в уголовном законодательстве исследуемых стран данный показатель колеблется от 2,5 (в УК Франции) до 62% (УК Эстонии), за исключением УК Украины, который содержит 93% норм, предусматривающих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, диспозиции которых сконструированы как бланкетные .

4. Законодатель в исследованных странах (в отличие от российского) «уходит» от бланкетности путем установления преступности тех или иных деяний в сфере экономической деятельности не только в УК, но и в специальных законах, отраслевом законодательстве, а также нормативных актах исполнительной власти .

Подход российского законодателя, прибегающего к помощи бланкетной диспозиции, здесь представляется наиболее оправданным, поскольку такое положение дел противоречит системности права, т.к. одним из его признаков является деление отраслей на регулятивные и охранительные (что присуще и системе романо-германского права). Однако в данном случае норма регулятивного права является одновременно и охранительной, сочетая в себе, таким образом, два метода уголовноправового регулирования, что нарушает принцип законности .

Следовательно, опыт российского законодателя является более предпочтительным, поскольку, во-первых, УК РФ сконцентрировал в себе все нормы, охраняющие сферу экономической деятельности от преступных посягательств, а во-вторых, используя бланкетные диспозиции «избежал»

нарушения принципа системности права, т.к. нормативные акты регулятивных отраслей, к которым обращает указанная диспозиция, раскрывают лишь признаки состава преступления, не устанавливая при этом уголовной ответственности за него .

5. Уголовное законодательство большинства исследованных стран кодифицировано частично. Однако некоторые из них (например, Великобритания) стремятся к его полной кодификации. В этом случае, зарубежному законодателю будет весьма полезным российский опыт использования бланкетных диспозиций .

ГЛАВА. БЛАНКЕТНЫЕ ДИСПОЗИЦИИ В НОРМАХ ГЛАВЫ 22

УК РФ: ОСОБЕННОСТИ КОНСТРУИРОВАНИЯ И ПРОБЛЕМЫ

КВАЛИФИКАЦИИ

§ 1. Бланкетность диспозиций уголовно-правовых норм и вопрос об источниках уголовного права Национальная правовая система любого государства, с учетом принадлежности к той или иной правовой семье, обладает рядом специфических, присущих исключительно ей, особенностей, главной из которых, по нашему мнению, является система источников права, под которыми понимаются официальные формы выражения и закрепления (изменения или отмены) правовых норм, действующих в данном государстве1 .

Российская Федерация, традиционно относящаяся к романогерманской или континентальной система права, не является исключением в контексте сказанного выше и обладает следующей системой источников права:

1. Федеральная система нормативных правовых актов: Конституция РФ, законы РФ (федеральные конституционные и федеральные законы), указы Президента РФ, постановления Правительства РФ (последние два источника принято относить к подзаконным нормативным правовым актам) .

2. Подсистема законодательства субъектов РФ: конституции республик и уставы других субъектов Федерации, законы субъектов Федерации, подзаконные нормативные правовые акты субъектов Федерации (указы, Общая теория государства и права. Академический курс в трех томах. Т II. / Отв .

ред. М.Н. Марченко. М., 2007. С. 264 .

постановления, приказы, инструкции глав и органов исполнительной власти субъектов Федерации) .

3. Нормативные правовые акты местного самоуправления:

постановления глав муниципалитетов, районов, городов, сел и поселков .

4. Корпоративные нормативные правовые акты: устав, правила внутреннего распорядка, правила учета хозяйственной и финансовой деятельности и др .

5. Договоры нормативного содержания: договоры о разграничении предметов ведения и полномочий между органами Российской Федерации и органами субъектов Федерации, коллективные договоры между профсоюзами и работодателями .

6. Правовые обычаи: местные, национальные, а также деловые обыкновения, сложившиеся в различных отраслях хозяйства .

7. Международные нормативные правовые акты .

В рамках действующей национальной правовой системы Российской Федерации каждой отрасли права присущи свои источники (формы) выражения норм права. Некоторые отрасли содержат в своем арсенале весь спектр обозначенных выше источников, например, отрасль гражданского или семейного права. Исследуемая же нами отрасль уголовного права, напротив, представлена единственным источником Уголовным кодексом РФ 1996 г .

Между тем, обозначенная позиция вызывает немало споров среди представителей уголовно-правовой науки. Дело в том, что при конструировании большинства составов уголовно-наказуемых деяний, законодатель активно использует бланкетную форму диспозиции, которая, как отмечено выше, для конкретизации отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления обращает правоприменителя к нормам иных отраслей законодательства. Таким образом, один из наиболее дискуссионных вопросов, возникающих в науке уголовного права, касается того, являются ли нормативные акты, к которым отсылает бланкетная диспозиция источниками уголовного права?

В некоторых позициях, обозначенных авторитетными учеными, делается вывод о том, что нормативные правовые акты иных отраслей в силу необходимости обращения к ним в процессе применения бланкетных диспозиций УК РФ становятся еще одним источником уголовного права и, следовательно, частью уголовного законодательства. В частности, Т.В. Кленова утверждает, что «источником бланкетной уголовно-правовой нормы кроме уголовного закона являются и нормативные акты других отраслей права»1 .

Вывод о «слиянии» регулятивных и уголовно-правовых норм был сформулирован А.В. Наумовым, указавшим, что применительно к бланкетным диспозициям неуголовно-правовые нормы превращаются в «клеточку» уголовно-правовой «материи»2. Также о комплексном характере уголовно-правовой нормы говорит и Н.И. Пикуров, называя последнюю «динамической системой, включающей как собственные уголовно-правовые предписания, так и нормативные предписания иных отраслей права»3. Иные отраслевые и межотраслевые законодательные акты считает источником уголовно-правовых предписаний Общей части уголовного права (хотя и называет это исключением из правил) В.П. Коняхин4 .

По мнению М.А. Ибрагимова, «признание нормативных актов иных отраслей права источником уголовного права обусловлено бланкетной формой конструирования уголовного закона. При ее использовании содержание уголовно-правовой нормы складывается как из положений уголовного закона, так и положений нормативных актов иных отраслей Кленова Т.В. Основы теории кодификации уголовно-правовых норм. Самара,

2001. С. 144 .

Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 2004 .

С. 91 .

Пикуров Н.И. Теоретические проблемы межотраслевых связей уголовного права:

автореф. дис.... д-ра юрид. наук. Волгоград, 1998. С. 8 .

Коняхин В.П. Теоретические основы построения Общей части российского уголовного права. М., 2002. С. 124 .

права, которые должны рассматриваться в качестве источников уголовного права»1 .

Между тем, подобную позицию разделяют далеко не все ученые. Так, Л.Л. Кругликов считает, что комплексные нормативные акты, имеющие отношение к бланкетным уголовно-правовым нормам, не могут рассматриваться как составная часть уголовного законодательства2 .

А.В. Иванчин по этому поводу справедливо отмечает, что «базовым критерием разграничения отраслей права служит предмет правового регулирования. Этот критерий обусловливает разделение труда между нормами различных отраслей права (специализацию отраслей). Поэтому открытость бланка как раз и означает факт того, что уголовный законодатель не вмешивается в сферу неуголовно-правового регулирования. Так, ст. 143 УК отсылает к трудовому праву; ст. 169 УК к гражданскому; ст. 198 и 1992 к налоговому и т.д. Иной подход ведет к разрушению системы права, смешивая различные его отрасли (при этом правовые нормы теряют свое «отраслевое лицо» или, пользуясь образным выражением С.С. Алексеева, свой «цвет»)3 .

Результаты проведенного нами анкетирования свидетельствуют о том, что абсолютное большинство респондентов не относят к источникам уголовного права те нормативные акты, к которым необходимо обращаться в процессе применения бланкетных диспозиций (80% респондентов – 176 человек); 20% респондентов (44 человека) все же признали указанные акты источниками уголовного права .

Для правильного решения поставленного вопроса наиболее рационально, с нашей точки зрения, рассматривать источники уголовного Ибрагимов М.А. Нормативные акты иных отраслей права как источники уголовного права: дис.... канд. юрид. наук. Ставрополь, 2004. С. 8 .

Кругликов Л.Л. Проблемы теории уголовного права: Избранные статьи .

Ярославль, 1999. С. 40-42 .

Иванчин А.В. Конструирование состава преступления: теория и практика. М.,

2014. С. 50 .

права в материальном и формальном смысле, в соответствии с общетеоретическими положениями .

К первым, как правило, относят причины (истоки), порождающие появление правовых норм и обуславливающие их основное содержание (реалии социально-экономического бытия, интересы государственной власти, правосознание и т.д.)1. Примером в данном случае могут служить специальные составы мошенничества, включенные в редакцию УК РФ Федеральным законом от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ (ст. 1591-1596) .

Негативные явления в российском обществе последних лет, связанные, например, с участившимися случаями злоупотребления правом на материнский капитал, противоправными действиями в сфере страховых выплат, с использованием пластиковых карт т.д., побудили государство к принятию радикальных мер, направленных на криминализацию описанных деяний. Следовательно указанные социальные явления выступили материальными источниками уголовного права, поскольку явились детерминантой «рождения» новых уголовно-правовых норм .

Под формальными же источниками права принято понимать внешние формы выражения, способы объективизации правовых норм (нормативные правовые акты, правовые обычаи, судебные прецеденты и т.д.)2 .

По нашему глубокому убеждению, источниками уголовного права в формальном смысле могут являться только те законодательные акты, которые устанавливают преступность и наказуемость деяния, устраняют преступность деяния, освобождают от ответственности и наказания. В условиях современной российской действительности такими актами являются Уголовный кодекс РФ и вновь принятые законы, предусматривающие уголовную ответственность, которые в соответствии с ч. 1 ст. 1 УК РФ подлежат включению в Уголовный кодекс .

Российское уголовное право (Общая часть): Учебник для вузов / Под ред .

В.П. Коняхина, М.Л. Прохоровой. М., 2014. С. 63 .

Там же. С. 63 .

Между тем, нормативные и подзаконные акты, к которым необходимо обращаться в процессе применения бланкетных диспозиций для уяснения отдельных признаков состава преступления, нельзя признать формальными источниками уголовного права, поскольку целью их принятия является только регулирование определенного круга позитивных общественных отношений, о чем указывается в самих этих актах. Данное законодательство является регулятивным и призвано лишь регламентировать порядок осуществления определенного вида деятельности в конкретной сфере общественных отношений, а термины, заимствованные из них уголовным охранительным законодательством, используются в первых для описания только дозволенного либо и недозволенного поведения, но непреступного. В подобного рода актах лишь конкретизируются бланкетные признаки состава преступления, но криминообразующие факторы, такие как: размер, ущерб, вред и другие устанавливаются непосредственно уголовным законодательством. Аналогичной позиции придерживаются и некоторые ученые .

Так, Н.А. Лопашенко справедливо замечает, что «несмотря на отсылочный характер бланкетных диспозиций признаки уголовно-правового деяния (преступления) формулируются только в уголовном праве и законе .

Именно в диспозиции статьи уголовного закона называются криминообразующие признаки, свидетельствующие о преступности конкретного деяния»1 .

М.В. Феоктистов, в свою очередь, отмечает: «Бланкетность нормы носит, как правило, частичный характер. Законодатель устанавливает уголовную ответственность не за сам факт нарушения тех или иных правил, а за такое их нарушение, которое дополнено иными уголовно-правовыми признаками, закрепленными в УК, например, причинением смерти или тяжкого вреда здоровью. Поэтому уголовно-правовая норма обладает Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004. С. 106 .

собственными криминообразующими признаками, а бланкетная ее часть лишь позволяет установить противоправный характер поведения виновного, приведший к наступлению указанных в законе последствий»1 .

«Если согласиться, что нормы других отраслей права следует считать уголовно-правовыми в силу необходимости обращения к ним в процессе применения бланкетных норм УК, – констатирует И.В. Шишко, – то придется признать, что первые нормы утрачивают свою «первоначальную»

отраслевую принадлежность: в отличие от нормативного правового акта, норма не может быть комплексной!»2. «Одна и та же норма не может одновременно регулировать два разных вида общественных отношений и заключать в себе два разных метода правового регулирования. Именно поэтому одно и то же предписание не может быть одновременно включено в две разные отрасли права»3 .

Более того, в постановлении № 23 Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» отмечено, что для раскрытия содержания указанных признаков необходимо обращаться к нормам ГК РФ: «1. При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в пункте 1 статьи 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, Феоктистов М.В. Структура уголовно-правовой нормы // Общая часть уголовного права: состояние законодательства и научной мысли / Под ред. Н.А. Лопашенко. СПб.,

2011. С. 162 .

Шишко И.В. Указ. соч. С. 78 .

Киримова Е.А. О структурном составе российского права // Правовая политика и правовая жизнь. 2002. № 2. С. 54 .

зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя…» .

Таким образом, Пленум Верховного Суда ориентирует правоприменителя на обращение к гражданскому законодательству только лишь для определения признаков легальной предпринимательской деятельности. Положения ГК РФ не позволяют определить, является ли та или иная предпринимательская деятельность незаконной (преступной), поскольку криминообразующие признаки состава преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ (причинение крупного ущерба, извлечение дохода в крупном размере) устанавливаются непосредственно уголовным (охранительным) законодательством .

Тем не менее, значение нормативных актов регулятивных отраслей для отрасли уголовного права переоценить невозможно в силу того, что под уголовно-правовой охраной находятся именно те общественные отношения, которые входят в предмет иных отраслей законодательства, и последние, в свою очередь, закрепляют признаки, которые, наряду с криминообразующими характеризуют в целом состав преступления, выступающий согласно ст. 8 УК РФ, основанием уголовной ответственности .

Таким образом, возвращаясь к понятию материального источника права отметим, что нормы иных отраслей законодательства, к которым обращает правоприменителя бланкетная диспозиция, хотя и не способны (в отличие от социальных и иных процессов) детерминировать принятие новых норм права и выступать основанием криминализации тех или иных деяний, однако в силу того, что они «питают» норму уголовного права, определяют во многом ее смысловое содержание, также в этой связи могут признаваться материальными источниками уголовного права, что не противоречит общетеоретическим положениям .

Учитывая сказанное выше сформулируем понятие материального источника уголовного права, в качестве которого выступают социальноэкономические, политические и иные процессы общества, детерминирующие появление уголовно-правовых норм, а также нормативные правовые акты иных отраслей законодательства, положения которых не определяют преступность и наказуемость деяния, а раскрывают содержание объективных и субъективных признаков состава преступления .

Кроме того, вопрос, касающийся возможности отнесения нормативных актов иных отраслей права, к которым необходимо обращаться при использовании бланкетных диспозиций к источникам уголовного права, порождает еще одну, не менее важную проблему. Вопрос заключается в том, возможно ли обращение к подзаконным актам РФ, региональному законодательству и локальным нормативным актам для уяснения содержания бланкетных диспозиций .

В данной ситуации К.В. Ображиев задается вопросом о том, «неуголовные» нормативно-правовые акты какого уровня можно считать юридическими источниками уголовно-правовых норм при бланкетной конструкции уголовного закона?1 Б.В. Волженкин формулировал аналогичный вопрос: «Дискуссионность проблемы содержания уголовноправовых норм, изложенных в статьях УК с бланкетной диспозицией, заключается в том, каким субъектом нормотворчества должно быть создано бланкетное законодательство, может ли оно быть издано не только на федеральном, но и на региональном, местном или даже локальном уровне?» .

Отвечая на него, он считал, что речь может идти только о нарушении правил, установленных на федеральном уровне, поскольку соответствующие правила, входя в содержание бланкетной диспозиции, становятся элементом уголовно-правового закона, т.е. нормативного акта федерального уровня2 .

М.А. Ибрагимов утверждает, что «в целях единообразного понимания и применения уголовно-правовых норм в Российской Федерации, а также Ображиев К.В. Формальные (юридические) источники российского уголовного права. М., 2010. С. 124 .

Волженкин Б.В. О содержании бланкетных диспозиций статей об экономических преступлениях в УК РФ // Актуальные проблемы юридической ответственности за нарушения в сфере экономической деятельности и налогооблажения. Материалы третьей научно-практической конференции. Ярославль, 2004. С. 22-23 .

реализации уголовно-правового принципа равенства, источниками уголовного права следует признавать нормативные акты иных отраслей права только федерального уровня. Нормативный акт иной отрасли права, являющийся источником уголовного права, можно определить как закон или подзаконный акт федерального уровня, положения которого влияют на содержание уголовно-правовой нормы»1 .

Л.Д. Гаухман и вовсе предлагает закрепить в УК положение, согласно которому в бланкетных диспозициях допустимы ссылки только на законы, но не на другие нормативные правовые акты. Ссылки в бланкетных нормах на иные, помимо законов нормативные правовые акты создают возможность определять сферу уголовной ответственности не только законодателем, но и органами исполнительной власти2 .

В научной литературе высказываются также суждения относительно того, что допустимо конструирование лишь таких уголовно-правовых норм с бланкетной формой диспозиции, которые содержат отсылку к федеральным конституционным или федеральным законам, аргументируя это конституционным предписанием о том, что права и свободы человека могут быть ограничены только федеральным законодательством3 .

Оппонируя обозначенным научным позициям, считаем возможным отметить, что толкование бланкетных диспозиций обращает правоприменителя к нормативным актам различного уровня. Речь в данном случае идет о подзаконном нормотворчестве федеральных органов исполнительной власти, а также о региональном законодательстве, которое нередко составляет бланкетную часть уголовно-правовых норм .

Ибрагимов М.А. Указ. соч. С. 9 .

Гаухман Л.Д. Проблемы УК РФ: бланкетность, декларативность, казуистичность // Уголовное право: стратегия развития в XX веке. Материалы международной научно-практической конференции. М., 2002. С. 53 .

Пудовочкин Ю.Е., Пирвагидов С.С. Понятие, принципы и источники уголовного права: сравнительно-правовой анализ законодательства России и стран Содружества Независимых государств. СПб., 2003. С. 175 .

Н.И. Пикуров, в свою очередь, справедливо констатирует, что «невозможно и не нужно поднимать на уровень закона все нормативные акты, детализирующие бланкетные признаки состава преступления. Дело в том, что функции нормативных предписаний, с которыми связаны бланкетные диспозиции, существенно отличаются в различных составах преступлений. Например, невозможно поднять на уровень закона различные предписания, регламентирующие порядок обращения с источниками повышенной опасности. Такие предписания могут содержаться даже в заводской инструкции, включенной в сопроводительную документацию к реализуемой продукции. Если реализовать предложение о придании статуса закона всем нормативным правовым актам, детализирующим бланкетную диспозицию, или о включении их в качестве приложения к Уголовному кодексу, то лишь к одной только ч. 2 ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей» пришлось бы издавать несколько томов различного рода должностных и профессиональных инструкций»1 .

Весьма рациональной представляется также точка зрения К.В. Ображиева, который справедливо отметил, что «на практике исключить региональные «неуголовные» акты из числа формальных источников уголовного права в некоторых случаях практически невозможно»2. В подтверждение своей позиции ученый приводит постановление Пленума Верховного Суда РФ № 64 от 28 декабря 2006 г. «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», в котором высший судебный орган страны разъяснил, что «ответственность по статье 198 УК РФ или по статье 199 УК РФ наступает в случае уклонения от уплаты как федеральных налогов и сборов, так и налогов субъектов Российской Федерации и местных налогов» .

Следовательно, уклонение от уплаты региональных либо местных налогов и Пикуров Н.И. Надо ли разрубать гордиев узел бланкетности? // Библиотека уголовного права и криминологии. 2013. № 2. С. 8 .

Ображиев К.В. Указ. соч. С. 125 .

сборов квалифицировать по ст. 198 или 199 УК РФ без привлечения налогового законодательства субъектов РФ или соответствующих муниципальных нормативных актов невозможно .

Также К.В. Ображиев формулирует вполне обоснованный вопрос:

нарушается ли при этом уголовно-правовой принцип равенства граждан в зависимости от места их жительства (регистрации)? Поскольку законами субъектов и нормативными актами муниципалитетов определяются лишь отдельные элементы налогообложения (налоговые ставки и т.д.), следовательно содержание обязательных признаков составов преступлений, предусмотренных ст. 198 и 199 УК РФ, не претерпевает изменений в зависимости от места их совершения. Поэтому вне зависимости от того, каково конкретное значение ставки регионального налога (а оно может варьироваться в зависимости от региона), уголовная ответственность за уклонение от его уплаты наступает только при условии крупного размера неуплаченного налога, который установлен в примечаниях к ст. 198, 199 УК РФ1 .

Действительно, законодатель, формулируя уголовно-правовые предписания, должен определить, какие общественно опасные деяния признаются преступлениями, и установить наказания и иные меры уголовноправового характера за их совершение. Но однозначно он не должен вмешиваться в сферу правового регулирования других отраслей права и определять, какие нормы и правила в них должны быть закреплены на федеральном уровне, какие – на региональном, местном или локальном и что именно должно быть сформулировано в рамках законов, а что – в рамках подзаконных нормативных актов. Это не входит в задачи, стоящие перед уголовным правом. Данная позиция была полностью поддержана Конституционным Судом РФ при проверке конституционности примечания 2 к ст. 158 УК РФ, где применительно к установлению минимального размера оплаты труда указывается, что поскольку он «устанавливается не Ображиев К.В. Указ. соч. С. 126 .

уголовным законом, а законом иной отраслевой принадлежности», то «его изменение не влечет изменения нормы уголовного закона…»1 .

Речь о допустимости детализации признаков состава преступления с помощью подзаконных нормативных актов идет и в других решениях Конституционного Суда РФ. Так, в определениях № 292-О-П от 08 февраля 2007 г. и № 79-О-О от 07 февраля 2008 г. Конституционный суд подтвердил, что списки веществ, оказывающих негативное воздействие на организм человека, а также размеры этих веществ не обязательно должны предусматриваться законом; право утверждать перечни таких веществ для целей уголовного законодательства может быть предоставлено и Правительству РФ, что само по себе не означает наделение его полномочием осуществлять нормативное регулирование по вопросу установления уголовной ответственности2 .

Проведем также некую смысловую параллель. Сферу уголовного права отождествим со сторожем, охраняющим, к примеру, склад технической продукции. Сам склад в контексте данной аллегории олицетворяет сферу регулятивного законодательства, а находящиеся в нем технические приборы нормативные акты данного законодательства. Так вот сторожу абсолютно безразлично то, как на данном складе сложены приборы: в центре, по краям, вертикально или горизонтально. Его задача охранять данный склад и размещенные в нем приборы, а в случае покушения на него реагировать определенными мерами. Также и уголовному праву должно быть абсолютно безразлично то, каким образом урегулированы общественные отношения, Определение Конституционного Суда РФ № 1-О от 16 января 2001 г. по делу о проверке конституционности примечания 2 к ст. 158 УК РФ в связи с жалобой гражданина Скородумова Дмитрия Анатольевича // СПС Консультант Плюс .

Определение Конституционного Суда РФ от 08.02.2007 № 292-О-П «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чугурова П.Н. на нарушение его конституционных прав положением списка Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации»; Определение Конституционного Суда РФ от 07.02.2008 № 79-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Амосова К.А., Фирта А.М., Ядрихинского Д.В. и Яковлевой Я.В. на нарушение их конституционных прав статьей 234 УК РФ» // СПС Консультант Плюс .

которые он призван охранять. Если законодатель счел необходимым закрепить те или иные нормы на различных уровнях (федеральном, региональном, местном) и в нормативных актах разной юридической силы, уголовное право не должно оказывать влияния на решение этих вопросов, а в случае необходимости охранять позитивные правоотношения присущими ему мерами воздействия .

В контексте данного вопроса коснемся его ретроспективного аспекта .

Так, М.Д. Шаргородский еще в середине 50-х годов ХХ века утверждал, что основные нормы, призванные охранять социалистическое государство от преступлений путем применения к виновным наказания, закреплены в уголовных законах и подзаконных актах, издаваемых органами государственной власти и органами управления1. Так, по его мнению, Совет Министров имеет ограниченное право издавать общеобязательные нормы, но уголовную санкцию Совет Министров может устанавливать лишь в пределах бланкетных санкций закона, с помощью ссылки на соответствующие положения уголовного закона, путем введения общей фразы об уголовной ответственности по действующим законам или же, наконец, используя ссылки на ответственность за определенное, предусмотренное законом преступление2. Однако подобные рассуждения, по нашему мнению, противоречат основополагающему принципу, согласно которому преступность и наказуемость деяния определяются исключительно уголовным законом, все же остальные нормативные акты, вовлеченные в уголовно-правовую сферу, призваны лишь конкретизировать бланкетные признаки уголовно-правовой нормы. Такой же позиции придерживается и советский ученый Н.Д. Дурманов, справедливо утверждавший, что подзаконные нормативные акты СССР и союзных республик не определяют новых видов преступлений и не устанавливают наказания за них. Нельзя, например, считать уголовными законами Положение «Об охоте и Шаргородский М.Д. Уголовный закон. М., 1948. С. 29 .

Шаргородский М.Д. Там же. С. 30 .

охотничьем хозяйстве», утвержденное Постановлением Совета Министров РСФСР 10 октября 1960 г., или Правила техники безопасности для строительно-монтажных работ и т.д. В подобных актах конкретизируются бланкетные диспозиции уголовного закона1 .

Необходимость широкого использования подзаконных нормативных актов органов исполнительной власти обусловлено сугубо потребностями практики, поскольку в силу нестабильности регулятивного законодательства в сфере экономической деятельности, весьма рациональным представляется регулирование данного круга общественных отношений именно подзаконными актами. В случае возникновения необходимости внесения изменений в законодательную базу, подзаконные нормативные акты Президента, Правительства, отдельных министерств и ведомств изменить или отменить гораздо проще, чем вносить изменения или отменять федеральный закон .

Кроме того, нашу позицию разделили абсолютно все респонденты проводимого нами анкетирования. Так, согласно результатам анкетирования, всеми респондентами, принявшими участие в проводимом исследовании, было отмечено, что отсылка к подзаконным нормативным актам возможна и, более того, необходима .

Также на примере уголовно-правовых норм, регулирующих сферу экономической деятельности отчетливо видно, что законодательство в указанной области является весьма многоуровневым и включает даже локальные акты организаций. Именно к ним приходится обращаться, в частности, для толкования бланкетного признака «коммерческая тайна»: круг составляющих ее сведений (ответственность, за незаконное получение и распространение которой предусмотрена ст. 183 УК РФ) в соответствии с федеральным законодательством (Гражданский кодекс РФ, Федеральный закон «О коммерческой тайне» от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ) определяют сами Дурманов Н.Д. Источники советского уголовного права // Курс советского уголовного права в 6 томах. Т. I. М., 1970. С. 157 .

организации. Забегая вперед отметим, что указанная особенность присуща и законодательству некоторых зарубежных государств (например, Латвии, Казахстана, Грузии и др.) .

Таким образом, мы считаем, что вопрос о том, к нормативным актам какого уровня необходимо обращаться при толковании бланкетных диспозиций уголовно-правовых норм, зависит исключительно от того, в чьем ведении находится правовое регулирование общественных отношений, охраняемых нормами Особенной части УК РФ .

Кроме того, следует также сказать о том, что большинство ученых, демонстрируя на конкретных примерах обоснованность занимаемой ими позиции относительно бланкетных диспозиций, обращаются лишь к отечественному законодательству. Однако мы уже обращали внимание на то, что бланкетность может выражаться не только в ссылке на национальное право (национальная бланкетность), но и на международное тоже (международная бланкетность) .

На возможность обращения к нормативным актам международного права в случае толкования бланкетных признаков указывается В.П. Коняхиным, который отметил, что международные договоры РФ как формальные источники российского уголовного права могут иметь прямое действие в случае, если статьи УК РФ содержат отсылку к нормам международного договора. В качестве примера В.П. Коняхин приводит положение ч. 3 ст. 11 Общей части УК, согласно которому лицо, совершившее преступление на судне, приписанном к порту Российской Федерации, находящемся в открытом водном или воздушном пространстве вне пределов Российской Федерации, подлежит уголовной ответственности по российскому уголовному законодательству, если иное не предусмотрено международным договором РФ. Из Особенной части сюда следует причислить ст. 355 и 356 УК РФ1 .

Российское уголовное право (Общая часть): Учебник для вузов / Под ред .

В.П. Коняхина, М.Л. Прохоровой. М., 2014. С. 70-71 .

Завершим рассмотрение данного параграфа некоторыми обобщениями .

Во-первых, единственным формальным источником российского уголовного права, определяющим преступность и наказуемость деяния, является только Уголовный кодекс РФ и вновь принятые законы, предусматривающие уголовную ответственность и подлежащие включению в Уголовный кодекс. Те нормативные акты, к которым необходимо обращаться в процессе применения бланкетных диспозиций это акты регулятивного законодательства, призванные лишь регламентировать порядок осуществления определенного вида деятельности в конкретной сфере общественных отношений и, самое главное, термины, заимствованные из них уголовным охранительным законодательством, используются в первых для описания только дозволенного либо и недозволенного поведения, но непреступного. Нормы иных отраслей законодательства могут признаваться материальными источниками уголовного права, в качестве которых выступают социально-экономические, политические и иные процессы общества, детерминирующие появление уголовно-правовых норм, а также нормативные правовые акты иных отраслей законодательства, положения которых не определяют преступность и наказуемость деяния, а раскрывают содержание объективных и субъективных признаков состава преступления .

Во-вторых, бланкетность может выражаться не только в ссылке на акты российского правотворчества (национальная бланкетность), но и на общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации (международная бланкетность) .

В-третьих, вопрос о том, к нормативным актам какого уровня необходимо обращаться при толковании бланкетных диспозиций уголовноправовых норм, зависит исключительно от того, в чьем ведении находится правовое регулирование общественных отношений, охраняемых нормами Особенной части УК РФ. К ним могут относиться акты федерального и регионального законодательства, акты муниципального правотворчества, подзаконные нормативные акты, а также локальные акты организаций .

§ 2. Характер и особенности бланкетности диспозиций уголовноправовых норм, интегрированных в главе 22 УК РФ В Российской Федерации, как впрочем и в других странах, преступность, к сожалению, не стоит на месте, постоянно совершенствуется, преступные деяния становятся все более изощренными. В особенности это касается преступности в сфере экономической деятельности, детерминантом которой выступает, в первую очередь, конъюнктура современного российского рынка .

Мировая практика хозяйствования показывает, что успех в любой области экономической деятельности невозможен без надежных государственных гарантий стабильности складывающихся экономических отношений. Отсутствие или неэффективность таких гарантий приводит не только к разбалансированию экономики, но и создает реальную угрозу складывающимся на ее основе социальным отношениям .

Особенностью переходного периода от одного уклада экономики к другому в любом обществе является обострение социальных отношений и рост криминальных проявлений в сфере экономики, связанных с этапом первичного накопления капитала. Именно такой период переживает Россия, а поэтому практически ни одна из отраслей народного хозяйства, в том числе и экономика, не может нормально функционировать без уголовно-правового обеспечения1 .

Именно условия рыночной экономики, пришедшие на смену командноадминистративным принципам хозяйствования, потребовали приведения уголовного законодательства в соответствие с новыми экономическими Савинов А.В. Экономические преступления: учебное пособие. М., 2013. С. 79 .

задачами. Сравнительно небольшое число преступных деяний, закрепленных в главе 6 УК РСФСР 1960 г. «Хозяйственные преступления», нашло своего отражения в главе 22 УК РФ 1996 г. «Преступления в сфере экономической деятельности». Одной из основных причин масштабного обновления уголовного законодательства в данной сфере явилось, в первую очередь, изменение регулятивного законодательства в указанной области, что и потребовало кардинального пересмотра деяний, признаваемых преступными в сфере экономики .

Экономическая сфера деятельности государства в условиях рыночной системы наиболее подвижна и изменчива и, кроме того, обеспечивается весьма внушительной нормативной базой, включающей в себя как федеральное и региональное законодательство, так и огромное количество подзаконных нормативных актов, а также локальных актов юридических лиц .

В силу указанных обстоятельств, законодатель при конструировании составов уголовно-наказуемых деяний в сфере экономики обязан использовать только те приемы законодательной техники, которые способны обеспечить стабильность и гибкость уголовного закона на тот случай если изменению будет подвергнуто регулятивное законодательство, обеспечивающее регламентацию позитивных правоотношений. Таким приемом является бланкетная диспозиция, которая для конкретизации отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления обращает правоприменителя к нормам иных отраслей законодательства .

Появление в российском уголовном законодательстве бланкетной диспозиции как одной из форм конструирования уголовно-правовой нормы (вторая половина ХIХ в.), свидетельствовало об определенном прогрессе в сфере правотворчества и их широкое применение при конструировании составов преступлений является, на сегодняшний день, одним из наиболее предпочтительных приемов законодательной техники .

Как отмечалось нами в предыдущей главе, анализ Особенной части в первоначальной редакции УК РФ 1996 г. является прямым доказательством высказанного суждения, поскольку 65 % от общего числа уголовно-правовых норм сконструированы при помощи бланкетных диспозиций .

За 17 лет действия УК РФ его редакция неоднократно подвергалась изменению посредством криминализации отдельных видов преступных посягательств. С момента принятия УК в него было внесено около 2000 изменений и дополнений. Не стала исключением и глава 22 УК, в которую за последние 5 лет было включено 13 новых составов преступлений (ст. 1701, ч. 3 и 4 ст. 1711, 1712, 1731, 1732, 1852, 1854, 1855, 1856, 1931, 2001, 2002 ) .

Примечательно, что при конструировании всех указанных составов законодателем была использована именно бланкетная диспозиция .

Необходимо однако отметить, что способ описания бланкетных признаков в диспозициях норм главы 22 УК РФ имеет различия .

В науке уголовного права достаточно широкое распространение получила научная позиция, разработанная И.В. Шишко, согласно которой, специфику бланкетного способа изложения диспозиции составляет описание компонентов отдельных (или всех) элементов состава преступления обобщающими признаками, признаками-понятиями либо обобщающими признаками-понятиями1. При анализе бланкетных диспозиций норм главы 22 УК РФ и при проведении компаративистского анализа мы также в целом руководствовались данной позицией, развивая ее отдельные положения личными предложениями частного характера .

Проведенный нами анализ Особенной части УК РФ 1996 г .

свидетельствует о том, что российский законодатель при конструировании уголовно-правовых норм с бланкетной диспозицией преимущественно использует бланкетные признаки-понятия, такие как: акцизные марки, специальные марки, знаки соответствия и федеральные специальные марки (ч. 1, 3 ст. 1711); монопольно высокая и монопольно низкая цена товара (ст. 178); товарный знак, знак обслуживания (ст. 180); инсайдерская Шишко И.В. Экономические правонарушения. СПб., 2004. С. 55 .

информация (ст. 1856); аффинаж (ст. 192); резидент и нерезидент (ст. 1931);

банкротство (ст. 195, 196, 197) и др .

Отметим также некоторые обобщающие признаки-понятия, использованные российским законодателем в бланкетных диспозициях норм 1701);

главы 22 УК: индивидуальный предприниматель (ст .

предпринимательская деятельность (ст. 171); коммерческая тайна, налоговая тайна, банковская тайна (ст. 183); ценные бумаги (ст. 185) и др .

Также достаточно часто при конструировании норм главы 22 УК использованы такие обобщающие признаки, как «неправомерный» (ч. 1 ст .

169, ч. 2 ст. 1701, ч. 2 ст. 1856, ч. 2 ст. 195) «незаконный» (ст. 170, ч. 2 ст. 1732, ч. 2 ст. 176, ч. 1, 2 ст. 180, ч. 1 ст. 1854, ч. 1 ст. 189, ч. 3 ст. 195, ч. 1 ст. 2001) и «несанкционированный» (ч. 1 ст. 181) .

Как отмечалось ранее, экономическая нормативная база включает в себя не только федеральное и региональное законодательство, огромное количество подзаконных нормативных актов, но локальные акты организаций, к которым приходится обращаться, в частности, для толкования бланкетного признака «коммерческая тайна», поскольку круг составляющих ее сведений (ответственность, за незаконное получение и распространение которой предусмотрена ст. 183 УК РФ) в соответствии с федеральным законодательством (Гражданский кодекс РФ, Федеральный закон «О коммерческой тайне» от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ) определяют сами организации .

Кроме того, в качестве локального акта возможно рассмотрение внешнеторгового договора (контракта), указанного в ст. 193 УК, в котором установлены условия зачисления денежных средств на счета резидента за переданные нерезидентам товары, выполненные дл них работы и т.д .

Кстати говоря, данная норма является примером сочетания в одной диспозиции нескольких бланкетных признаков. Кроме обозначенной ссылки на внешнеторговый договор (контракт), диспозиция статьи также отсылает к валютному законодательству РФ и использует бланкетные признакипонятия «резидент» и «нерезидент», дефиниции которых содержатся в Федеральном законе от 10.12.2003 г. № 173-ФЗ (ред. от 05.06.2012) «О валютном регулировании и валютном контроле» .

Примеры таких диспозиций (с сочетанием нескольких бланкетных признаков одновременно) не единичны в уголовном законе РФ. Так, ст. 1701 УК при описании признаков состава фальсификации единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета, использует такой обобщающий признак как «недостоверный» и обобщающий признак-понятие «ценные бумаги». Объективные и субъективные признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 1732 УК (Незаконное использование документов для образования (создания, реорганизации) юридического лица) описаны с использованием обобщающего признака «незаконный» и бланкетного признака-понятия «сделка» .

Также в некоторых диспозициях исследуемых уголовно-правовых норм законодатель предлагает отсылку к определенному судебному акту. Так, в ч. 2 ст. 169 УК РФ говорится о действиях, составляющих объективную сторону воспрепятствования законной предпринимательской или иной деятельности, совершенных в нарушение вступившего в законную силу судебного акта, а в ст. 177 УК установлена ответственность за злостное уклонение руководителя организации или гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере или от оплаты ценных бумаг после вступления в законную силу соответствующего судебного акта .

Вопрос о возможности отсылки к тому или иному судебному акту является спорным в науке, но для нас он решен однозначно, поскольку существует институт преюдиции (к тому же не так давно успешно реформированный) и для сферы экономической деятельности весьма актуально наличие уже вынесенных решений арбитражным судом или федеральным судом общей юрисдикции по тем или иным экономическим спорам, в рамках которых правоохранительные органы обнаружили признаки уголовно-наказуемого деяния .

Довольно часто законодатель очень абстрактно «намекает» о необходимости обращения к нормативным актам иной отраслевой принадлежности. Так, в ст. 1712 и 1852 говорится о нарушении «установленного порядка», в ст. 190 законодатель называет «установленный срок», в ч. 3 ст. 1852, ч. 1 ст. 1854 и ч. 1 ст. 191 без конкретизации просто делается ссылка на законодательство РФ .

В других же случаях, законодатель уточняет определенный нормативный блок, к которому необходимо делать отсылку. Так, в ст. 185 и 1851 необходимо обращение к законодательству РФ о ценных бумагах, в ст. 1853 к законодательству РФ о противодействии неправомерному использованию инсайдерской информации и манипулированию рынком, в ст. 193 к валютному законодательству РФ, в ст. 199, 1991, 1992 к законодательству РФ о налогах и сборах .

Необходимо однако отметить, что в УК РФ 1996 г. содержится единственный состав преступления, который обращает правоприменителя к конкретной норме конкретного нормативного акта. Так, ст. 3301 УК РФ, регламентирует ответственность за злостное уклонение от исполнения обязанностей по представлению документов, необходимых для включения в предусмотренный пунктом 10 статьи 13.1 Федерального закона от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента.. .

Как было отмечено, указанный пример является единичным .

Конечно, отсутствие ссылки, т.е. непосредственного указания на конкретные нормы регулятивного права затрудняет применение бланкетных диспозиций. Между тем, такое отсутствие вполне оправдано, поскольку включение в бланкетную диспозицию нормы УК ссылки на конкретные нормативно-правовые акты лишило бы ее такого достоинства, как «устойчивость» в условиях нестабильности регулятивного (экономического) законодательства .

С научной точки зрения мы, безусловно, понимаем, что правоприменителю хотелось бы видеть «идеальную» диспозицию, которая бы содержала совокупность всех признаков состава преступления, описывала бы его исчерпывающим образом .

Приведем пример, который иллюстрирует ту самую «идеальную»

диспозицию. Так, ст. 169 УК РФ охраняет конституционные гарантии и свободы осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности, предусматривая ответственность за неправомерный отказ в государственной регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица либо уклонение от их регистрации, неправомерный отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности либо уклонение от его выдачи, ограничение прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица в зависимости от организационно-правовой формы, а равно незаконное ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица, если эти деяния совершены должностным лицом с использованием своего служебного положения. Следовательно, законодатель в данном случае применяет бланкетную диспозицию, поскольку использует такие бланкетные признаки, как «неправомерный» и «незаконный». А теперь предлагаем смоделировать эту же норму, только не прибегая к помощи бланкетной диспозиции. Напомним, что государственная регистрация указанных в рассматриваемой норме субъектов осуществляется в соответствии со ст. 51 Гражданского кодекса РФ и Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», а лицензирование в нашей стране регулируется Федеральным законом от 04.05.2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности». Указанные нормативные акты содержат перечень оснований для отказа в государственной регистрации и выдаче специального разрешения (лицензии). Таким образом, ч. 1 ст. 169 УК без бланкетной диспозиции будет выглядеть примерно так:

«п. а) Отказ в государственной регистрации индивидуального предпринимателя или юридического лица либо уклонение от их регистрации за исключением предусмотренных Федеральным законом от 08.08.2001 г .

№ 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» случаев:

1) непредставления заявителем необходимых для государственной регистрации документов (Заявление, удостоверенное подписью заявителя, подлинность которого должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке, паспортные данные, идентификационный номер налогоплательщика);

2) представления документов в ненадлежащий регистрирующий орган;

3) регистрирующий орган вносит в единый государственный реестр юридических лиц запись о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации;

4) несоблюдения нотариальной формы представляемых документов;

5) подписания неуполномоченным лицом заявления о государственной регистрации или заявления о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в едином государственном реестре юридических лиц (согласно п. 1.3 ст. 9: при государственной регистрации юридического лица заявителями могут быть следующие физические лица: а) руководитель постоянно действующего исполнительного органа регистрируемого юридического лица или иное лицо, имеющие право без доверенности действовать от имени этого юридического лица; б) учредитель или учредители юридического лица при его создании; в) руководитель юридического лица, выступающего учредителем регистрируемого юридического лица; г) конкурсный управляющий или руководитель ликвидационной комиссии (ликвидатор) при ликвидации юридического лица; д) иное лицо, действующее на основании полномочия, предусмотренного федеральным законом, актом специально уполномоченного на то государственного органа или актом органа местного самоуправления);

6) выхода участников общества с ограниченной ответственностью из общества, в результате которого в обществе не остается ни одного участника, а также выхода единственного участника общества с ограниченной ответственностью из общества;

7) несоответствия наименования юридического лица требованиям федерального закона;

8) наличия сведений о невыполнении требований, предусмотренных подпунктом «ж» пункта 1 статьи 14, подпунктом «г» пункта 1 статьи 21, подпунктом «в» пункта 1 статьи 22.3 Федерального закона от 08.08.2001 г .

№ 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»;

9) получения в соответствии с подпунктом «в» статьи 21.2 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, информации об отсутствии сведений, подтверждающих государственную регистрацию перехода права собственности на имущественный комплекс унитарного предприятия или на имущество учреждения, если документ, подтверждающий государственную регистрацию перехода права собственности на имущественный комплекс унитарного предприятия или на имущество учреждения, не представлен заявителем по собственной инициативе .

10. Наличие судебного спора о размере доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью либо о принадлежности доли или части доли конкретному лицу, а также иных споров, связанных с содержанием сведений об обществе с ограниченной ответственностью, подлежащих внесению в единый государственный реестр юридических лиц, не является основанием для отказа в государственной регистрации .

п. б) отказ в выдаче специального разрешения (лицензии) на осуществление определенной деятельности либо уклонение от его выдачи, за исключением предусмотренных Федеральным законом от 04.05.2011 г. № 99ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» случаев:

1) наличие в представленных соискателем лицензии заявлении о предоставлении лицензии и (или) прилагаемых к нему документах недостоверной или искаженной информации;

2) установленное в ходе проверки несоответствие соискателя лицензии лицензионным требованиям;

3) представление соискателем лицензии заявления о предоставлении лицензии на указанный в пункте 38 части 1 статьи 12 Федерального закона от г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов 04.05.2011 деятельности»вид деятельности и прилагаемых к этому заявлению документов, если в отношении соискателя лицензии имеется решение об аннулировании ранее выданной лицензии на такой вид деятельности .

п. в) ограничение прав и законных интересов индивидуального предпринимателя или юридического лица в зависимости от организационноправовой формы, а равно незаконное ограничение самостоятельности либо иное незаконное вмешательство в деятельность индивидуального предпринимателя или юридического лица, если эти деяния совершены должностным лицом с использованием своего служебного положения, - наказывается.. .

Громоздкость такой диспозиции излишних комментариев не требует .

При чем, необходимо помнить о трех обстоятельствах: во-первых, мы не раскрывали еще некоторые ссылочные и бланкетные диспозиции самого федерального закона, во-вторых, если бы данная диспозиция была сконструирована именно таким образом, то сколько ненужных изменений пришлось бы вносить в редакцию УК в случае изменения или отмены рассмотренных нами оснований для отказа, а в-третьих, еще нужно учесть, что отдельные признаки объективной стороны данного состава преступления (которые мы не описали в своем примере) могут содержаться в таких нормативных актах, как: Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 160-ФЗ «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», Федеральный закон от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности», Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» и Федеральный закон от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» .

Приведем еще один пример .

Статья 2001 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС наличных денежных средств и (или) денежных инструментов, совершенное в крупном размере. Нормативным актом регулирующим правоотношения в рамках Таможенного союза является «Таможенный кодекс Таможенного союза» (приложение к Договору о Таможенном кодексе Таможенного союза, принятому Решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС на уровне глав государств от 27 .

11.2009 № 17). Как и в первом примере постараемся создать образец «идеальной», по мнению некоторых ученых, диспозиции. Соответственно, ч. 1 ст. 2001 УК без бланкетной диспозиции будет выглядеть так: «ввоз товаров на таможенную территорию таможенного союза или вывоз товаров с таможенной территории таможенного союза, через таможенную границу вне установленных мест или в неустановленное время работы таможенных органов в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации, равно как и покушение на такое перемещение через территории Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации, а также находящиеся за пределами территорий государств членов таможенного союза искусственные острова, установки, сооружения и иные объекты, в отношении которых государства - члены таможенного союза обладают исключительной юрисдикцией наличных денежных средств и (или) денежных инструментов, совершенное в крупном размере», - наказывается.. .

Как и в первом случае мы не стали раскрывать бланкетных признаков диспозиции нормы Таможенного кодекса Таможенного союза, она итак получилась необоснованно громоздкой .

Однако даже такое положение дел не смущает некоторых ученых .

В науке высказывались суждения о том, что в результате наличия столь сложных бланкетных диспозиций норм гл. 22 УК РФ изначально затрудняется их применение. Сами по себе нормы иных отраслей права временами представляют большую сложность для их применения, достаточно часто их несогласованность создает дополнительную сложность для применения норм уголовного права. Отмечалась и возникающая проблема толкования норм иных отраслей права, в результате чего правильное применение нормы уголовного права ставится в прямую зависимость от верного толкования норм иных отраслей (гражданского, налогового и т.д.) права1. Аналогичные мысли высказывал А.Н.

Караханов:

«Неизбежная бланкетность описания признаков преступления в сфере экономической деятельности порождает и определенные проблемы в правоприменении. Основная из них это объемная, иногда противоречивая и систематически изменяющаяся правовая база, к которой необходимо обращаться при применении уголовно-правовых норм»2 .

Высказывая оппозиционную точку зрения относительно двух обозначенных позиций, отметим все-таки безусловную значимость Русанов Г.А. Преступления в сфере экономической деятельности: учебное пособие. М., 2011. С. 16 .

Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. А.В. Бриллиантова .

М., 2009. С. 591. Цит.: по Русанов Г.А. Указ. соч. С. 17 .

исторического метода исследования, применение которого в данной диссертации позволило определить, что использование бланкетной формы диспозиции как приема законодательной техники не было характерно для России вплоть до второй половины XX в., что объяснялось как неразвитостью самой правовой системы, так и немногочисленностью и примитивностью общественных отношений, правовое регулирование которых осуществлялось всего одним или несколькими нормативными правовыми актами. Появление же в российском уголовном законодательстве бланкетной диспозиции как одной из форм конструирования уголовноправовой нормы относится к периоду, для которого характерно появление многочисленных уставов, регламентирующих порядок новых экономических (буржуазных) правоотношений. В этой связи у законодателя и возникла потребность использования бланкетной диспозиции, суть которой как раз и заключалась в том, что в уголовном законе (Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.) содержалось только общее наименование правил, закрепленных в каком-либо уставе и наказание за их нарушение .

Таким образом, возвращаясь к комментируемым научным позициям, отметим, что экономическое (регулятивное) законодательство является весьма внушительным по своему объему (что обусловлено, в свою очередь, широтой и динамикой регламентируемых им отношений) и уголовный закон в данном случае всего лишь «заложник» ситуации, поскольку призван аккумулировать в диспозициях своих норм многотысячные положения регулятивного законодательства, в буквальном смысле слова «разбросанных»

на всех уровнях законодательного регулирования, от федерального до корпоративного. В подобных условиях возникает вполне закономерный вопрос: а может мы совсем не там ищем проблему? Может стоит задуматься, в первую очередь, над унификацией регулятивного законодательства, составляющего бланкетное содержание диспозиций уголовно-правовых норм? В таких условиях и государству, в лице уполномоченных органов, и всему научному сообществу необходимо решать задачу поиска оптимального, грамотного и рационального описания бланкетных признаков в диспозициях норм, регламентирующих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности .

В этой связи целесообразно отметить, что в целях облегчения работы правоприменительных органов с бланкетной формой диспозиции научным сообществом уже предлагались разные варианты. Один из них заключался в составлении и издании перечня законодательных актов, которые имеются ввиду в бланкетных диспозициях УК с указанием их реквизитов1, а также в дополнении УК обязательным приложением, включающим систематизированный перечень нормативных правовых актов, положения которых составляют бланкетное содержание уголовно-правовых норм2 .

Представляется, однако, что данный перечень, во-первых, безразмерен и, вовторых, его невозможно сделать исчерпывающим (закрытым), а, следовательно, и общеобязательным для применения, в связи с огромным количеством и постоянным изменением таких нормативных актов .

Кроме того, высказывались мнения о целесообразности издания официального текста УК с применением постатейно систематизированных нормативных материалов, содержащих: а) акты, включающие нормы уголовного права; б) акты амнистии, не утратившие своего значения; в) акты, на которые ссылаются или которые имеют ввиду при бланкетном способе изложения уголовно-правовых норм; г) руководящие разъяснения Пленумов Верховного Суда РФ и Верховного Суда СССР3 .

Между тем, мы полагаем, что применение указанных постатейносистематизированных нормативных материалов может носить лишь рекомендательный, ориентирующий характер .

Кругликов Л.Л., Смирнова Л.Е. Унификация в уголовном праве. СПб., 2008 .

С. 229 .

Коняхин В.П. Теоретические основы построения Общей части российского уголовного права. М., 2002. С. 297 .

Братусь С.Н., Самощенко И.С. Теоретические вопросы систематизации советского законодательства. М., 1962. С. 520 .

На невозможность включения в УК обязательных приложений (по типу приложения к УК РСФСР 1960 г.), на которые сделаны ссылки в бланкетных диспозициях статей Особенной части УК РФ обращает внимание Н.А. Лопашенко и обосновывает это двумя причинами: во-первых, вольно или невольно в этом случае уголовно-правовое регулирование вторгнется в пределы правового регулирования позитивного права; во-вторых, позитивное законодательство очень велико (так, например, бланкетную основу преступлений в сфере экономической деятельности, по некоторым оценкам, составляют более четырех-пяти тысяч нормативных актов); при этом часто нельзя выбрать один-единственный нормативный акт по конкретному вопросу. Кроме того, это законодательство (в широком понимании) крайне нестабильно, оно реагирует на малейшие изменения в общественной жизни .

Вслед за ним и уголовное законодательство вынуждено будет подвергаться лихорадочным изменениям, за которыми не будет успевать правоприменитель. Выходом из создавшегося положения, по мнению Н.А. Лопашенко, является включение в гл. 22 УК ст. 1681 УК специально посвященной терминологии, которая используется при формулировании преступлений в сфере экономической деятельности. В ней, в частности, должно быть указано: «Не раскрываемые в настоящей статье термины и понятия, употребляемые при формулировании преступлений в сфере экономической деятельности, толкуются в соответствии с их принятым значением в таможенном, налоговом, банковском, гражданском, финансовом и другом законодательстве»1 .

Указанное предложение безусловно направлено на совершенствование правоприменительной практики, а потому заслуживает внимания и стороны научного сообщества и законодателя. Однако вызывает возмущение сам факт необходимости поиска возможных вариантов решения подобных вопросов .

Во-первых, современные темпы развития общественных отношений и

Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности:

теоретический и прикладной анализ: монография. В 2 ч. Ч. I. М., 2015. С.94-95 .

законодательства их регулирующего не оставляют никаких сомнений в том, что нет необходимости и реальной возможности установления исчерпывающего перечня нормативных актов, раскрывающих суть признаков изложенных в бланкетной диспозиции, а во-вторых, само деление системы российского права на отрасли обязывает правоприменителя понимать значение тех или иных терминов в том значении, которое в них вложило отраслевое законодательство без лишнего напоминания об этом в уголовном законе .

При рассмотрении способов описания бланкетных признаков при конструировании диспозиций норм статей главы 22 УК РФ могло возникнуть ощущение, что все они имеет бланкетную форму. Да, действительно, в исследуемой главе нормы с бланкетной диспозицией превалируют над остальными и их абсолютное большинство .

Несомненно важным является здесь то обстоятельство, что если внушительная по объему нормативная база экономической сферы деятельности детерминирует количество норм в гл. 22 УК РФ, то нестабильность регулятивного законодательства в этой сфере обусловливает постоянную «прописку» бланкетных диспозиций в указанных нормах УК .

Вместе с тем, необходимо отметить, что уровень бланкетности в нормах гл. 22 УК РФ определяется учеными по-разному .

Л.Д. Гаухман относит к бланкетным не все диспозиции норм, устанавливающих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности. В их число он включает ст. 169–172, ст. 174 и некоторые другие1 .

По мнению Н.А. Лопашенко, «абсолютное большинство диспозиций норм экономических преступлений следует отнести к бланкетным», а Гаухман Л.Д. Проблемы УК: бланкетность, декларативность, казуистичность // Уголовное право: стратегия развития в XX веке. Материалы международной научнопрактической конференции. М., 2002. С. 48 .

исключение составляют преступления, предусмотренные ст. 175, 179 и 184 УК РФ1 .

В.И. Тюнин отмечает, что бланкетность имманентна составам преступлений, предусмотренных гл. 22 УК, однако некоторые составы (например, неправомерного воспрепятствования законной предпринимательской деятельности) автор не рассматривает как бланкетные2 .

Встречается также утверждение, что бланкетные или описательнобланкетные диспозиции имеют многие статьи главы 22 УК РФ3 или большинство4 .

П.С. Яни относит к бланкетным все статьи об экономических преступлениях5 .

М.В. Талан пишет, что диспозиции норм этой главы носят бланкетный характер6. И хотя автор непосредственно не отмечает, что бланкетность присуща всем нормам главы 22 УК РФ, полагаем, что иной вывод из ее заключения сделать нельзя .

Отметим также довольно интересную позицию, изложенную Г.А. Русановым, который считает, что главой 22 УК РФ на данный момент предусмотрено подавляющее большинство статей, относящихся к бланкетным.

Лишь три статьи данной главы не являются бланкетными:

Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие система, проблемы квалификации и наказания: автореф. дис. … д-ра. юрид. наук. Саратов,

1997. С. 23 .

Тюнин В.И. Некоторые аспекты толкования, применения и совершенствования уголовного законодательства, охраняющего отношения в сфере экономической деятельности. СПб., 2001. С. 4 .

Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности. СПб., 2002 .

С. 103 .

Шутило О.В. Законодательная техника при описании преступлений в сфере экономической деятельности // Законодательная техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей: в 2 т. / Под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород.,

2001. С. 328 .

Яни П.С. Экономические и служебные преступления. М., 1997. С. 46 .

Талан М.В. Преступления в сфере экономической деятельности: вопросы теории, законодательного регулирования и судебной практики: автореф. дис. … канд. юрид. наук .

Казань, 2002. С. 11 .

ст. 174 УК РФ легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем;

1741 легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления;

175 УК РФ приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем .

Причем отнесение первых двух статей к данному перечню также является несколько условным, так как в них используются гражданскоправовые термины, такие как «сделка», «финансовая операция», но столь детального обращения к гражданскому законодательству в данном случае не требуется, что, как представляется, позволяет данные нормы УК не относить к бланкетным1. Указанная позиция является спорной, поскольку нет оснований в данном вопросе использовать политику «двойных стандартов» .

Должно быть четкое и однозначное понимание того, что необходимость обращения к нормам иных отраслей законодательства для толкования тех или иных признаков состава преступления обязательно влечет и необходимость признания диспозиции бланкетной. При решении этого вопроса на первый план должен выходить сам факт обращения к иному нормативному акту, без положений которого невозможен и сам вопрос о квалификации деяния как преступного. Степень же «погружения» в законодательный массив регулятивного законодательства не превалирует здесь над правилом, описанным выше, а потому никакого значения не имеет .

Более того, не будем забывать, что Г.А. Русанов использует также термин «легализация», определение которой закреплено в Федеральном законе РФ от 7 августа 2001 г. «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» и означает «придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению Русанов Г.А. Указ. соч. С. 16 .

денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления» .

По нашему мнению, к нормам главы 22 УК РФ, диспозиции которых не сконструированы по типу бланкетных, можно отнести лишь 2 состава преступления: ст. 175 и ч. 1 ст. 184 УК РФ .

Наша позиция обоснована тем обстоятельством, что в данных составах использована простая и описательная диспозиция, которая не содержит каких-либо признаков бланкетности. В первой главе настоящего диссертационного исследования нами было дано определение бланкетной диспозиции, которая в качестве одной из форм реализации уголовной политики представляет собой такой прием законодательной техники, при котором правоприменителю для конкретизации отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления необходимо обращение к нормам иных отраслей законодательства, закрепленных в федеральных, региональных и муниципальных нормативных актах, а также локальных актах организаций .

Диспозиция ст. 175 УК РФ звучит как «заранее не обещанные приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем» .

Рассматривая ее сквозь призму обозначенной выше дефиниции, можно заключить, что для установления всех обязательных признаков данного состава преступления нет необходимости обращения к нормативным актам регулятивных отраслей. Используемый в данном случае термин «имущество»

законодательно не определен ни в одном нормативном акте и поэтому его содержание необходимо понимать в общепринятом значении, как материальные и нематериальные объекты, которые могут быть предметами владения, пользования или распоряжения .

Диспозиция же ч. 1 ст. 184 УК РФ «подкуп спортсменов, спортивных судей, тренеров руководителей спортивных команд и других участников или организаторов официального спортивного соревнования (в том числе их работников), а равно членов жюри, участников или организаторов зрелищного коммерческого конкурса в целях оказания противоправного влияния на результат такого соревнования или такого конкурса, либо принуждение или склонение указанных лиц к оказанию этого влияния, либо предварительный сговор с указанными лицами в тех же целях...» содержит два новых понятия «официальное спортивное соревнование» и «зрелищный коммерческий конкурс», которые были введены в редакцию ч. 1 ст. 184 УК Федеральным законом от 23 июля 2013 г. № 198-ФЗ. Федеральный же закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» (в ред. от 04.06.2014 г.), направленный на регламентацию спортивной сферы деятельности, таких терминов не содержит .

Указанные диспозиции сконструированы как простая и описательная .

Бланкетной (а точнее, даже смешанной) можно признать диспозицию части третьей ст. 184 УК, т.к. она содержит такой обобщающий признакпонятие как «ценные бумаги» .

Проводимое нами анкетирование позволило выяснить позицию теоретиков и практических работников Краснодарского края и Республики Адыгея относительно уровня бланкетности диспозиций норм главы 22 УК РФ. Согласно полученным результатам почти 62 % респондентов (136 человек) считают, что все диспозиции норм гл. 22 необходимо относить к бланкетным. Между тем, имеются и другие позиции. Так, 20 % респондентов (44 человека) к бланкетным диспозициям исследуемой главы УК не относят диспозицию ст. 184 УК РФ (Подкуп участников и организаторов профессиональных спортивных соревнований и зрелищных коммерческих конкурсов); 13 % опрошенных (29 человек) считают, что бланкетной не является диспозиция ст. 179 УК РФ (Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения); и, наконец, 5 % респондентов (11 человек) не относят к бланкетным диспозицию ст. 175 УК РФ (Приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем) .

На причину указанных разногласий верно указала И.В. Шишко, справедливо отметив, что «бланкетность большинства норм гл. 22 УК РФ очевидна в силу того, что в них использованы бланкетные обобщающие признаки, например, такие как: «неправомерный» (ст. 169, ч. 2 ст. 195 УК РФ), «незаконный» (ст. 180, 183 УК РФ) или «несанкционированный»

(ст. 181 УК РФ)»1 .

Бланкетность других норм, по мнению профессора, менее очевидна, поскольку бланкетные признаки в них описаны как признаки-понятия (например, «аффинаж» в ст. 192 УК РФ, «индивидуальный предприниматель» в ст. 169 УК РФ) или обобщающие признаки-понятия (например, «ценные бумаги» в ст. 177 УК РФ, «коммерческая организация» в ст. 173 УК РФ, «банковская деятельность» в ст. 172 УК РФ и др.), что влечет их меньшую распознаваемость .

Завершим рассмотрении данного параграфа некоторыми обобщениями .

Во-первых, несмотря на отсутствие в науке уголовного права единого мнения ученых и практических работников относительно уровня бланкетности в нормах главы 22 УК РФ, мы убеждены в том, что абсолютное большинство диспозиций норм данной главы являются бланкетными. К нормам главы 22 УК РФ, диспозиции которых не сконструированы по типу бланкетных, можно отнести лишь 2 состава преступления: ст. 175 и ч. 1 ст. 184 УК РФ .

Во-вторых, экономическое регулятивное законодательство является многоуровневым, объемным и весьма динамичным и поэтому важным является здесь одно обстоятельство: если внушительная по объему нормативная база экономической сферы деятельности детерминирует количество норм в гл. 22 УК РФ, то нестабильность регулятивного законодательства в этой сфере обусловливает постоянную «прописку»

бланкетных диспозиций в указанных нормах УК .

В-третьих, следует критически относится к предложениям относительно снижения уровня бланкетности в нормах главы 22 УК РФ, поскольку на двух примерах проиллюстрирована практическая Шишко И.В. Экономические правонарушения. С.-Пб., 2004. С. 68 .

необходимость в использовании данного приема законодательной техники в силу специфики регулятивного законодательства, регламентирующего сферу экономической деятельности .

§ 3. Проблемы квалификации преступлений в сфере экономической деятельности, предусмотренных нормами с бланкетными диспозициями Каждая отрасль российского права, как известно, уникальна своим предметом и методом правового регулирования. Основной группой общественных отношений, входящих в предмет уголовного права выступают охранительные отношения, возникающие в связи с особым юридическим фактом совершением преступления, в рамках которых осуществляется охрана общественных отношений путем применения к лицу, совершившему преступление, наказания и (или) иных мер уголовно-правового характера1 .

Иными словами у государства в лице уполномоченных органов возникает обязанность привлечения виновного лица к уголовной ответственности .

Согласно ст. 8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом. Решение вопроса о наличии или отсутствии указанного в ст. 8 УК РФ основания лежит в рамках процесса, именуемого квалификацией преступления, который, безусловно, является центральным звеном всей правоприменительной деятельности .

Флагман отечественной теории квалификации преступлений А.А. Герцензон утверждал, что она состоит в установлении соответствия Российское уголовное право (Общая часть): Учебник для вузов / Под ред .

В.П. Коняхина, М.Л. Прохоровой. М., 2014. С. 8 .

данного конкретного деяния признакам того или иного состава преступления, предусмотренного уголовным законом»1 .

Совершенно естественно, что данное уголовно-правовое явление получило развитие в трудах таких великих ученых, как В.Н. Кудрявцев, Н.Ф. Кузнецова, Л.Д. Гаухман и многих других .

Резюмируя предложенные учеными дефиниции квалификации преступлений отметим, что все они схожи в одном: суть квалификации состоит в установлении и юридическом закреплении точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления .

Повторим, что ст. 8 УК РФ говорит исключительно о признаках «... предусмотренных настоящим Кодексом». Однако особенность конструирования состава преступления состоит в том, что отнюдь не всегда характеризующие его признаки исчерпывающим образом закреплены в норме Особенной части УК РФ. Это объясняется сложностью самих общественных отношений, охраняемых уголовным законодательством. Так, устанавливая в главе 22 ответственность за преступления в сфере экономической деятельности, уголовный закон принял на себя обязательство по охране одной из наиболее разнородных сфер жизнедеятельности нашего общества, связанной с производством, обменом и потреблением материальных благ и услуг. Сложность данной сферы предопределена входящими в нее отраслями хозяйствования и количеством регулирующих данные отрасли нормативных правовых актов. Указанное обстоятельство послужило основанием для разделения всех преступлений в указанной сфере по строго определенным основаниям.

Наукой уголовного права данные преступления сгруппированы следующим образом:

1. Преступления против конституционных гарантий и свобод осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности законной предпринимательской или иной (воспрепятствование Герцензон А.А. Квалификация преступлений. М., 1947. С. 18 .

деятельности ст. 169 УК; регистрация незаконных сделок с землей ст. 170 УК) .

2. Преступления против установленного порядка осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности (незаконное предпринимательство ст. 171 УК; производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции ст. 1711 УК и др.) .

3. Преступление против интересов кредиторов (незаконное получение кредита ст. 176 УК; злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности ст. 177 УК и др.) .

4. Преступления против отношений, обеспечивающих добросовестную конкуренцию (недопущение, ограничение или устранение конкуренции ст. 178 УК; манипулирование рынком ст. 1853 и др.) .

5. Преступления против установленного порядка обращения денег и ценных бумаг (злоупотребление при эмиссии ценных бумаг ст. 185 УК;

изготовление, хранение, перевозка или сбыт поддельных денег или ценных бумаг ст. 186 УК и др.) .

6. Преступления против установленного порядка осуществления экономической деятельности (невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического, и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран ст. 190 УК;

уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица 194 УК и др.) .

7. Преступления против установленного порядка обращения драгоценных металлов, драгоценных камней и иностранной валюты (незаконный оборот драгоценных металлов, природных драгоценных камней или жемчуга ст. 191 УК; невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте ст. 193 УК и др.) .

8. Преступления против установленного порядка уплаты налогов и сборов (уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица ст. 198 УК; уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации ст. 198 УК и др.)1 .

Наука уголовного права не ставила перед собой задачу выработать собственные экономические понятия (да и нет в этом смысла), поскольку все обозначенные выше сферы детально урегулированы гражданским, налоговым, бюджетным и иным законодательством. Следовательно, описывая признаки состава преступления в сфере экономической деятельности законодатель использует как собственно криминообразующие признаки (например, ущерб, доход, задолженность и др.), так и признаки, закрепленные в нормативных актах регулятивного законодательства .

Содействие в этом оказывает предмет нашего исследования бланкетная диспозиция, которая, как известно, представляет собой такой прием законодательной техники, при котором правоприменителю для конкретизации отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления необходимо обращение к нормам иных отраслей законодательства, закрепленных в нормативных актах федерального, регионального и муниципального уровней, а также в локальных актах организаций .

Следовательно, о правильной квалификации преступления в сфере экономической деятельности можно говорить только в том случае, если правоприменитель зафиксировал наличие не только уголовно-правовых признаков, но и признаков, описанных в нормативных актах иной отраслевой принадлежности, к которой обращает бланкетная диспозиция. Главное в этом процессе не забывать, какой бы способ описания признаков не использовал законодатель, они должны быть ясно и четко выраженными. На это в своем решении № 8-П от 27.05.2008 обратил Конституционный Суд РФ: «Принцип формальной определенности закона, предполагающий точность и ясность законодательных предписаний, будучи неотъемлемым элементом Уголовное право Российской Федерации: программа курса / сост. В.П. Коняхин, Н.В. Огородникова, М.В. Феоктистов. Краснодар, 2013. С. 52-58 .

верховенства права, выступает как в законотворческой, так и в правоприменительной деятельности в качестве необходимой гарантии обеспечения эффективной защиты от произвольных преследования, осуждения и наказания. Уголовная ответственность может считаться законно установленной и отвечающей требованиям статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации лишь при условии, что она адекватна общественной опасности преступления и что уголовный закон ясно и четко определяет признаки этого преступления, отграничивая его от противоправных и тем более от законных деяний»1 .

На указанную необходимость также ориентирует и Верховных Суд РФ, который в своих постановлениях, посвященных практике применения уголовно-правовых норм, по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности, нередко акцентирует внимание правоприменителя на необходимость указывать на признаки нарушения других отраслей права, если в статье УК РФ речь идет о нарушении норм регулятивного законодательства. Например, в п. 13 постановления № 8 Пленума Верховного Суда РФ от 4 июля 1997 г. «О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации уголовного законодательства об ответственности за уклонение от уплаты налогов» (утратило силу в связи с принятием постановления № 64 Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2006 г.) говорилось о том, что «уклонение от уплаты налогов связано с невыполнением виновным определенных норм налогового законодательства .

В связи с этим обратить внимание судов на то, что по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 198, 199 УК РФ, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительном заключении и приговоре должно быть обязательно указано, какие конкретно нормы налогового законодательства, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, осужденным» .

Вестник Конституционного Суда РФ. 2008. № 4 .

Таким образом, Пленум Верховного Суда ориентирует правоприменителя на обращение к налоговому законодательству только лишь для определения признаков объективной стороны составов налоговых преступлений, поскольку криминообразующие признаки этих составов (крупный и особо крупный размеры) устанавливаются непосредственно уголовным (охранительным) законодательством .

Между тем, из системного толкования норм ст. 3 и 8 УК РФ следует, что уголовная ответственность является следствием юридического факта, предусмотренного исключительно уголовным законом. В данной ситуации допустим вопрос о том, возможна ли вообще такая ссылка при квалификации преступлений (вообще и преступлений в сфере экономической деятельности, в частности). Считаем, что данный вопрос решается положительно, поскольку указанный юридический факт может иметь и межотраслевой характер, соответственно требующий и межотраслевую формулу его квалификации. Например, прежде чем установить признаки одного из видов криминального банкротства (ст. 195, 196, 197 УК РФ) необходимо выяснить, в первую очередь признаки самого банкротства, которые определены в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 г .

Ими являются: 1) неспособность должника (гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, или юридического лица) в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам;

2) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (налоги, сборы и иные обязательные взносы в бюджет и государственные внебюджетные фонды); 3) признание данной неспособности непосредственно арбитражным судом. Весь этот сложный набор признаков необходимо установить прежде, чем сделать выбор о наличии состава одного из видов преступного банкротства. Таким образом, юридическим фактом, лежащим в основе уголовной ответственности по одному из составов преступлений криминального банкротства является наличие перечисленных выше обстоятельств (признаков банкротства), а также действий нарушителя и последствий нарушения, признаки которых сформулированы непосредственно в уголовном законе .

Правоприменители зачастую испытывают трудности при квалификации преступных деяний в сфере экономической деятельности, которые предусмотрены нормами с бланкетными диспозициями .

Проведенный нами в рамках настоящего исследования опрос сотрудников правоохранительных и судебных органов показал, что основные затруднения при такой квалификации вызывает поиск, а точнее, установление конкретного круга нормативных актов, к которым обращает бланкетная диспозиция, их разрозненность на различных уровнях правового регулирования (от федерального до муниципального), а также закрепление бланкетных признаков в локальных актах организаций и судебных актах .

Однако данная проблема представляется, мягко говоря, надуманной .

Современный потенциал информационных технологий, а именно таких информационно-правовых систем, как КонсультантПлюс и Гарант вовсе развеивают миф о реальности данной проблемы .

Кроме того, необходимо учитывать важное обстоятельство. Вопрос о количестве регулятивных нормативных актов, а также о том, на каком уровне осуществляется регулирование общественных отношений, охраняемых уголовным правом, не должен препятствовать решению стоящих перед ним задач .

Во-первых, количество регулятивных нормативных актов предопределено сложностью отношений в сфере экономической деятельности и вытекающей отсюда невозможностью их компактного размещения в одном нормативном акте (как бы сильно того не желали правоприменители) .

Во-вторых, Конституция РФ разграничила предметы ведения федерального центра, его субъектов, а также муниципальных образований .

В этом смысле не представляется возможным согласиться с позицией Н.Ф. Кузнецовой, которая утверждала, что «при квалификации преступлений по бланкетным нормам первое условие ее правильности установление федерального статуса нормы, к которой отсылает УК. Последний согласно Конституции относится к системе федерального законодательства .

Административное, налоговое и другие законодательства находятся в совместном ведении Федерации и субъектов Федерации (ст. 71 и 72 Конституции). Квалификация преступлений должна осуществляться по федеральным нормативным правовым актам иных отраслей права, чего на практике не наблюдается... В перспективе дальнейшего совершенствования УК желательно дать единую формулировку всех бланкетных статей Кодекса термин «незаконное». Это позволит избирать для квалификации именно законы, а не подзаконные акты, и законы федерального статуса»1 .

Экономическая сфера как уже отмечалось весьма многогранна и ее регулирование обоснованно осуществляется как законами, так и подзаконными актами. Подтвердим сказанное примерами .

Так, ст. 181 УК РФ устанавливает ответственность за несанкционированные изготовление, сбыт или использование, а равно подделку государственного пробирного клейма, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности. Для установления признаков данного состава преступления, необходимо обращение, прежде всего, к Федеральному закону от 26 марта 1988 г. № 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях», который в п. 3 ст. 10 определяет, что в Российской Федерации установлена государственная монополия на опробование и клеймение государственным пробирным клеймом ювелирных и иных бытовых изделий из драгоценных металлов, а также государственная монополия на регулирование экспорта необработанных алмазов. Однако кроме указанного нормативного акта необходимо обращение таким подзаконным нормативным актам, как: Постановление Правительства РФ от 18 июня 1999 г. № 643 «О порядке опробирования и клеймения изделий из Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: Лекции по спецкурсу «Основы квалификации преступлений». М., 2007. С. 108-109, 114 .

драгоценных металлов» и Приказ Министерства финансов РФ от 11 января 2009 г. № 1н «Об утверждении Инструкции по осуществлению пробирного надзора» .

В ст. 191 УК РФ, установлена ответственность за совершение сделки, связанной с драгоценными металлами, природными драгоценными камнями либо с жемчугом, в нарушение правил, установленных законодательством Российской Федерации, а равно незаконные хранение, перевозка или пересылка драгоценных металлов, природных драгоценных камней либо жемчуга в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, совершенные в крупном размере. Содержание бланкетных признаков данного состава преступления раскрывается в Федеральном законе от 26 марта 1998 г. № 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях», который определяет принципы государственного регулирования в данной сфере, а также в ряде нормативных актов подзаконного характера: Приказе Российского комитета по драгоценным металлам и драгоценным камням от 30 октября 1996 г. № 146 «О порядке отнесения изделий, содержащих драгоценные металлы, к ювелирным», Постановлении Правительства РФ от 4 января 1992 г. № 10 «О добычи и использовании драгоценных металлов и алмазов на территории Российской Федерации и усилении государственного контроля за их производством и потреблением», Постановлении Правительства РФ от 5 января 1999 г. № 8 «Об утверждении порядка отнесения уникальных янтарных образований к драгоценным камням», а также Постановлении Пленума ВС СССР от 18 апреля 1980 № 3 «О судебной практике по делам о нарушении правил о валютных операциях» .

Речь о допустимости детализации признаков состава преступления с помощью подзаконных нормативных актов идет и в других решениях Конституционного Суда РФ. Так, в определениях от 08 февраля 2007 г .

№ 292-О-П и от 07 февраля 2008 г. № 79-О-О Конституционный суд подтвердил, что списки веществ, оказывающих негативное воздействие на организм человека, а также размеры этих веществ не обязательно должны предусматриваться законом; право утверждать перечни таких веществ для целей уголовного законодательства может быть предоставлено и Правительству РФ, что само по себе не означает наделение его полномочием осуществлять нормативное регулирование по вопросу установления уголовной ответственности1 .

Кроме того, с вопросом о квалификации преступлений в сфере экономической деятельности, предусмотренных нормами с бланкетными диспозициями связана проблема юридического значения судебных решений, вынесенных в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства, которые стали предметом судебного разбирательства в порядке уголовного судопроизводства .

Например, если вступившим в силу судебным решением по гражданскому делу было установлено, что в момент подписания кредитного договора и получения кредита он был обеспечен имуществом, находящимся в залоге, то суд, рассматривающий уголовное дело о незаконном получении кредита (ч. 1 ст. 176 УК РФ) и вынужденно применяющий для установления наличия или отсутствия состава преступления гражданское законодательство, не может оценить этот факт по-иному. Здесь уголовно-правовая квалификация конкретного преступления опирается не просто на нормы гражданского права, а на примененные судом нормы по конкретному гражданскому делу и реальные правовые отношения, сложившиеся в соответствии с этими нормами .

В свете произведенных изменений в высшем судебном органе страны этот вопрос приобрел еще большую значимость .

Определение Конституционного Суда РФ от 08.02.2007 № 292-О-П «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чугурова П.Н. на нарушение его конституционных прав положением списка Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации»; Определение Конституционного Суда РФ от 07.02.2008 № 79-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Амосова К.А., Фирта А.М., Ядрихинского Д.В. и Яковлевой Я.В. на нарушение их конституционных прав статьей 234 УК РФ» // СПС Консультант Плюс .

До недавнего времени обстоятельства и факты, имеющие юридическое значение и установленные вступившими в законную силу решениями судов по гражданским делам, в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством не обладали преюдициальностью для суда, рассматривающего дело в порядке уголовного судопроизводства, даже при условии привлечения в качестве обвиняемых тех же самых лиц, в отношении которых состоялись указанные решения. Для суда, рассматривающего уголовное дело, преюдицией обладал лишь вступивший в законную силу приговор, постановленный по другому уголовному делу, но только при условии, если установленные ранее обстоятельства не вызывают сомнений у суда, рассматривающего дело (ст. 90 УПК РФ в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 г. № 58-ФЗ) .

В литературе отмечалось, что «для уголовно-процессуальной преюдиции не характерны признаки, присущие преюдиции в гражданском судопроизводстве»1. И это объяснялось тем, что состав уголовного правонарушения должен быть доказан в полном объеме в каждом конкретном случае привлечения лица к уголовной ответственности. Уже то, что законодатель допускал возможность усмотрения судьи при применении преюдиции, свидетельствовало, что ее значение в уголовном процессе охватывалось только областью доказательств и доказывания, а не законной силы судебного акта, как это имеет место в гражданском процессе .

В настоящее время законодатель принципиально изменил свое отношение к преюдиции в уголовном процессе. Интересно отметить, что соответствующие изменения в ст. 90 УПК РФ, имеющие общий характер, содержались в Федеральном законе от 27 декабря 2009 г. № 383-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации». Это свидетельствует о том, что судебная практика уже давно сталкивалась с проблемой, когда лица, выигравшие налоговые споры в суде общей Безруков A.M. Преюдициальная связь судебных актов. М., 2007. С. 105 .

юрисдикции или арбитражном суде, привлекались к уголовной ответственности за налоговые преступления по тем же фактическим обстоятельствам. Законодатель, не допуская преюдициальное решение по гражданским делам для суда, рассматривающего дело в порядке уголовного судопроизводства, не принимал во внимание наличие бланкетных норм гл. 22 УК РФ и особенности их применения .

На необходимость квалификации деяния с учетом решений судов принятых в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства обратил внимание Конституционный Суд Российской Федерации, указав, что выводы арбитражного суда, осуществляющего гражданское судопроизводство относительно фактических обстоятельств, которые рассмотрены и установлены в судебных актах, если ими, по существу, предрешается вопрос о виновности или невиновности лица, подлежат исследованию и оценке в ходе уголовного судопроизводства в соответствии с общими принципами доказывания, закрепленными в ст. 49 Конституции РФ, при том что подтвержденные арбитражным судом обстоятельства, свидетельствующие в пользу обвиняемого, могут быть отвергнуты лишь после того, как вступивший в законную силу исполняемый судебный акт арбитражного суда будет аннулирован в предусмотренных для этого процедурах1 .

Поэтому если для квалификации преступления применяется бланкетная диспозиция нормы уголовного права, имеющая гражданско-правовую природу, то вступившие в силу решения судов по гражданским делам в отношении субъектов тех же гражданско-правовых отношений, ставших предметом рассмотрения в уголовном деле, также должны быть положены в основу квалификации деяния. Здесь речь как раз идет о преюдициальном значении судебных решений по гражданским делам, когда установленные Определение Конституционного Суда РФ от 15.01.2008 г. № 193-О-П «По жалобе гражданина Суринова Татевоса Романовича на нарушение его конституционных прав статьей 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС КонсультантПлюс .

этими решениями обстоятельства и факты, имеющие юридическое значение, не должны подлежать оспариванию и являются обязательными для суда, рассматривающего уголовное дело, в котором участвуют те же лица .

По итогам рассмотрения данного параграфа подытожим следующее .

1. О правильной квалификации преступления в сфере экономической деятельности можно говорить только в том случае, если правоприменитель зафиксировал наличие не только уголовно-правовых признаков, но и признаков, описанных в нормативных актах иной отраслевой принадлежности, к которой обращает бланкетная диспозиция .

2. Если при квалификации преступления в сфере экономической деятельности применяется бланкетная диспозиция нормы уголовного права, имеющая гражданско-правовую природу, то вступившие в силу решения судов по гражданским делам в отношении субъектов тех же гражданскоправовых отношений, ставших предметом рассмотрения в уголовном деле, также должны быть положены в основу квалификации деяния .

ЗАКЛЮЧЕНИЕ По результатам проведенного исследования представляется возможным сделать ряд выводов и предложений:

1. Бланкетная диспозиция уголовно-правовой нормы как одна из форм реализации уголовной политики, представляет собой такой прием законодательной техники, при котором правоприменителю для конкретизации отдельных объективных и субъективных признаков состава преступления необходимо обращение к нормам иных отраслей законодательства, закрепленных в федеральных, региональных и муниципальных нормативных актах, а также локальных актах организаций .

2. Имеющиеся в науке уголовного права классификации бланкетных признаков предлагаем дополнить еще двумя основаниями .

1) По иерархическому уровню актов, к которым отсылает бланкетная диспозиция, бланкетные признаки делятся на содержащиеся в:

международных правовых актах;

Конституции, федеральных конституционных и федеральных законах Российской Федерации;

подзаконных нормативных актах органов исполнительной власти Российской Федерации;

законах и подзаконных актах субъектов Российской Федерации;

актах муниципальных образований;

локальных актах организаций;

судебных актах, принятых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства .

2) По степени конкретизации нормативного правового акта, к которому делается отсылка, бланкетные признаки делятся на:

содержащиеся в нормативном акте, конкретно обозначенном в диспозиции нормы;

содержащиеся в определенном нормативном блоке, указанном в диспозиции нормы;

содержащиеся в определенном нормативном акте или нескольких нормативных актах, прямо не названных в диспозиции нормы, о необходимости обращения к которым указывают словосочетания:

«установленный порядок», «установленный срок» и др .

3. Появление в российском уголовном законодательстве бланкетной диспозиции и тенденция постепенного увеличения ее использования в уголовных законах детерминированы осложнением, дифференциацией, специализацией правоотношений, появлением качественно новых правоотношений, их высокой динамикой .

4. Бланкетная форма диспозиции является одним из наиболее приоритетных приемов законодательной техники на протяжении более 100 лет, начиная с Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г .

вплоть до Уголовного кодекса РСФСР 1960 г .

Бланкетные диспозиции в уголовно-правовых нормах, 5 .

предусматривающих ответственность за преступления в сфере экономической деятельности присущи как российскому уголовному законодательству, так и законодательству стран романо-германского, социалистического, англо-американского и мусульманского типа уголовноправовых систем .

Особенностью главы 22 УК РФ, отличающей ее от соответствующих глав уголовных законов, исследованных в рамках компаративистского анализа государств, следует признавать частоту использования бланкетных диспозиций при конструировании уголовно-правовых норм. Так, из 45 основных составов преступлений главы 22 УК РФ, 43 (95,5%) бланкетные .

Между тем, в уголовном законодательстве исследуемых стран данный показатель колеблется от 2,5 (УК Франции) до 62% (УК Эстонии), что вполне объяснимо особенностями уголовного законодательства большинства государств исследованных в рамках компаративистского анализа .

Так, в некоторых государствах исследуемых правовых семей система источников уголовного права содержит кодифицированное и некодифицированное законодательство, которое как раз и включает бланкетные уголовно-правовые нормы. Следовательно законодатель, в указанных странах (в отличие от российского) «уходит» от бланкетности путем установления преступности тех или иных деяний в сфере экономической деятельности не только в УК, но и в специальных законах, отраслевом законодательстве, а также в нормативных актах исполнительной власти. Однозначным для нас в этом вопросе является преимущество российского уголовного закона, который в ст. 1 установил, что Уголовное законодательство Российской Федерации состоит из Уголовного кодекса .

Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в Уголовный кодекс .

Абсолютно все сферы жизнедеятельности нашего общества развиваются весьма стремительно и законодательство их регламентирующее просто обязано соответствовать столь стремительным темпам развития, к тому же если в них определены условия уголовной ответственности. Подход российского законодателя, прибегающего к помощи бланкетной диспозиции, здесь представляется наиболее оправданным .

Кроме того, такое положение дел противоречит системности права, поскольку одним из его признаков является деление отраслей на регулятивные и охранительные (что присуще и системе романо-германского права). Однако в данном случае норма регулятивного права является одновременно и охранительной, сочетая в себе, таким образом, два метода уголовно-правового регулирования, что нарушает принцип законности .

Следовательно, опыт российского законодателя является более предпочтительным, поскольку, во-первых, УК РФ сконцентрировал в себе все нормы, охраняющие сферу экономической деятельности от преступных посягательств, а во-вторых, используя бланкетные диспозиции «избежал»

нарушения принципа системности права, т.к. нормативные акты регулятивных отраслей, к которым обращает указанная диспозиция, раскрывают лишь признаки состава преступления, не устанавливая при этом уголовной ответственности за него .

Уголовное законодательство большинства исследованных стран кодифицировано частично. Однако некоторые из них (например, Великобритания) стремятся к его полной кодификации. В этом случае, зарубежному законодателю будет весьма полезным российский опыт использования бланкетных диспозиций .

6. Единственным формальным источником российского уголовного права, определяющим преступность и наказуемость деяния, является только Уголовный кодекс РФ и вновь принятые законы, предусматривающие уголовную ответственность и подлежащие включению в Уголовный кодекс .

Те нормативные акты, к которым необходимо обращаться в процессе применения бланкетных диспозиций это акты регулятивного законодательства, призванные лишь регламентировать порядок осуществления определенного вида деятельности в конкретной сфере общественных отношений и, самое главное, термины, заимствованные из них уголовным охранительным законодательством, используются в первых для описания только дозволенного либо и недозволенного поведения, но непреступного .

7. Бланкетность может выражаться не только в ссылке на акты российского правотворчества (национальная бланкетность), но и на общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации (международная бланкетность) .

8. Вопрос о том, к нормативным актам какого уровня необходимо обращаться при толковании бланкетных диспозиций уголовно-правовых норм, зависит исключительно от того, в чьем ведении находится правовое регулирование общественных отношений, охраняемых нормами Особенной части УК РФ. К ним могут относиться акты федерального и регионального законодательства, акты муниципального правотворчества, подзаконные нормативные акты, а также локальные акты организаций .

9. К нормам главы 22 УК РФ, диспозиции которых не сконструированы по типу бланкетных, можно отнести 2 состава преступления: ст. 175 (Приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем) и ч. 1 ст. 184 УК РФ (Оказание противоправного влияния на результат официального спортивного соревнования или зрелищного коммерческого конкурса) .

10. Толкования некоторых бланкетных признаков норм главы 22 УК РФ вызывает необходимость обращения к локальным актам организаций. В частности, такая необходимость возникает при толковании бланкетного признака «коммерческая тайна», поскольку круг составляющих ее сведений (ответственность, за незаконное получение и распространение которой предусмотрена ст. 183 УК РФ) в соответствии с федеральным законодательством (Гражданский кодекс РФ, Федеральный закон «О коммерческой тайне» от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ) определяют сами организации. Также в качестве локального акта выступает внешнеторговый договор (контракт), указанный в диспозиции ст. 193 УК .

11. При квалификации преступлений главы 22 УК РФ, диспозиции норм которых носят бланкетный характер, необходимо учитывать, что о правильной квалификации преступления в сфере экономической деятельности можно говорить только в том случае, если правоприменитель зафиксировал наличие не только уголовно-правовых признаков, но и признаков, описанных в нормативных актах иной отраслевой принадлежности, к которой обращает бланкетная диспозиция .

12. Если при квалификации преступления применяется бланкетная диспозиция нормы уголовного права, имеющая гражданско-правовую природу, то вступившие в силу решения судов по гражданским делам в отношении субъектов тех же гражданско-правовых отношений, ставших предметом рассмотрения в уголовном деле, также должны быть положены в основу квалификации деяния .

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Нормативные правовые акты

1. Конституция Российской Федерации: Принята всеобщим голосование 12 декабря 1993 г. М., 2014 .

2. Гражданский Кодекс Российской Федерации (Часть четвертая) // СПС Консультант Плюс .

3. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях // СПС Консультант Плюс .

4. Налоговый кодекс Российской Федерации (Часть вторая) // СПС Консультант Плюс .

5. Налоговый кодекс Российской Федерации (Часть первая) // СПС Консультант Плюс .

6. Таможенный кодекс Таможенного союза (приложение к Договору о Таможенном кодексе Таможенного союза, принятому Решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС на уровне глав государств от 27.11.2009 № 17) .

7. Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 г. // СПС Консультант Плюс .

8. О банках и банковской деятельности: Федеральный закон от 2 декабря 1990 г. № 395-1 // СПС Консультант Плюс .

9. О валютном регулировании и валютном контроле: Федеральный закон от 10.12.2003 г. № 173-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

10. О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей: Федеральный закон от 08.08.2001 № 129-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

11. О драгоценных металлах и драгоценных камнях // Федеральный закон от 26 марта 1988 г. № 41-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

12. О защите конкуренции: Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

13. О коммерческой тайне: Федеральный закон от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

14. О лицензировании отдельных видов деятельности: Федеральный закон от 04.05.2011 № 99-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

15. О несостоятельности (банкротстве): Федеральный закон от 26.10.2002 г. // СПС Консультант Плюс .

16. О противодействии неправомерному использованию инсайдерской информации и манипулированию рынком и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации: Федеральный закон от 27.07.2010 № 224-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

17. О рынке ценных бумаг: Федеральный закон от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

18. О физической культуре и спорте в Российской Федерации: Федеральный закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

19. Об иностранных инвестициях в Российской Федерации: Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 160-ФЗ // СПС Консультант Плюс .

20. Постановление Правительства РФ от 18 июня 1999 г. № 643 «О порядке опробирования и клеймения изделий из драгоценных металлов» // СПС Консультант Плюс .

21. Постановление Правительства РФ от 4 января 1992 г. № 10 «О добычи и использовании драгоценных металлов и алмазов на территории Российской Федерации и усилении государственного контроля за их производством и потреблением» // СПС Консультант Плюс .

22. Постановление Правительства РФ от 5 января 1999 г. № 8 «Об утверждении порядка отнесения уникальных янтарных образований к драгоценным камням» // СПС Консультант Плюс .

23. Приказ Министерства финансов РФ от 11 января 2009 г. № 1н «Об утверждении Инструкции по осуществлению пробирного надзора» // СПС Консультант Плюс .

24. Приказ Российского комитета по драгоценным металлам и драгоценным камням от 30 октября 1996 г. № 146 «О порядке отнесения изделий, содержащих драгоценные металлы, к ювелирным» // СПС Консультант Плюс .

25. Постановление Пленума ВС СССР от 18 апреля 1980 № 3 «О судебной практике по делам о нарушении правил о валютных операциях» // СПС Консультант Плюс .

26. Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. // СПС Консультант Плюс .

27. Уголовное уложение1903 г. // СПС Консультант Плюс .

28. Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. // СПС Консультант Плюс .

29. Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. // СПС Консультант Плюс .

30. Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. // СПС Консультант Плюс .

31. Руководящие начала по уголовному праву1919 г. // http://pravo.levonevsky.org/baza/soviet/sssr7311.htm

32. Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. // СПС Консультант Плюс .

33. Таможенный кодекс СССР 1991 г. (утв. ВС СССР 26.03.1991 № 2052-1) // СПС Консультант Плюс .

34. Закон СССР от 24.11.1982 «О государственной границе СССР» // СПС Консультант Плюс .

35. Закон СССР от 25.12.1958 (в ред. от 02.04.1990 г.) «Об уголовной ответственности за государственные преступления» // СПС Консультант Плюс .

36. Закон СССР от 23.04.1990 № 1443-1 «О подоходном налоге с граждан СССР, иностранных граждан и лиц без гражданства» // СПС Консультант Плюс .

37. Закон СССР от 14.06.1990 № 1560-1 «О налогах с предприятий, объединений и организаций» // СПС Консультант Плюс .

38. Указ Президиума ВС СССР от 30.04.1943 (ред. от 23.04.1987) «О подоходном налоге с населения» // СПС Консультант Плюс .

39. Указ Президиума ВС СССР от 21.11.1941 (ред. от 25.12.1972) «О налоге на холостяков, одиноких и бездетных граждан СССР» // СПС Консультант Плюс .

40. Постановление Совета Министров СССР от 25 октября 1948 г. «О порядке вывоза, ввоза, перевода и пересылки через границу и из-за границы валюты и валютных ценностей» // СПС Консультант Плюс .

41. Кодекс Законов о Труде РСФСР 1922 г. // СПС Консультант Плюс .

42. Закон об исламских уголовных наказаниях Исламской Республики Иран .

СПб., 2008 .

43. Уголовный кодекс Бельгии. СПб., 2002 .

44. Уголовный кодекс Германии. СПб., 2002 .

45. Уголовный кодекс Грузии. СПб., 2002 .

46. Уголовный кодекс Дании. СПб., 2002 .

47. Уголовный кодекс Италии. СПб., 202 .

48. Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. СПб., 2002 .

49. Уголовный кодекс Латвийской Республики. СПб., 2001 .

50. Уголовный кодекс Республики Беларусь. СПб., 2001 .

51. Уголовный кодекс Республики Казахстан. СПб., 2001 .

52. Уголовный кодекс Республики Корея. СПб., 2002 .

53. Уголовный кодекс Украины. СПб., 2002 .

54. Уголовный кодекс Франции. СПб., 2002 .

55. Уголовный кодекс Швейцарии. СПб., 2002 .

56. Уголовный кодекс Штата Техас. СПб., 2002 .

57. Уголовный кодекс Эстонской республики. СПб., 2001 .

58. Уголовный кодекс Японии. СПб., 2002 .

59. Банковский и монетарный закон Исламской Республики Иран 1960 г. // http://www.worldislamlaw.ru

60. Закон Исламской Республики Иран 1989 г. «Об усилении наказания за изготовление, ввоз в страну, сбыт, распространение или использование поддельных бумажных денег» // http://www.worldislamlaw.ru

61. Закон Исламской Республики Иран 1990 г. «О преступлениях в сфере экономической стабильности» // http://www.worldislamlaw.ru

62. Закон о денежной системе и банках Ирана 1972 г. // http://www.worldislamlaw.ru

Судебная практика

63. Определение Конституционного Суда РФ № 1-О от 16 января 2001 г. по делу о проверке конституционности примечания 2 к ст. 158 УК РФ в связи с жалобой гражданина Скородумова Дмитрия Анатольевича // СПС Консультант Плюс .

64. Определение Конституционного Суда РФ от 08.02.2007 № 292-О-П «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чугурова П.Н. на нарушение его конституционных прав положением списка Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации // СПС Консультант Плюс .

65. Определение Конституционного Суда РФ от 07.02.2008 № 79-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Амосова К.А., Фирта А.М., Ядрихинского Д.В. и Яковлевой Я.В. на нарушение их конституционных прав статьей 234 УК РФ // СПС Консультант Плюс .

66. Определение Конституционного Суда РФ от 15.01.2008 г. № 193-О-П «По жалобе гражданина Суринова Татевоса Романовича на нарушение его конституционных прав статьей 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС КонсультантПлюс .

67. Решение Конституционного Суда РФ от 27.05.2008 № 8-П // Вестник Конституционного Суда РФ. 2008. № 4 .

68. Определение Верховного Суда РФ от 28.11.2002 № 83-Дп02-22 // СПС Консультант Плюс .

69. Определение Верховного Суда РФ № 64-дпр02-8 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. № 1 .

70. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» // СПС Консультант Плюс .

71. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 июля 1997 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации уголовного законодательства об ответственности за уклонение от уплаты налогов» (утратило силу) // СПС Консультант Плюс .

Монографии, учебники, учебные пособия

72. Абдулаев М.И. Теория государства и права. М., 2004 .

73. Безруков A.M. Преюдициальная связь судебных актов. М., 2007 .

74. Бойко А.И. Система и структура уголовного права: В 3 т. Т. I:

Системология и структурализм в современной познавательной культуре .

Ростов н/Д., 2007 .

75. Бойцов А.И. Действие уголовного закона во времени и в пространстве .

СПб., 1995 .

76. Братусь С.Н., Самощенко И.С. Теоретические вопросы систематизации советского законодательства. М., 1962 .

77. Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности .

СПб., 2002 .

78. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2001 .

79. Давид Р. Основные правовые системы современности. M., 1996 .

80. Дубовик О.Л. Экологическое право в вопросах и ответах: Учебное пособие. М., 2001 .

81. Евангулов Г.Г. Уголовное уложение. СПб., 1903 .

82. Жук М.С. Учение об институтах российского уголовного права:

концептуальные основы и перспективы развития. М., 2013 .

83. Иванчин А.В. Конструирование состава преступления: теория и практика .

М., 2014 .

84. Керимов Д.А. Законодательная техника. М., 2002 .

85. Коняхин В.П. Теоретические основы построения Общей части российского уголовного права. М., 2002 .

86. Кочои С.М. Уголовное право. Общая и Особенная части: Краткий курс .

М., 2010 .

87. Кругликов Л.Л. Проблемы теории уголовного права: Избранные статьи .

Ярославль, 1999 .

88. Кругликов Л.Л., Смирнова Л.Е. Унификация в уголовном праве. СПб., 2008 .

89. Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1969 .

90. Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: Лекции по спецкурсу «Основы квалификации преступлений». М., 2007 .

91. Курс советского уголовного права. Часть особенная. Т. 3. Л., 1973 .

92. Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004 .

93. Лопашенко Н.А. Уголовная политика. М., 2009 .

94. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности:

теоретический и прикладной анализ: монография. В 2 ч. Ч. I. М., 2015 .



Pages:     | 1 || 3 |
Похожие работы:

«МИНИСТеРСТво обРАзовАНИя РеСПУбЛИкИ беЛАРУСь ПоСТАНовЛеНИе 12.08.2010 г. № 90 Об утверждении образовательного стандарта дошкольного образования В соответствии со статьей 11 Закона Республики Беларусь от 29 октября 1991 года "Об образовании" в редакции Закона Республики Беларусь от 19 марта 2002 года, на...»

«Изготовитель оставляет за собой право вносить изменения в конструкцию и принципиальную схему изделия, не ухудшающие его характеристик. СОДЕРЖАНИЕ 1. Назначение 2. Комплект поставки 3. Технические характеристики 4. Конструкция 5. Принцип работы СИГНАЛИЗАТОР УРОВНЯ 6. Указа...»

«Рабочая программа дисциплины Б1.В.ДВ.3.2. Русский язык и культура речи Направление подготовки 40.03.01 "Юриспруденция" Профиль подготовки гражданско-правовой Квалификация (степень) выпускника (бакалавр) Форма обучения очная, заочная Краснодар 1. Цель и задач...»

«Анна Константиновна Луковцева Психология и педагогика. Курс лекций Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=333202 Психология и

«Александр Николаевич Афанасьев Боги – суть предки наши Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=292792 Афанасьев А.Н. Боги – суть предки наши: РИПОЛ классик; Москва; 2009 ISBN 978-5-386-00999-1 Аннотация Издревле наши славянские предки выстраивали свою жизнь в неразрывной связи с окружающей средой –...»

«Станислав Гроф Кристина Гроф Холотропное дыхание. Новый подход к самоисследованию и терапии Серия "Трансперсональная психология" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9525217 Холотропное дыхание: новый подход...»

«СВЯТО НИКОЛАЕВСКИЙ Кафедральный Собор ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В АМЕРИКЕ Январь 2008 г. St. Nicholas Cathedral, 3500 Massachusetts Avenue, NW Washington, DC 20007 Phone: 202 333-5060~Fax: 202 965-3788~www.stnicholasdc.org ~ www.oca.org настоятель  протоиерей Константин Уайт. Иерей Валерий Шемчук.    СВЯ...»

«Справка по результатам рассмотрения споров, возникающих при применении норм о коммерческом кредите 1 Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусматривает специальный вид заемного обязательства – коммерческий кредит 2. Правоотно...»

«ЧАСТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНЫХ И ГУМАНИТАРНЫХ ЗНАНИЙ" (ЧОУ ВПО "ИСГЗ") 0032.06.01 Коршунов С.А. АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРАВО УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ для студентов юридического факультета 5-е издание, пересмотренное Казань УДК 342 ББК 67....»

«Ирина Германовна Малкина-Пых Экстремальные ситуации Серия "Справочник практического психолога" текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=174636 Экстремальные ситуации: Эксмо; Москва; 2006 ISBN 5-699-07805-3 Аннотация Книга представляет собой справочник по...»

«Андрей Алексеевич Левшинов Секретные даосские техники управления событиями Серия "Желание, исполнись!" Текст предоставлен правообладателем Секретные даосские техники управления событиями. / Андрей Левшинов: АСТ; Москва; 2015 ISBN 978-5-17-089054-5 А...»

«Барбара Константин Амели без мелодрам Текст предоставлен правообладателем . http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8920987 Константин Б. Амели без мелодрам : роман: Азбука, Азбука-Аттикус; СПб; 2015...»

«Дмитрий Невский Таро и психология. Психология и Таро. Теория, практика, практичность Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6537928 Таро...»

«Вера Андреевна Соловьева Борис Леонидович Смолянский Галина Владимировна Лавренова Владислав Геннадьевич Лифляндский Энциклопедия диагностики и лечения от А до Я Серия "Жизнь и здоровье (ОЛМА Медиа...»

«В. В. Фролов Олег Викторович Бейдик В. В. Анников А. А. Волков Стоматология собак Текст получен от правообладателя http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=180541 Стоматология собак: "Аквариум-Принт"; Москва; 2006 ISBN 5-98435-581-7 Аннотация Книга содержит подробную информацию о развитии головы и органов рот...»

«Наталия Александровна Дзеружинская Олег Геннадьевич Сыропятов Посттравматическое стрессовое расстройство. Пособие для самоподготовки Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art...»

«Социальная помощь и правовая защита Проф. др. наук Ирэна Жеплиньска Агата Форысь, Эва Осташевска-Жук Справиться в Польше информационное пособие для иностранцев Социальная помощь и правовая защита Проф. др. наук Ирэна Жеплиньска, Агата Форысь, Эва Осташевска-Жук Актуализация –...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Владимирский государственный университет имени Александра Григорьевича и Николая Григорьевича Столетовых" И. В. ПОГОДИНА А. О. СМИРНОВА ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ВАЛЮТНОГО РЫН...»

«КАЗАНСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Юридический факультет К.М. АРСЛАНОВ, Т.Г. МАКАРОВ ИНОСТРАННОЕ ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО Конспект лекций Казань-2014 Арсланов К.М., Макаров Т.Г. Иностранное гражданское право. Конспект лекций / К.М. Арсланов, Т.Г. Макаров; Каз. федер.ун-т. – Казань, 2014. В предлагаемых лекциях изучаются осно...»

«Максим Евгеньевич Жидко Александр Суренович Кочарян Леонид Фокич Бурлачук Психотерапия: учебник для вузов Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=183633 Психотерапия: Учебник для вузов. 3–е изд.: Питер; СПб.; 2009 ISBN 978-5-91180-451-0 Аннотация Третье, дополненное,...»

«Коммерческое (торговое) право зарубежных стран Учебник для магистров 2-е издание, переработанное и дополненное Ответственные радакторы доктор юридических наук, профессор В . Ф. Попондопуло, кандидат юрических наук, доцент, О. А. Макарова Рекомендовано Министерством образования и науки Российской...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "САРАТОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ" "УТВЕРЖДАЮ" Первый проректор, проректор по учебной работе _С.Н. Туманов "22" июня 2012 г. УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ДИСЦИПЛИНЫ "ДИФФЕ...»

«М. М. Бернацкий Константинопольский Собор 1691 г. и его рецепция в Русской Православной Церкви (к вопросу о каноническом статусе термина "пресуществление") Константинопо...»

«Альберт Иванович Кравченко Психология и педагогика Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=323872 Психология и педагогика: Учебник: ИНФРА-М; Москва; 2008 ISBN 978-5-16-003038-8 Аннотация Предлагаемый чит...»

«Институт Государственного Управления, Главный редактор д.э.н., профессор К.А. Кирсанов тел. для справок: +7 (925) 853-04-57 (с 1100 – до 1800) Права и Инновационных Технологий (ИГУПИТ) Опубликовать статью в журнале http://publ.naukovedenie.ru Интернет-журнал "НАУКОВЕДЕНИЕ" №3 2012 Янкевич Ирина...»

«ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО И ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВО Александр СОЛОВЬЕВ Этика бюрократии: постсоветский синдром Государственная бюрократия, пожалуй, единственная сегодня социальная группа, которая не только успешно пережила все катаклизмы идущих преобразований, но и с явной для себя выгодой использует все потрясения общественно...»

«Николай Александрович Морозов Преступность и борьба с ней в Японии Серия "Теория и практика уголовного права и уголовного процесса" Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11282383 Преступность и борьба с ней в Японии: Юридический центр; Санкт-Петербу...»

«Journal of Siberian Federal University. Engineering & Technologies, 2016, 9(5), 724-730 ~~~ УДК 622.75, 622.765 Possible Methods Recovery of Metals from Flotation Tailings Copper-Molybdenum Ores Nat...»

«Игорь Д. Озёрский Трилогия садизма: Одиночество. Деструктивность. Любовь Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9334712 Озёрский И. Д. Трилогия садизма: СПб; 2015 ISBN 978-5-00071-213-9 Аннотация Малоизвестный писатель в результате нервного срыва вынужден посещать сеансы психотерап...»

«ЗАКОН РЕСПУБЛИКИ КРЫМ О регулировании некоторых вопросов в области жилищных отношений в Республике Крым Принят Государственным Советом Республики Крым 26 июня 2015 года Настоящий Закон направлен на правовое регулирование некоторых вопросов в области жилищных отношений в части обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих...»

















 
2018 www.new.z-pdf.ru - «Библиотека бесплатных материалов - онлайн ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 2-3 рабочих дней удалим его.