WWW.NEW.Z-PDF.RU
БИБЛИОТЕКА  БЕСПЛАТНЫХ  МАТЕРИАЛОВ - Онлайн ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ А.Н. ГЛЫБИНА, Ю.К. ЯКИМОВИЧ РЕАБИЛИТАЦИЯ И ВОЗМЕЩЕНИЕ ВРЕДА В ПОРЯДКЕ РЕАБИЛИТАЦИИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РОССИИ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТОМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА ...»

-- [ Страница 1 ] --

ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

А.Н. ГЛЫБИНА, Ю.К. ЯКИМОВИЧ

РЕАБИЛИТАЦИЯ

И ВОЗМЕЩЕНИЕ ВРЕДА

В ПОРЯДКЕ РЕАБИЛИТАЦИИ

В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

РОССИИ

ИЗДАТЕЛЬСТВО ТОМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 343 ББК 67.99 Г 52 Глыбина А.Н., Якимович Ю.К .

Г 52 Реабилитация и возмещение вреда в порядке реабилитации в уголовном процессе России. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2006. – 146 с .

ISBN 5-7511-2046-3 В монографии рассмотрены проблемы реабилитации гражданина и возмещения причиненного ему вреда в уголовном процессе .

Для юристов-практиков, а также научных работников и студентов юридических факультетов .

УДК 343 ББК 67.99 © А.Н. Глыбина, Ю.К. Якимович, 2006 ISBN 5-7511-2046-3 ОГЛАВЛЕНИЕ Предисловие…………………………………………………………... 3

Глава 1. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИДЕИ РЕАБИЛИТАЦИИ ЛИЦ, ПОДВЕРГШИХСЯ НЕЗАКОННОМУ

ИЛИ НЕОБОСНОВАННОМУ УГОЛОВНОМУ ПРЕСЛЕДОВАНИЮ И / ИЛИ ОСУЖДЕНИЮ, В ОТЕЧЕСТВЕННОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ………………………………………………. .

1.1. Появление элементов идеи возмещения вреда лицам, подвергшимся незаконному или необоснованному уголовному преследованию и / или осуждению, в законодательстве России и развитие научных представлений о возмещении вреда (XVIII – начало XX в.)……………………………………………………………… .



1.2. Развитие идеи реабилитации в России с 1917 по 2001 г. … Глава 2. ПОНЯТИЕ РЕАБИЛИТАЦИИ И ЕЕ НАЗНАНИЕ

2.1. Понятие реабилитации……………………………………… 36

2.2. Назначение реабилитации…………………………………... 46

Глава 3. ОСНОВАНИЯ И УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПРАВА НА РЕАБИЛИТАЦИЮ. ОСНОВАНИЯ И УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПРАВА НА ВОЗМЕЩЕНИЕ

ВРЕДА В ПОРЯДКЕ РЕАБИЛИТАЦИИ…………………………

3.1. Основания и условия возникновения права на реабилитацию…………………………………………………………………….. 51

3.2. Основания и условия возникновения права на возмещение вреда в порядке реабилитации………………………………….. 56

3.3. Субъекты права на реабилитацию. Субъекты права на возмещение вреда в порядке реабилитации………………………… 60 3.3.1. Субъекты, имеющие право на реабилитацию……… .

3.3.2. Субъекты, имеющие право на возмещение вреда в порядке реабилитации………………………………………………... 65 Глава 4. ВОЗМЕЩЕНИЕ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО

ГРАЖДАНИНУ В РЕЗУЛЬТАТЕ НЕЗАКОННОГО ИЛИ

НЕОБОСНОВАННОГО УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

И / ИЛИ ОСУЖДЕНИЯ……

4.1. Возмещение имущественного вреда в порядке реабилитации……………………………………………………………………... <

–  –  –

Согласно ст. 1 Конституции РФ Российская Федерация – это правовое государство. Не вдаваясь в полемику относительно природы правового государства, отметим, что одним из необходимых признаков существования правового государства является наличие такого набора прав и свобод человека и гражданина, который бы оптимально сочетался с интересами государства, с одной стороны, и позволил бы пользоваться этими правами и свободами за счет установления государством гарантий их соблюдения – с другой .

Уголовный процесс является той сферой, где с особой остротой проявляются отношения государства и гражданина. К сожалению, деятельность правоохранительных органов не свободна от ошибок и заблуждений. В этом случае, возможно, то или иное лицо будет вынуждено претерпевать негативные последствия незаконного или необоснованного уголовного преследования и / или осуждения, поэтому государство обязано защитить интересы этого лица, предоставив ему право требовать возмещения вреда за счет средств своей казны .





Принцип ответственности государства за вред, причиненный его органами, в настоящее время является общепризнанным в правовой доктрине, законодательстве и правоприменительной деятельности. Результатом реализации вышеназванных положений стало включение в Уголовнопроцессуальный кодекс РФ норм, касающихся реабилитации граждан, подвергшихся незаконному или необоснованному уголовному преследованию и / или осуждению. Но одного закрепления в законе тех или иных норм недостаточно, и по тому, как на практике будут реализовываться его предписания, можно судить о действительном положении вещей в сфере защиты прав и интересов человека в России .

В связи с этим закрепление впервые в УПК России норм, касающихся возмещения государством вреда в результате незаконных или необоснованных действий правоохранительных органов, требует пристального внимания как со стороны теоретиков, так и правоприменителей. Это обусловлено необходимостью выявления на ранних этапах применения уголовно-процессуального закона пробелов, противоречий и неточностей в Предисловие реализации предписаний УПК в части реабилитации лиц, подвергнутых незаконному уголовному преследованию и / или осуждению .

В соответствии с данными сводных годовых отчетов по уголовным делам, за период с 2001 г. по 1.07.2004 г. на территории Алтайского края и Томской области судами, а также органами предварительного расследования вынесены оправдательные решения в отношении 1680 лиц. За тот же период с участием управлений федерального казначейства в Алтайском крае и Томской области рассмотрено 78 дел о возмещении вреда в порядке реабилитации. Таким образом, вред, причиненный незаконными или необоснованными действиями правоохранительных органов, был возмещен в судебном порядке в 4,6 % случаев. Права 95,4 % лиц, в отношении которых было вынесено оправдательное решение, не были защищены. В связи с изложенным чрезвычайно актуальными являются уяснение причин и условий, способствовавших развитию такой ситуации, разработка путей выхода из нее .

Кроме того, потребность в проведении такого исследования возрастает ввиду того, что сложившаяся в настоящее время практика возмещения вреда в порядке реабилитации не соответствует положениям ныне действующего УПК РФ .

Таким образом, проблема реабилитации гражданина и возмещения причиненного ему вреда в уголовном процессе, на взгляд авторов, требует самостоятельного монографического исследования, которое и представлено на суд читателя .

При работе над книгой использованы результаты изучения официальных статистических данных о числе оправдательных приговоров и прекращенных по реабилитирующим основаниям уголовных дел (по отчетам управлений судебного департамента при Верховном Суде РФ в Алтайском крае и Томской области); данные официальной статистики ИЦ УВД Томской области и Алтайского края; данные официальной статистики прокуратуры Томской области и Алтайского края; обзоры судебной практики высших судебных органов СССР, РСФСР и РФ по делам о возмещении вреда в порядке реабилитации .

Было изучено 415 уголовных дел, оконченных принятием решений об оправдании подсудимых или прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям, находящихся в архивах судов, прокуратуры и органов внутренних дел Томской области и Алтайского края. Кроме того, использовались материалы 78 дел о возмещении вреда в порядке реабилитации, находящихся в архивах управлений федерального казначейства в Томской области и Алтайском крае. Также были опрошены 53 судьи, 40 адвокатов, 47 помощников прокурора, следователей прокуратуры, 56 следователей органов внутренних дел, дознавателей, 6 представителей управлений федерального казначейства в Алтайском крае и Томской области .

Глава 1

ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ

ИДЕИ РЕАБИЛИТАЦИИ ЛИЦ, ПОДВЕРГШИХСЯ

НЕЗАКОННОМУ ИЛИ НЕОБОСНОВАННОМУ

УГОЛОВНОМУ ПРЕСЛЕДОВАНИЮ

И / ИЛИ ОСУЖДЕНИЮ, В ОТЕЧЕСТВЕННОМ

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

1.1. Появление элементов идеи возмещения вреда лицам, подвергшимся незаконному или необоснованному уголовному преследованию и / или осуждению, в законодательстве России и развитие научных представлений о возмещении вреда (XVIII – начало XX в.) Анализ современного состояния проблемы реабилитации лиц, пострадавших от незаконного или необоснованного уголовного преследования или осуждения, невозможен без изучения исторического пути развития этого института. Постижение опыта, накопленного в области правовой мысли и законотворчества, должно, в конечном итоге, помочь сформировать определенную концепцию института реабилитации, выявить пробелы и противоречия, которые затрудняют, а иногда делают невозможным применение тех или иных его норм .

Заметим, что в дореволюционной России термин «реабилитация» носил несколько иной смысл, чем сейчас. Под этим термином понималось восстановление правоспособности, утраченной в результате справедливого наказания, по истечении определенного времени. Как писал Н.И. Миролюбов, «реабилитация… не возвращает утраченных прав и преимуществ, а возвращает только вновь правоспособность на их получение и достижение» 1. Она приравнивалась к мерам предупреждения рецидива, какими являлись условное осуждение, условное освобождение, патронат 2, и представляла собой сочетание современных правовых институтов помилования и снятия судимости. Причем тогда реабилитация не основывалась на признании невиновности лица, а применялась к виновным лицам, как правило, уже отбывшим часть наказания и подавшим прошение о помиловании. Таким образом, вопрос о возмещении ущерба не возникал, лицо лишь восстанавливалось в своих гражданских правах, например таких, как право избирать и быть избранным, право поступать на службу в армию или флот, право быть свидетелем при заключении догоМиролюбов Н.И. Реабилитация как специальный правовой институт // Журнал Министерства юстиции. – 1902. – № 3–4. – С. 139 .

Там же. – С. 69 .

Глава 1 вора. Но наряду с институтом реабилитации в русском праве существовал самостоятельный институт «вознаграждения невинно к суду уголовному привлекаемых» .

В России, как известно, долгое время существовала розыскная форма процесса, характеризуемая секретным, безгласным судопроизводством, недоверием к общественному мнению, отсутствием всякой критики судебной власти. При отсутствии гласности, состязательности законодательство прибегало к другим мерам для защиты невиновных: к увеличению числа инстанций и установлению формальной теории доказательств .

В сложившейся ситуации обвиняемый являлся не субъектом, а объектом уголовного процесса, обязанным помогать правосудию и ответственным за действия или бездействие, затруднявшие раскрытие истины, както: запирательство, противоречия, неверные показания и т.д. Обвиняемый не признавался стороной в деле, и о каких-либо обязанностях перед ним государства, стремившегося к установлению истины, не могло быть и речи. «Процессуальная вина» запирательства получила значение вины уголовной, вызывая применение наказаний .

Во всех сомнительных случаях розыскной процесс оставлял лицо в подозрении, устраняя вместе с тем всякую мысль о вознаграждении привлеченного к суду .

Позднее, с появлением смешанной формы уголовного процесса, а также с проникновением в сферу уголовной юстиции представления о том, что всякое нарушение чужих интересов, всякое умаление и ограничение тех или иных благ, в том числе и государством, должно быть непременно возмещено, был поставлен вопрос о материальном вознаграждении лиц, без вины привлеченных к суду .

Необходимость вознаграждения объяснялась тем, что, поскольку государство имеет публичное право на преследование и наказание преступников, оно имеет право отыскивать их и совершать для этого необходимые действия. Но при этом часто в своем стремлении к истине государство впадает в заблуждение, совершает ошибку, осуждает или преследует невиновного человека. А это, в свою очередь, вызывает сильное общественное возбуждение, нарекания на судебную власть, подрывает ее авторитет, чувство доверия к ней. Чтобы изменить подобную ситуацию, был создан институт государственного вознаграждения .

Впервые в законодательстве России норма, содержащая некоторые признаки института реабилитации лиц, необоснованно подвергнутых уголовному преследованию и / или осуждению (с позиций современного определения данного понятия), была закреплена в Воинских артикулах от 26 апреля 1715 г. В Артикуле 209 было закреплено следующее положение: «Салдаты и офицеры в великих преступлениях, как и прочие злодеи, могут быть пытаны, в сем нет сомнения, ибо в то время не яко салдат или офицер, но яко злодей почитается .

Ежелиж он на пытке явится невинен, Возникновение и развитие идеи реабилитации 7 или от его величества, или фелтмаршала весьма прощен будет, то для невинности своей высокоповеренный чин свой может конечно паки отправлять, хотя он и в палачевских руках и на пытке был. Однакож иногда в сем деле бывает не без трудности до тех мест, пока над ним публично знамя не возложится. И тако чрез сие паки за честного причтен, и всем всеконечно запрещено будет, дабы ему сим впредь не попрекать» 1 .

В данной норме говорилось о восстановлении прежнего статуса солдат и офицеров, подвергнутых пытке, в случае, если они признаны невиновными в совершении преступного деяния. Для восстановления их чести полагалось осуществить процедуру возложения над ними знамени. При этом следует обратить внимание, что в артикуле отсутствует положение о возмещении невиновному лицу вреда, речь идет лишь о полном восстановлении в правах и возвращении честного имени на будущее .

В тот же период впервые в российском законодательстве был утвержден принцип гражданской ответственности судей, высших чиновников по искам лиц, пострадавших от их служебных действий. Пострадавшим позволялось «в партикулярных обидах бить челом» на должностных лиц и «искать с них судом, где надлежит» 2 .

Таким образом, зарождение некоторых элементов реабилитации в России можно отнести к середине XVIII в., к периоду царствования Петра I, хотя некоторые из принятых им положений после его смерти были отменены. Так, до 1864 г. законодателем признавалось лишь взыскание с судей сумм определенного размера за вынесение необоснованного решения о наказании плетьми и кнутом, а именно, по Указу от 21.01.1835 г. за каждый удар кнутом, данный невинному, с судьи взыскивалось по 200 руб. ассигнациями 3 .

В середине XIX – начале XX в. институт вознаграждения лиц, невиновно привлеченных к уголовному суду, нашел свое закрепление в законодательстве большинства стран Западной Европы 4. В этот же период времени в России были приняты нормативно-правовые акты, регулирующие вопросы гражданско-правовой ответственности в сфере правосудия и Российское законодательство Х–ХХ веков. – М., 1986. – Т. 4. – С. 365 .

Карнович Е. Русские чиновники в былое и настоящее время. – СПб., 1897. – С. 294 .

Мещеряков Ю.В. Уголовное судопроизводство Российской империи первой половины 19 века. – Л., 1985. – С. 163–165 .

Швейцария стала первой европейской страной, воспринявшей на законодательном уровне инициативу права на вознаграждение жертвам судебных ошибок. Так, УПК кантона Во право на вознаграждение известно с 1850 г. – См.: В-ичь М. О праве вознаграждения за судебные ошибки // Журнал гражданского и уголовного права. – 1893. – Кн. 7. – Cентябрь. – С. 14. Законодательству Австрии институт вознаграждения невинно пострадавших от привлечения к уголовному суду известен с 1872 г., Венгрии – с 1900 г. (см.: Духовской М.В .

Русский уголовный процесс. – М., 1902. – С. 471–472); законодательству Швеции – с 1886 г., Норвегии – с 1887 г., Германии – с 1904 г., Дании – с 1887 г. (см.: Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от правосудия. – СПб., 1906. – С. 630–634) .

Глава 1 возмещения вреда, причиненного судьями, чиновниками полиции, гражданскими прокурорами и их товарищами. Основными из них являлись Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845, 1885 гг. 1, Законы гражданские 1851 г. 2, Устав уголовного судопроизводства 1864 г. 3 Так, уголовная ответственность судей предусматривалась ст. 366–370 Уложения о наказаниях. Гражданская ответственность предусматривалась ст. 677–682 Законов гражданских 1851 г., подробно ее регулирующими и лишь не проводящими, как статьи Уложения, различий между умышленной и неосторожной формой вины постановившего неправосудный приговор судьи. В Законах гражданских от 21.03.1851 г. 4 существовала обязанность судей, постановивших неправосудный приговор, возместить неправильно осужденному материальный ущерб, а также выплатить ему определенную в законе сумму денег (ст. 678).

Судьи подвергались ответственности в следующих случаях:

1) за осуществление правосудия «из корыстных или иных личных видов»;

2) за неумышленное нарушение закона, а именно, во-первых, в случае, когда подсудимый подвергнут наказанию того же рода, которое он должен был понести, но по степени выше или ниже, чем предусмотрено законом; во-вторых, когда неправильное решение последовало из-за ошибки, допущенной судьей, или неправильного, по недоразумению, толкования закона .

Таким образом, устанавливалась ответственность судей за убытки, причиненные любым неправильным решением суда (ст. 366–377 Уложения о наказаниях 1885 г., ст. 677–682 Законов гражданских, ст. 1331 Устава гражданского судопроизводства) .

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что судьи подлежали гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда в их действиях усматривались злой умысел или пристрастие, а также если они неправильно толковали ясно изложенные законы. Потерпевший мог претендовать на возмещение ущерба в том случае, если им были предприняты все средства отмены неправильного решения путем обжалования незаконных действий судей.

Судебные следователи несли гражданско-правовую ответственность в случае:

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. – СПб., 1910. – С. 294 .

Тютрюмов И.М. Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего сената и комментариями русских юристов, извлеченными из научных и практических трудов по гражданскому праву и судопроизводству. – СПб., 1915. – Т. 1. – С. 672 .

Российское законодательство Х–ХХ веков. – Т. 8.: Судебная реформа. – М., 1991. – С. 120–253 .

Полное собрание Законов Российской империи. – СПб., 1852. – Т. 26. Отд. 1. – С. 210–224 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 9

1) неснятия своевременного допроса обвиняемого;

2) замедленности в производстве следствия;

3) принуждения обвиняемого к признанию вины или свидетеля к даче показаний в результате применения незаконных методов ведения следствия .

Чиновники полиции подвергались гражданско-правовой ответственности в случае, если они при исполнении приговора подвергли заведомо или по неосмотрительности наказанию невиновное лицо или же виновного свыше меры, определенной законом (ст. 681 Законов гражданских) .

Сама процедура возмещения вреда заключалась в следующем. Согласно ст. 1331 Устава гражданского судопроизводства 1 для заявления иска к чинам окружного суда и мировым судьям требовалось получение разрешения Судебной палаты, а к председателям, чинам и прокурорам высших судебных установлений – разрешение Соединенного присутствия 1-го и кассационных департаментов Правительствующего сената. Срок исковой давности составлял 3 или 6 месяцев, в зависимости от того, объявлено ли просителю распоряжение, нарушающее его права, или нет. На данном этапе не требовалось объяснения просителя и вызова лиц, к которым был предъявлен иск. Признав, что жалоба может подлежать удовлетворению, Палата или Сенат направляли копию просьбы лица, подавшего жалобу, обвиняемому им должностному лицу для дачи объяснений. Для решения дел такого рода были созданы специальные присутствия. Решение выносилось после выслушивания заключения прокурора или обер-прокурора .

Устав также предусматривал четырехмесячный срок с момента объявления решения для подачи апелляционной жалобы. Остальное производство по делу происходило по общим правилам (ст. 1331–1336 Устава гражданского судопроизводства) .

Таким образом, хотя рамки ответственности судей, иных чинов судебного ведомства были весьма широки, однако процедура предъявления иска представлялась очень сложной и обременительной для пострадавшего. По этому поводу Н.Н. Лазаревский писал: «…Существующая постановка гражданских исков, основанная на преступлениях должности, сводится к выдержанному отказу в правосудии» 2, а П.И. Люблинский пришел к выводу, что идти по пути расширения данной ответственности частных и должностных лиц невозможно: признав в принципе ответственность служащих, государство сковывает ее жесткими рамками ограничений, поэтому фактически вред остается невозмещенным 3 .

Устав гражданского судопроизводства, измененный и дополненный законом о преобразовании местного суда и другими ранее и позднее изданными узаконениями, с законодательными мотивами, разъяснениями Сената и алфавитно-предметным указателем. – СПб., 1913. – Ст. 1331 .

Лазаревский Н.Н. Объяснительная записка к проекту третьей книги Устава гражданского судопроизводства. – СПб., 1904. – С. 582 .

Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от правосудия. – СПб., 1906. – С. 611 .

Глава 1 Принятый в 1864 г. Устав уголовного судопроизводства 1 установил право на вознаграждение за действия виновных должностных лиц в результате привлечения к суду, осуждения невиновного, если эти действия явились результатом умысла, неосмотрительности или недобросовестности .

Статья 25 Устава уголовного судопроизводства (далее – Устава 1864 г.) гласила: «Открытие доказательств невинности осужденного или понесение им наказания по судебной ошибке, свыше меры содеянного, признается законным поводом к возобновлению о нем дела в установленном на то порядке». При этом восстановление чести и прав было возможно в любое время, в том числе и после смерти осужденного (ст. 26 Устава 1864 г.). Закон предписывал немедленно освобождать обвиняемого в случаях вынесения оправдательного приговора (ст. 819 и 958 Устава 1864 г.), а при возобновлении дела немедленно приостанавливать дальнейшее действие приговора и облегчать участь осужденного во всем, что не препятствует принятию мер к явке его в суд (ст. 938 Устава 1864 г.) .

Согласно ст. 32 и 780 Устава 1864 г. решением уголовного суда оправданному лицу принадлежало право требовать вознаграждения за вред и убытки, причиненные неправильным обвинением, неосновательным привлечением к суду. Такое право не являлось безусловным, а согласно все той же ст. 32 Устава 1864 г. было ограничено точными пределами, установленными ст. 781–784 Устава уголовного судопроизводства 1864 г. В этих статьях по-разному определялась ответственность лиц, возбудивших преследование: для частных лиц, не потерпевших от преступления, по объявлению или доносу которых начато следствие (ст. 298 Устава 1864 г.), для частных лиц, потерпевших от преступления, подавших жалобу на обвиняемого (ст. 301 Устава 1864 г.), и для должностных лиц, по сообщению которых обвинение было возбуждено (пп. 2, 4, 5 ст. 297 Устава 1864 г.) .

В первом случае обязанность вознаграждения для частного лица безусловна, и взыскание этого вознаграждения с частного лица, не потерпевшего от преступления, в котором оно обвиняло оправданного впоследствии подсудимого, могло быть требуемо в любом случае и независимо от того, было ли это обвинение добросовестным или нет (ст. 781 Устава 1864 г.) .

Во втором случае на основании ст. 782 Устава 1864 г. право на вознаграждение принадлежало оправданному лицу лишь тогда, когда обвинявшее его потерпевшее частное лицо действовало недобросовестно, искажая обстоятельства, давая ложные показания или же употребляя иные незаконные или предосудительные средства .

Наконец, в третьем случае, когда безосновательное обвинение возбуждено должностными лицами, по смыслу ст. 784 Устава 1864 г., требующий возРоссийское законодательство Х–ХХ веков. – Т. 8: Судебные реформы. – М., 1981. – С. 120–384 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 11 награждения должен был доказать, что должностное лицо действовало пристрастно, без законного повода или основания, или вообще недобросовестно .

Таким образом, со стороны должностных лиц казенных управлений необходимо было установить наличие с их стороны неправильных действий .

Кроме того, лицо, привлеченное к следствию по доносу или частной жалобе, в случае прекращения дела за отсутствием доказательств или состава преступления (ст. 277 и 523 Устав 1864 г.) не имело такого же права, по сравнению с оправданным подсудимым, требовать вознаграждения за вред и убытки, причиненные ему неправильным привлечением в качестве обвиняемого по делу. В таком случае обвиняемый, потерпевший от неправильного обвинения, независимо от того, имело ли это обвинение своим последствием предание суду или нет, был вправе возбудить против обвинителя (ст. 298–299 Устава 1864 г.) и жалобщика (ст. 301 Устава 1864 г.) преследование по обвинению в ложном доносе (ст. 940 Уложения о наказаниях) и, в случае обоснованности этого обвинения, предъявить к нему иск о вознаграждении за понесенный вред и убытки в порядке ст. 6 и 7 Устава 1864 г .

Таким образом, материальное вознаграждение допускалось только в случаях оправдания, причем как в обыкновенном порядке судебного разбирательства, так и в порядке возобновления дела, когда осужденный вследствие обнаружения и доказанности судебной ошибки объявлялся свободным от суда и наказания. Кроме того, материальное вознаграждение имело своей задачей возмещение исключительно имущественного вреда .

Иски, указанные в ст. 783 Устава 1864 г., предъявлялись и рассматривались в порядке, установленном для взыскания вознаграждения за вред и убытки, причиненные распоряжениями должностных лиц, а именно в порядке ст. 1316–1336 Устава гражданского судопроизводства .

Наконец, согласно ст. 785 Устава уголовного судопроизводства 1864 г., суд не ограничивался постановлением приговора в случае необходимости собрать дополнительные сведения или произвести подробный расчет относительно требуемого кем-либо из сторон вознаграждения, но откладывал разрешение лишь гражданского иска, возложив производство по этому предмету в присутствии сторон на одного из своих членов .

Кроме того, ст. 26, 819, 938, 958, 1110 Устава 1864 г. включали положения, согласно которым должностным лицам в срок службы засчитывалось время, проведенное ими под следствием или судом, если они окажутся невиновными, и выдавалось содержание .

К концу XIX в. на помощь государству приходит частная инициатива (что было нехарактерно для того периода времени): появляются благотворительные фонды, средства которых являются целевыми и предназначены исключительно для выплат вознаграждений лицам, признанным невиновными .

Так, в 1873 г. сенатором Н.А. Буцковским Санкт-Петербургскому окружному Глава 1 суду было завещано 50 тыс. руб., доход с которых был предназначен для этих целей. В отчетах об использовании денежных средств Н.А. Буцковского говорится о том, что с 1884 по 1890 г. с просьбой о пособии обращались 78 лиц, получили пособие 56 человек. За это время было выдано 3968 руб. 50 коп .

С 1890 по 1896 г. пособие получили 93 лица, общая сумма вознаграждения для них составила 7477 руб. 60 коп. Самое крупное единовременное пособие одному лицу не превышало 400 руб., самое маленькое – 5 руб. 1 Таким образом, ответственности государства перед невиновным лицом не существовало. Существовала ответственность должностных лиц правоохранительных органов, которые из собственного кармана обязаны были выплатить компенсацию невиновному лицу в том случае, если в действиях этого должностного лица будет установлено наличие умышленных действий .

В дореволюционной литературе приведен единственный случай государственного вознаграждения. В 1819 г. дворовые люди Шепелюхин, Лобанов и Лягушкин и однодворец Борзенков были приговорены к каторжным работам по обвинению в убийстве дворянки Марии Алтуховой, впоследствии, в 1823 г. они были признаны невинно осужденными и получили из государственного казначейства по 2000 руб. вознаграждения 2 .

Вопрос о закреплении в законе обязанности государства выдавать вознаграждение гражданам, невиновно привлеченным к суду или невиновно осужденным, в России вновь был поставлен Правительственной комиссией, образованной в 1900 г. для пересмотра Судебных уставов 1864 г. Согласно подготовленному ею постановлению, при оправдании подсудимого «в чрезвычайных случаях, когда представляются особые уважения к вознаграждению», суду дозволялось ходатайствовать через министра юстиции перед императором о вознаграждении 3 .

Результатом решения вопроса об ответственности государства за причиненный ущерб его должностными лицами явилось принятие закона от 1 мая 1900 г., установившего, что расходы по возвращению в прежние места жительства ссыльнокаторжных, признанных судебной властью невинно осужденными, а также их семейств производились за счет казны 4. Принятие этого закона свидетельствовало о том, что в ближайшее время в России можно было ожидать создания правового института возмещения вреда реабилитируемым лицам за счет средств государственной казны .

Законодательству того времени было известно и нравственное, или идеальное, вознаграждение, говоря современным языком, вознаграждение за моральный вред. Так, согласно ст. 516, 706 Закона 1857 г. должностные Цит. по кн.: Розин Н.Н. О вознаграждении лиц, невинно привлеченных к уголовному суду // Журнал Министерства юстиции. – 1897. – № 9–10. – С.115–117 .

Тальберг Т.Г. Русское уголовное судопроизводство. – 1891. – Т. 2. – С. 24 .

Розин Н.Н. Уголовное судопроизводство. – СПб., 1914. – С. 529–530 .

Гуссаковский П.Н. Вознаграждение за вред, причиненный недозволенными деяниями // Журнал Министерства юстиции. – 1912. – № 12. – С. 50–60 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 13 лица имели право требовать повсеместного опубликования информации о своем оправдании. Позднее действие этих норм было прекращено, поскольку «…законодатель счел излишним брать на себя то, о чем может позаботиться каждое частное лицо. Несомненно, это небезвыгодное для казны умолчание…» 1 .

Хотя понятия «идеального вознаграждения» в законе не существовало, тем не менее ученые-правоведы под идеальным вознаграждением понимали «удовлетворение, даваемое государством невинно осужденному или невинно к суду уголовному привлеченному, в форме торжественного объявления его невинности и снятия стеснений, которым это лицо подвергалось, со всеми их последствиями» 2. Необходимость такого вознаграждения вытекала из факта признания невиновности, после которого все ограничения, назначенные в предположении виновности, теряют почву. Устранить их дальнейшее применение – обязанность назначившей их власти, в свою очередь, этой обязанности корреспондирует право частного лица, которое им подвергалось, требовать их отмены .

Проблемами возмещения государством вреда занимались многие блестящие умы конца XIX – начала XX в., среди них можно назвать имена таких отечественных ученых, как М. В-ичь, М. В. Духовской, П.Н. Гуссаковский, Н.Н. Лазаревский, А.А. Левенстим, П.И. Люблинский, Н.Н. Розин, Т.Г. Тальберг, Г.С. Фельдштейн, И.Я. Фойницкий и др. Именно им принадлежат работы, касающиеся становления и развития института возмещения вреда не только в России, но и в зарубежных странах, ознакомившие общественность того времени с передовыми взглядами западных ученых по вопросам возмещения вреда лицам, пострадавшим от незаконного уголовного преследования и / или осуждения. Российские юристы всесторонне обосновали идею реабилитации невинно пострадавших в ходе уголовно-процессуальной деятельности, выдвинули предложения относительно совершенствования действовавшего законодательства России. Все они отчетливо понимали важное правовое, социальное, политическое значение установления ответственности государства за ущерб, причиненный невиновно осужденному .

Так, в научной литературе того времени неоднократно высказывалась мысль о том, что самостоятельная ответственность судей и иных должностных лиц должна быть заменена ответственностью государства 3, однако этот вопрос оставался одним из наиболее спорных. Согласно теоРозин Н.Н. О вознаграждении лиц, невинно привлеченных к уголовному суду // Журнал Министерства юстиции. – 1897. – № 9–10. – С. 114 .

Фойницкий И.Я. О вознаграждении невинно к суду уголовному привлекаемых. – СПб., 1884. – С. 40 .

В-ичь М. О праве вознаграждения за судебные ошибки // Журнал гражданского и уголовного права. – 1893. – Сентябрь; Фойницкий И.Я. О вознаграждении невинно к суду уголовному привлекаемых. – СПб., 1884; Хрулев С. О вознаграждении лиц, понесших наказание по судебной ошибке // Юрид. вестник. – 1888. – № 8 .

Глава 1 рии П.И. Люблинского 1 нанесенный незаконным уголовным преследованием вред наносит ущерб не только частным, но и публичным интересам, поскольку лицо, участвуя в экономической жизни общества, занимает в ней определенное место и внезапный перерыв в деятельности этого лица влечет за собой разрыв этих связей, что, в свою очередь, сказывается на экономике государства. Кроме того, это лицо, озлобленное против государства, выбросившего его на улицу, легко может пойти по дороге преступлений под влиянием безысходной нужды. Другими словами, нанесенный вред подлежит возмещению за счет казны в публичных целях .

Возложение ответственности за ущерб на должностное лицо бессмысленно с точки зрения законодательной политики. Испытывая чувство страха перед гражданами, чиновник потеряет уважение к закону, будет игнорировать свои обязанности из опасения навредить другим лицам. Однако такой ущерб в известной степени неизбежен и не зависит от воли отдельных органов и должностных лиц, добросовестно выполняющих свои обязанности. В случае причинения «небрежностного» вреда должностное лицо тоже не является надлежащим ответчиком, поскольку, лишившись жалования, чиновник потеряет интерес к службе .

Согласно теории М. В-ича 2, если судью иное должностное лицо, умышленно или неумышленно допустивших ошибку, частное лицо, возбудившее обвинение, невозможно привлечь к имущественной ответственности, то ответственность должна пасть на государство как на представителя общества, ради безопасности которого были совершены эти действия в виде судебных ошибок. Здесь либо общество и государство должны иметь такую юстицию, которая не допускала бы ошибок, либо, если это невозможно, они должны удовлетворить требования невинно пострадавшего. При этом, считает автор, если государство вознаграждает эксперта, свидетеля за потерю времени и труды, то как оно не может вознаградить лицо, которое, быть может, осталось без средств к существованию в результате невинного привлечения к следствию и суду? Следовательно, государство как представитель всего общества должно отвечать за вред и убытки, причиненные лицу незаконным привлечением его к следствию и суду, тем более за отбытое наказание. Оно должно дать лицу материальное вознаграждение, если не может дать нравственного удовлетворения за напрасно причиненные страдания. При этом М. В-ичь не исключает возможности существования права регресса к тем лицам (частному обвинителю, свидетелю, следователю, прокурору, Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от правосудия. – СПб., 1906. – С. 593–610 .

В-ичь М. О праве вознаграждения за судебные ошибки // Журнал гражданского и уголовного права. – 1893. – Кн. 7. – Сентябрь. – С. 22–23 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 15 судье), которые своими непосредственными действиями поставили государство в такие условия 1 .

Представляет интерес проведенный русскими правоведами анализ теорий Блюнчли, Буддеуса, Геффтера, Попфла, Лорана, Штейнглера, отрицавших необходимость ответственности государства за незаконное уголовное преследование. Как указывал И.Я. Фойницкий 2, юридические возражения против последней опираются на положение о том, что привлечение к суду есть действие государства, которое не оставляет места понятию ответственности. Политические возражения «суть 1) даваемая судом награда может служить приманкою для совершения преступлений;

2) она может вызвать фиктивные обвинения…, чтобы получить деньги из государственного казначейства за оправдание…; 3) она сопряжена с опасностью увеличения неискренности и запирательства у обвиняемых…» 3 .

Экономические препятствия, по мнению противников института государственного возмещения, заключались в том, что материальные выплаты тяжелым бременем лягут на бюджет .

Названные возражения И.Я. Фойницкий, подобно П.И. Люблинскому, опровергает ссылками на интересы справедливости и общественной пользы. При этом лицо, без вины подвергшееся уголовному преследованию, терпит и нематериальный вред. Уголовное преследование ослабляет жизнеспособность, подрывает здоровье и силы человека, заставляет испытывать душевные страдания, отрывает от семейных и дружеских связей и т.д .

В тот период в юридической литературе было высказано несколько теорий, касающихся природы ответственности за вред должностных лиц и государства, посредством которых ученые пытались поместить публичноправовые отношения по возмещению государством вреда в цивилистические конструкции .

Первая – теория профессионального риска, к числу сторонников которой можно отнести Кохлера, Ларнаде, Орландо, Пойтевина. Ее суть заключалась в том, что, поскольку существует ответственность крупных промышленных предприятий, значит, должна существовать ответственность и государства, так как и оно может приносить вред. Эта теория подверглась активной критике, так как, во-первых, нельзя уподоблять риск государства риску предпринимателя, потому что государственные интересы отличаются от частных интересов. Государство не может заниматься решением вопроса о том, выгодно или невыгодно ему отправление функции публичного характера, а обязано выполнять ее. Во-вторых, как писал П.И. Люблинский, «признание ответственности государства за бедствия, В-ичь М. О праве вознаграждения за судебные ошибки // Журнал гражданского и уголовного права. – 1893. – Кн. 7. – Сентябрь. – С.24 .

Фойницкий И.Я. О вознаграждении невинно к суду уголовному привлекаемых. – 1884. – С. 57–61 .

Там же. – С. 69 .

Глава 1 причиненные отправлением различных государственных функций, вызовет в сознании граждан нежелательные представления об обязанности государства вознаграждать подобно частных лиц, за все понесенные гражданами убытки и испытанные бедствия от различных государственных реформ и предприятий» 1. Последним возражением служило указание на характер отношений государства и его органов, с одной стороны, и служащих и предпринимателя – с другой. В последнем случае отношения предполагаются основанными на договоре .

Вторая теория – теория страховой ответственности, посредством которой ответственность казны приравнивалась к ответственности страховщика. Но и эта теория не была лишена недостатков. Во-первых, неверной была сама формулировка в виде договора страхования; во-вторых, имел место иной характер вреда, нежели при страховании; в-третьих, размер выдачи определялся не величиной взносов, а значением признаваемых государством и подлежащих возмещению публичных интересов .

Следующая теория – теория ответственности за неправомерные действия, сторонником которой был Н.Н. Розин 2, суть которой составляли две конструкции: вознаграждение как право потерпевшего и вознаграждение как благотворительность, оказываемая пострадавшему .

Государство имеет право преследовать только виновных лиц, на которых, в свою очередь, лежит обязанность подчинения актам преследования. При невиновности преследуемого лица государство поступит неправомерно, если применит к нему меры процессуального принуждения .

Кроме того, из этой неправомерности, согласно общим положениям гражданского права, вытекает обязанность вознаграждения. Ответственность по этой теории является логическим последствием неправомерности .

С другой стороны, как говорил П.И. Люблинский, «государству предоставлено подвергать стеснениям тех, кого оно признает виновными; само собою разумеется, что при всей осторожности и внимательности в этой группе могут оказаться и лица невинные; и вред таким лицам может быть причиняем вполне правомерными действиями органов государства» 3. Таким образом, стоит не ограничиваться ответственностью только за неправомерные действия государства, а обратить внимание и на причинение вреда из правомерных действий .

Еще одна теория – теория филантропической обязанности государства, сторонником которой был И.Я. Фойницкий 4. Ее недостатком стало Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от правосудия. – СПб., 1906. – С. 618 .

Розин Н.Н. О вознаграждении лиц, невинно привлеченных к уголовному суду // Журнал Министерства юстиции. – 1897. – № 9–10. – С. 102 .

Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от правосудия. – СПб., 1906. – С. 622 .

Там же. – С. 623 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 17 указание на уже заранее принятое отрицание юридической обязанности государства вознаграждать .

Отметим, что большинство теорий, выдвигаемых для обоснования ответственности государства, имели гражданско-правовую природу .

Несмотря на их разнообразие, законодательно не была принята ни одна из них, хотя, как уже было отмечено, в действовавшем на тот момент законе просматривались зачатки теории ответственности за неправомерные действия .

Подводя итог рассмотрению вопроса о возникновении идеи реабилитации и ее последующем развитии, приходим к следующим выводам .

Во-первых, возникновение идеи вознаграждения за вред, причиненный в результате незаконного или необоснованного осуждения, относится к периоду царствования Петра I и связано с принятием в 1715 г .

нормы о восстановлении прежнего статуса солдат и офицеров, подвергнутых пытке, в случае, если они признаны невиновными в совершении преступного деяния .

Во-вторых, следующий этап развития идеи вознаграждения за вред, причиненный невиновному лицу, относится к середине XIX в. и связан с принятием нормативно-правовых актов, регулирующих вопросы гражданско-правовой ответственности в сфере правосудия и возмещения вреда, причиненного судьями, чиновниками полиции, гражданскими прокурорами и их товарищами .

В-третьих, говоря о самой идее вознаграждения, отметим, что основной нормативный акт, регламентирующий рассматриваемый вопрос, – Устав уголовного судопроизводства – государственного вознаграждения не допускал. Иск за судебную ошибку предъявлялся не к государству, а к частному лицу, не потерпевшему от того преступления, в котором оно обвиняло оправданного подсудимого. Кроме того, иск мог быть предъявлен и к должностным лицам, в том числе к судебному следователю и прокурору. Необходимым условием предъявления иска было доказательство того, что должностное лицо действовало недобросовестно, пристрастно, притеснительно, искажало обстоятельства дела. В таких условиях получить вознаграждение было практически невозможно, поскольку частное лицо могло оказаться имущественно несостоятельным и с него нечего было взыскать. Нелегко было доказать и то, что лицо, возбудившее преследование, действовало недобросовестно, искажало обстоятельства дела, тем более невозможно было доказать, что следователь или прокурор действовали пристрастно, притеснительно, без законного повода и основания .

Но даже если это и удавалось сделать, нередко материальные убытки превышали размер жалования должностного лица, не говоря о тех случаях, когда к моменту выяснения всех обстоятельств виновное лицо было уже уволено со службы. Определенной гарантией для должностного лица было и то, что иск о вознаграждении за действия должностных лиц рассматГлава 1 ривался не обыкновенными судами, а особыми присутствиями, стремящимися принять под свою защиту виновных должностных лиц .

В-четвертых, ограничивая материальное вознаграждение только случаями оправдания подсудимого, Устав уголовного судопроизводства тем самым исключил из числа претендующих на вознаграждение лиц, уголовное дело в отношении которых прекращено на досудебных стадиях .

В то же время в большинстве случаев заключение под стражу на предварительном следствии причиняет не меньше лишений и страданий лицу, чем в случаях оправдания. Их может быть даже больше, если принять во внимание, что заключенный под стражу и освобожденный потом от следствия и суда часто бывает лишен того нравственного удовлетворения, которое заключается в полном оправдании, и остается на долгое время как бы «в подозрении», так как он не оправдан, а только освобожден от следствия .

Между тем законодатели были согласны с мнением французского депутата Дюмона, который говорил: «Предварительное заключение есть дань, которую каждый платит ради общественной безопасности, а потому невиновный, который попал в тюрьму, не может требовать никакого вознаграждения» 1 .

В-пятых, законодательство не только не возложило обязанности вознаграждения на государство, но и в принципе не допускало термина «судебные ошибки», которые, исходя из смысла соответствующих статей Устава уголовного судопроизводства, даже не могут быть совершены .

В-шестых, Уставом уголовного судопроизводства оправданному лицу не было предоставлено права требовать напечатания оправдательного о нем приговора. Этот пробел в законодательстве объяснялся тем, что с введением гласности как будто устранялась необходимость публикации оправдательного приговора, так как каждый обвиняемый лично мог об этом позаботиться. Тем не менее именно опубликование оправдательного приговора могло бы стать тем способом компенсации морального вреда, которого по справедливости мог ожидать и требовать потерпевший от судебной ошибки .

Одной из причин отсутствия воплощения идеи ответственности государства за вред, причиненный его органами, являлось то обстоятельство, что создание указанного института имело второстепенное значение по сравнению с проводимыми в тот период политическими реформами .

В-седьмых, несмотря на существующие недостатки, в качестве положительных моментов можно указать следующие: в юридической литературе того времени государственное вознаграждение было признано необходимым условием существования правового государства, средством укрепления утраченного доверия между гражданином и государстВ-ичь М. О праве вознаграждения за судебные ошибки // Журнал гражданского и уголовного права. – 1893. – Сентябрь. – С. 13 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 19 вом. Были подвергнуты критике попытки втиснуть правовую природу ответственности в цивилистические конструкции, обоснована ее публично-правовая природа, указано на необходимость возмещения вреда независимо от стадии процесса и степени доказанности невиновности, проанализированы основания и формы денежной компенсации за моральный ущерб. Нередки были выплаты компенсаций отдельным лицам из государственных и частных благотворительных фондов. Тем самым было сделано главное – положено начало развитию института реабилитации в России .

1.2. Развитие идеи реабилитации в России с 1917 по 2001 г .

Первым советским законодательным актом, регулирующим вопросы реабилитации, был Декрет № 1 «О суде» от 22 ноября 1917 г. В нем впервые было принято решение об органах, правомочных решать вопрос о реабилитации граждан, в том числе и по неоконченным делам, находившимся в «упраздненных судебных установлениях» (п. «г» ст. 3). Кроме того, согласно этому акту ведение предварительного следствия по уголовным делам, а также решение вопросов о возбуждении уголовного дела, предъявления обвинения и реабилитации лиц, необоснованно привлеченных к ответственности, возлагались на местного судью 1 .

В связи с образованием революционных трибуналов при губернских и городских Советах были образованы особые следственные комиссии для производства предварительного следствия по делам, подсудным этим судам. Следственной комиссии было предоставлено право принимать постановления о прекращении расследованного дела, если будет установлено, что в действиях подследственного нет состава преступления 2 .

Революционный трибунал, куда дело направлялось для расследования, принимал решение по существу, в том числе и о реабилитации подсудимого. Надзор за законностью и обоснованностью принятых решений осуществлялся Народным комиссариатом юстиции и ЦИК Советов. Решение революционного трибунала обжаловать было нельзя, поскольку не было соответствующего органа .

Что касается реабилитации по делам, возбужденным до революции, то согласно постановлению СНК РСФСР «О направлении неоконченных дел упраздненных судебных установлений» 3 все уголовные дела по так СУ РСФСР. – 1917. – № 12. – Ст. 170 .

См. п. «ж» ст. 3 положения «О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседания» от 19.12.1917 г. // СУ РСФСР. – 1917. – № 12. – Ст. 171 .

СУ РСФСР. – 1918. – № 15. – Ст. 225 .

Глава 1 называемым политическим и религиозным преступлениям прекращались со всеми последствиями. Неоконченные дела разрешались единолично комиссаром юстиции. Прекращение уголовного дела приравнивалось законом к его разрешению по существу. Все случаи, когда дело было прекращено, закон считал реабилитацией лиц, привлеченных к уголовной ответственности .

Декретом № 2 «О суде» от 07 марта 1918 г. 1, наряду с местными народными судами и революционными трибуналами, были созданы окружные и областные народные суды. Статья 5 Декрета устанавливала, что при обжаловании приговора в кассационном порядке суд имел право отменить решение не только по формальным нарушениям, допущенным при расследовании и рассмотрении уголовного дела, но и в том случае, если признает, что обжалованное решение явно является несправедливым. При этом в каждом конкретном случае вышестоящий суд не ограничивался проверкой соблюдения формальной законности, но был обязан также проверить дело в полном объеме с точки зрения справедливости вынесенного решения .

Оба декрета в качестве реабилитации предусматривали постановление оправдательного приговора .

Декретом ВЦИК от 30 ноября 1918 г. было введено в действие Положение о народном суде РСФСР 2. Это Положение содержало также и нормы уголовно-процессуального характера, в том числе нормы, регламентирующие порядок реабилитации. В частности, в соответствии со ст. 35 Положения следственная комиссия имела право возбуждать и прекращать уголовные дела, выносить постановление о передаче дела в суд, который и принимал окончательное решение по вопросу прекращения дела. Для рассмотрения кассационных жалоб в каждом судебном округе был создан совет народных судей, наделенный полномочиями отменять приговоры и решения народного суда в случае их явной несправедливости .

Декретом от 10 июля 1919 г. СНК РСФСР утвердил Положение о полковых судах 3. Пункт «г» ст. 43 этого положения предусматривал право суда на вынесение постановления о прекращении дела и в тех случаях, когда не установлено признаков преступного деяния или когда по делу не обнаружен виновный. В этом случае согласно ст. 111 председатель был обязан объявить вынесенное решение и отменить меру пресечения. В случае открытия обстоятельств невиновности осужденного или подложности доказательств, на которых был основан обвинительный приговор, не известных ранее, ст. 146 предусматривала возможность возобновления дела, но не иначе, как с разрешения совета полковых судей .

СУ РСФСР. – 1918. – № 26. – Ст. 420 .

СУ РСФСР. – 1918. – № 85. – Ст. 889 .

СУ РСФСР. – 1919. – № 313. – Ст. 326 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 21 Реввоенсоветом республики 30.09.1919 г. было введено в действие Положение о военных следователях 1, предусматривающее такие реабилитирующие основания прекращения дела, как «совершенная недостаточность собранных улик» и «отсутствие в деле признаков преступного деяния» .

Анализируя вышесказанное, отметим, что особенностью правового регулирования возмещения ущерба и восстановления прав реабилитированных в этот период являлось то, что посвященные этому нормы содержались в различных правовых актах, большинство которых носило ведомственный характер .

Данные акты содержали мало связанные друг с другом отрывочные положения. Четко не разграничивались случаи возмещения ущерба в зависимости от сферы деятельности различных правоохранительных органов, а именно, не дифференцировалась компенсация вреда, являющегося следствием необоснованного осуждения, содержания под стражей, и вреда, причиненного действиями должностных лиц судебно-следственного аппарата, не связанными с уголовно-процессуальными актами .

По окончании гражданской войны Советское государство приступило к восстановлению народного хозяйства. Главными задачами в этот период были охрана завоеваний революции, защита социалистической законности, прав и интересов граждан. В этот же период появились нормы, предусматривающие восстановление имущественного положения лица, невинно пострадавшего в связи с привлечением к уголовной ответственности. Так, ГК РСФСР 1922 г. содержал положение следующего характера: «Учреждение отвечает за вред, причиненный неправильными служебными действиями должностных лиц, лишь в случаях, особо указанных законом, если притом неправильность действий должностных лиц признана подлежащим судом или административным органом. Учреждение освобождается от ответственности, если потерпевший не обжаловал своевременно неправильные действия. Учреждение вправе, в свою очередь, сделать начет на должностное лицо в размере уплаченного потерпевшему вознаграждения». Тем самым была строго ограничена обязанность государственного учреждения возмещать вред, причиненный его служащими. Государственный орган может быть ответствен за деликт только в случаях, специально предусмотренных законом, которые имели чрезвычайно узкое применение. Такая трактовка статьи вызвала обширную критику среди ученых-правоведов. В этом плане значительные исследования были проведены в 60-е годы XX в. профессорами Т.Н. Добровольской 2 и С.И. Вильянским 3, которые также высказывались за необходимость внесения изменений в ст. 407 ГК РСФСР 1922 г .

Сборник приказов РВСР. – 1919. – Пр. № 1595 .

Добровольская Т.Н. К вопросу о возмещении вреда, причиненного неосновательным привлечением к уголовной ответственности и осуждением // Учен. зап. ВИЮН. – М., 1959. – Вып. 10. – С. 183–205 .

Вильянский С.И. О кодификации советского законодательства // Тезисы докл. – Харьков, 1957. – С. 53 .

Глава 1

В 1928 г. ст. 407 «а» дополнила ГК РСФСР следующим содержанием:

«Учреждение отвечает за служебные действия должностных лиц, совершенные последними в пределах их компетенции, и допущенные ими по службе упущения, признанные подлежащим судом или административными органами неправильными, незаконными или преступными в тех случаях, когда потерпевший сдал имущество (в частности, денежные суммы) учреждению или должностному лицу во исполнение требований закона или судебного решения, определения, либо основанного на них или на правилах внутреннего трудового распорядка государственного учреждения распоряжения должностного лица. Учреждение отвечает на тех же основаниях в тех случаях, когда имущество (в частности, денежные суммы) было сдано в пользу потерпевшего» .

Что касается практики применения законодательства, регулирующего порядок прекращения дел или оправдания подсудимых, то Е. Тарковский в своей статье приводит следующие данные 1. Народными судами из числа 100 оконченных производством уголовных дел было прекращено в I полугодии 1924 г. 24,3 %, во II – 27,2 %; в I полугодии 1925 г. – 29,0 %. Как видим, наблюдается рост числа прекращенных дел. Возрос и процент оправданных судами лиц. Так, в губернских судах из 100 оконченных производством уголовных дел было оправдано: в I полугодии 1924 г. – 63,6 %, во II полугодии 1924 г. – 66,7 %; в I полугодии 1925 г. – 59,08 % .

Примерно такие же данные о количестве прекращенных дел и вынесенных судами оправдательных приговоров усматриваются и в последующие годы. Например, в 1926 г. было прекращено дел по должностным преступлениям народными судами 22,5 %, губернскими – 49,7 %. Вынесено оправдательных приговоров народными судами – 26,2 %, губернскими – 21,9 % 2 .

Разъяснением Наркомата труда РСФСР «О порядке применения п. «д»

ст. 47 КЗОТ» 21.05.1925 г. были приняты нормы, предусматривающие восстановление имущественного положения лица, невиновно пострадавшего в связи с привлечением к уголовной ответственности: при оправдательном приговоре или прекращении дела о лицах, находящихся под арестом или отстраненных от работы по постановлению судебноследственных органов в связи с обвинением в уголовно наказуемом деянии, непосредственно связанным с их работой, наниматель обязан уплатить вознаграждение, но не более чем за 2 месяца с момента ареста или отстранения в размере заработной платы по основному окладу 3. Это разъТарковский Е. Судебная деятельность судебных органов РСФСР // Еженедельник cов .

юстиции. – 1926. – № 7. – С. 203–204 .

Родненский А. Карательная политика по должностным преступлениям за 1926 год // Еженедельник сов. юстиции. – 1927. – № 27. – С. 817 .

Известия НКТ СССР. – 1925. – № 24 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 23 яснение способствовало оживлению научной мысли, в периодической литературе начали появляться статьи, посвященные вопросу реабилитации, проблемам применения норм о ней 1 .

В 1933 г. выходит Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «Об изменении ст. 204 и 326 УПК РСФСР». В ст. 204 УПК РСФСР говорилось: «Орган расследования прекращает дело: а) при наличии оснований, указанных в ст. 4; б) при недостаточности улик для предания обвиняемого суду .

О прекращении дела орган расследования составляет мотивированное постановление, которое сообщается обвиняемому и лицу или учреждению, по заявлению которых возбуждено дело. Постановление о прекращении дела может быть обжаловано в 5-дневный срок органу, наблюдавшему за предварительным расследованием» .

Необходимо отметить, что законодателем был сделан значительный шаг в сторону усиления охраны достоинства и восстановления доброго имени граждан, невиновно привлекавшихся к уголовной ответственности .

Он отказался от формулировки «за недостаточностью улик», которая применялась в качестве основания прекращения уголовного дела и оправдания по суду (п. «б» ст. 204 и п. «б» ст. 326 УПК РСФСР 1923 г.) и наводила на мысль о существовании в советском праве института «полуреабилитации» – возможности оставления в подозрении привлеченного к уголовной ответственности лица, который виновным судом не признан .

В качестве положительного момента можно отметить и то, что органы предварительного следствия не имели права прекращать уголовное дело. Постановление следователя о прекращении дела вместе со всем производством направлялось в суд, которому данное дело было подсудно, с соответствующим уведомлением прокурора. После рассмотрения дела в случае согласия с постановлением следователя в распорядительном заседании суд выносил определение о прекращении дела (ст. 203 УПК РСФСР 1923 г.). В противном случае дело возвращалось следователю для производства дальнейшего расследования или направлялось для предания суду .

Тем не менее такая процедура подверглась резкой критике со стороны некоторых ученых-процессуалистов, которые предлагали предоставить органам предварительного расследования право самостоятельно решать вопрос о прекращении уголовного дела 2. Позднее, в 1929 г., в УПК РСФСР было внесено изменение, по которому органам предварительного следствия было предоставлено право прекращения уголовного дела. ПоСм., например: Кирзнер А.С. О вознаграждении лиц, ошибочно привлеченных к уголовной ответственности и невинно осужденных // Рабочий суд. – 1925. – № 1–2. – С. 49–51;

Кусиков А. Реабилитация трудящегося при прекращении уголовного дела // Еженедельник сов. юстиции. – 1926. – № 18. – С. 554–556 .

Иодковский И. Вопросы упрощения уголовного процесса // Еженедельник сов. юстиции. – 1925. – № 12. – С. 229 .

Глава 1 становление о прекращении дела следователя и прокурора могло быть обжаловано в суд в течение одного месяца .

Что касается деятельности суда, то УПК РСФСР устанавливал и основания постановления оправдательного приговора, а именно, когда не было доказано событие преступления или не было доказано участие подсудимого в совершении преступления или за отсутствием состава преступления (ст. 326). В случае вынесения оправдательного приговора подсудимый немедленно освобождался из-под стражи, отменялась избранная к нему мера пресечения .

Новым этапом в развитии законодательства о реабилитации после образования СССР стало принятие ряда общесоюзных актов, в том числе Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924 г. Основы предусматривали возможность прекращения уголовных дел по реабилитирующим основаниям и условия постановления оправдательного приговора .

Кроме этого, постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 10.09.1933 г .

«Об изменении ст. 204 и 326 УПК РСФСР» в положительную сторону была изменена редакция ст. 326 УПК РСФСР, установившая, что суд выносит оправдательный приговор, когда не установлено событие преступления, или при отсутствии в действиях обвиняемого состава преступления, а также в случае недостаточности улик для обвинения подсудимого .

5 декабря 1936 г. был издан совместный Циркуляр № 109 Наркомата юстиции, Наркомата внутренних дел и Прокуратуры СССР «О возврате удержанных с осужденных к исправительно-трудовым работам отчислений в случае прекращения дела вследствие отсутствия состава преступления или недостаточности улик». В нем было закреплено следующее правило: «...Когда приговор, осуждающий к исправительнотрудовым работам, отменяется с прекращением дела вследствие отсутствия состава преступления или недостаточности улик, осужденному, уже отбывшему по данному приговору тот или иной срок наказания, полностью возвращаются суммы, удержанные из его заработка в процессе исполнения приговоров» 1 .

Принятие Конституции 1936 г. создало благоприятные условия для дальнейшего совершенствования законодательства, однако начавшаяся Великая Отечественная война и ее последствия, связанные с восстановлением страны, на долгое время отложили проведение этой работы .

Необходимо указать, что во время войны институт реабилитации не был подвергнут каким-либо существенным изменениям .

После смерти И.В. Сталина в 1953 г. ЦК КПСС дал установку на принятие ряда мер по усовершенствованию действующего на тот момент заСправочник по законодательству для судебно-прокурорских работников. – М., 1949. – Т. 1. – С. 496 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 25 конодательства. В соответствии с директивами партии были пересмотрены категории дел по государственным и должностным преступлениям, необоснованно осужденные лица были реабилитированы. Однако на протяжении более чем 20 лет с момента принятия Конституции законодательных норм о реабилитации не издавалось .

29 сентября 1953 г. Пленум Верховного Суда СССР постановлением «О судебной практике по применению конфискации имущества» закрепил сложившийся порядок возврата конфискованного имущества лицу, к которому конфискация была применена неправомерно. Пункт 12 данного постановления Пленума содержал следующее правило: «Указать судам, что в случае исключения вышестоящим судом конфискации из приговора суд, вынесший приговор, обязан независимо от просьбы осужденного по получении определения вышестоящего суда направить копию определения финансовому органу, в распоряжение которого поступило конфискованное имущество, для исполнения – возврата имущества или возмещения его стоимости» 1 .

В соответствии с постановлением Совета Министров СССР № 1655 от 8 сентября 1955 г. «О трудовом стаже, трудоустройстве и пенсионном обеспечении граждан, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированных» было установлено, что реабилитированным гражданам время нахождения в местах заключения, а также отбывания в ссылке засчитывалось в общий трудовой стаж и стаж работы по специальности, администрация предприятия должна была внести в их трудовые книжки соответствующую запись. В непрерывный трудовой стаж оно включалось, если перерыв между днем извещения о реабилитации или освобождения из мест заключения или ссылки и днем поступления на работу не превышал 6 месяцев. Указанный порядок исчисления трудового стажа применялся и при назначении пенсий и пособий, при установлении размеров месячных ставок в зависимости от продолжительности работы по специальности .

Реабилитированным гражданам выплачивалась по прежнему месту работы зарплата, исходя из существующего на момент реабилитации месячного оклада (ставки) по должности (работе), занимаемой до ареста, или по другой аналогичной должности, но не более чем за 2 месяца. При этом в случае посмертной реабилитации 2-месячная зарплата выдавалась семье реабилитированного, а детям назначалась пенсия по случаю потери кормильца на общих основаниях .

Кроме этого, постановление обязывало исполнительные комитеты местных Советов обеспечивать указанных граждан жилой площадью в первоочередном порядке .

Сборник постановлений пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. – М., 1999. – С. 12 .

Глава 1 Условием возмещения вреда был оправдательный приговор или прекращение уголовного дела. С требованием о выплате реабилитированный должен был обратиться к администрации предприятия, из средств которого эти суммы и возмещались, а в случае отказа в выплате гражданин имел право на обращение с иском в суд. В случае посмертной реабилитации двухмесячная зарплата выдавалась семье. В некоторых пределах закреплялось и восстановление ряда неимущественных субъективных прав пострадавших граждан .

Важное значение для реабилитации лиц, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности, имели следующие нормативные акты, согласно которым реабилитируемое лицо было вправе требовать возмещения имущественного ущерба. Так, в соответствии с п. 67 Инструкции Министерства финансов СССР № 35 от 30 января 1956 г. «О порядке учета и использования конфискованного, бесхозного и выморочного имущества» вместо конфискованных облигаций государственных займов выдавались облигации тех же займов, но за другими номерами. А выигрыши, выпавшие на конфискованные облигации, зачислялись в доход союзного бюджета и реабилитируемому лицу не выдавались 1. Кроме того, возврату подлежали и вклады в сберегательных кассах, но без начисления процентов за время, в течение которого они считались обращенными в доход государства (п. 6 Инструкции Министерства финансов СССР № 598 от 10 августа 1955 г.) .

Исходя из сказанного, заметим, что хотя определенные гарантии прав реабилитированных граждан и существовали, этого было явно недостаточно для полной реабилитации гражданина. Хаотичное, разрозненное, неполное закрепление в законе важнейших положений о реабилитации приводило к трудностям применения его на практике, не в полной мере обеспечивало права и законные интересы граждан .

Следующий этап развития законодательства о реабилитации связывается нами с принятием Основ уголовного судопроизводства 1958 г. В период обсуждения проекта и принятия этого нормативно-правового акта был высказан ряд суждений о необходимости четкого закрепления в законе положений о реабилитации как гуманного, демократичного, отвечающего потребностям социалистического общества института. Так, Р.Д. Рахунов писал, что к числу пробелов проекта Основ уголовного судопроизводства относится вопрос о праве лица, незаконно или необоснованно осужденного, требовать возмещения того материального ущерба, который оно понесло в связи с привлечением к уголовной ответственности 2. Т.Н. Добровольская предлагала в целях наиболее полИсполнение судебных решений. – 1959. – С. 332 .

Рахунов Р.Д. Существенные вопросы уголовного судопроизводства // Соц. законность. – 1958. – № 7. – С. 15 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 27 ного восстановления необоснованно подорванной репутации неправильно осужденного урегулировать в законе вопрос о публикации сообщений о его реабилитации 1 .

Однако в Основах уголовного судопроизводства нашли отражение лишь некоторые положения института реабилитации. Необходимо назвать, во-первых, ст. 5 Основ, где, наряду с другими основаниями, прямо указывались основания, при применении которых лица, привлеченные к уголовной ответственности, подлежали реабилитации, к ним относились отсутствие события преступления и отсутствие в деянии состава преступления. Во-вторых, ст. 43 Основ устанавливала основания постановления оправдательного приговора. Так, в соответствии с ч. 5 этой статьи «оправдательный приговор постановляется в случаях, если не установлено событие преступления, если в деянии подсудимого нет состава преступления, а также если не доказано участие подсудимого в совершении преступления» .

Следующим этапом развития идеи реабилитации в советский период стало утверждение Верховным Советом РСФСР 27 октября 1960 г .

Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, действие которого прекратилось только в 2002 г. УПК содержал положение, закрепленное в ст. 85, согласно которому подлежало возврату имущество, изъятое в качестве вещественного доказательства, если гражданин реабилитирован, а если имущество было реализовано и возврат его в натуре был невозможен, владельцу выплачивалась его стоимость. Такое понятие, как реабилитация, было известно уголовно-процессуальному законодательству РСФСР. Так, в п. 8 ст. 5 Основ уголовного судопроизводства шла речь о запрете прекращать уголовное дело, несмотря на наличие к тому законных оснований, если производство по делу необходимо для реабилитации умершего, а ст. 385 УПК РСФСР разъясняла, что смерть осужденного не препятствует возобновлению о нем дела по вновь открывшимся обстоятельствам в целях реабилитации этого осужденного .

Однако толкование содержания понятия реабилитации не было дано законодателем. Впоследствии применение понятия «реабилитация»

расширилось. Данное понятие и производные от него понятия стали применяться и в судебной практике. Так, Пленум Верховного Суда РСФСР стал использовать понятия «реабилитируемый», «реабилитирующие основания» в своих постановлениях и определениях 2 .

Статья 5 УПК РСФСР устанавливала обстоятельства, исключающие производство по делу. В частности, к реабилитирующим основаниям прекращения уголовного дела относились отсутствие события преступления Добровольская Т.Н. Заглаживание морального вреда, причиненного необоснованным привлечением к ответственности // Соц. законность. – 1958. – № 7. – С. 22 .

См., например: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1965. – № 1. – С. 14 .

Глава 1 и отсутствие в деянии состава преступления. Кроме того, согласно ст. 208 уголовное дело прекращалось при недоказанности участия обвиняемого в совершении преступления, если исчерпаны все возможности для собирания дополнительных доказательств .

В ст. 309 УПК РСФСР устанавливались основания постановления оправдательного приговора. Так, оправдательный приговор постановлялся в случаях, если: 1) не установлено событие преступления;

2) в деянии подсудимого нет состава преступления; 3) не доказано участие подсудимого в совершении преступления. В резолютивной части оправдательного приговора должны были излагаться, в том числе, указание об отмене избранной меры пресечения и об отмене мер обеспечения конфискации имущества .

В юридической литературе стали появляться высказывания советских ученых по поводу такого реабилитирующего (вроде бы) основания, как «недоказанность участия обвиняемого (подсудимого) в совершении преступления, если исчерпаны все возможности для собирания дополнительных доказательств» (ч. 2 ст. 208 УПК РСФСР). Такая формулировка давала повод усомниться в действительной невиновности обвиняемого. Ведь если его участие в совершении преступления не доказано, это не значит, что он его не совершал, просто собрано мало доказательств этого, исчерпаны возможности правоохранительных органов .

Термин «недоказанность» тоже можно толковать по-разному: либо как «не доказано полностью», либо как «доказано, но не полностью». Поэтому можно сказать так: скорее всего преступление совершил он, но мы собрали мало доказательств, и поэтому дело пришлось прекратить 1. Самым важным в этой ситуации было то, что прекращение дела по формулировке ч. 2 ст. 208 УПК РСФСР могло оставить у обвиняемого сомнения в своей полной и окончательной реабилитации. Напомним, что согласно ст. 314 УПК РСФСР не допускалось включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного. Но когда оправдательный приговор выносился по мотиву недоказанности (п. 3 ст. 309 УПК РСФСР), тем самым нарушалась ст. 314 УПК. Кроме этого, прекращение дела и вынесение оправдательного приговора по этому основанию создавало у общественности искаженное представление «об истинном значении акта прекращения дела и подлинном лице бывшего обвиняемого» 2 .

Так, по приговору суда от 22.01.1944 г. некий Семенов был признан виновным в совершении тяжкого преступления и приговорен к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Определением Военной См., например: Савицкий В.М. По поводу уголовно-процессуальных гарантий права невиновного на реабилитацию // Сов. государство и право. – 1965. – № 9. – С. 49 .

Там же .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 29 коллегии Верховного Суда СССР от 15.05.1954 г. приговор в отношении Семенова был отменен, а дело было прекращено на основании п. 1 ст. 4 УПК РСФСР 1923 г. за смертью осужденного .

Это определение по протесту председателя Верховного Суда СССР было изменено Пленумом Верховного Суда СССР, который в постановлении от 16.08.1962 г. обратил внимание на следующее: «Военная коллегия правильно отметила в своем определении, что приговор в отношении Семенова основан на противоречивых доказательствах и не может быть оставлен в силе. Однако, признав обвинение Семенова недоказанным, Военная коллегия прекратила дело не по этому основанию, а за смертью обвиняемого, вступив тем самым в противоречие со своими же выводами по делу. При этих условиях ее определение не может быть оставлено без изменения». В результате Пленум постановил: считать дело прекращенным не за смертью, а за недоказанностью предъявленного Семенову обвинения 1 .

Таким образом, пересмотр дела закончился решением, которое отнюдь не реабилитировало умершего, не восстановило его доброе имя, поскольку формулировкой основания прекращения уголовного дела лицо было поставлено в положение «полуреабилитации» .

Необходимо отметить, что в советском уголовном процессе сам термин «реабилитация» имел ограниченную сферу действия и применялся лишь по отношению к умершим обвиняемым (осужденным), если в установленном порядке ставился вопрос о признании их невиновными .

8 декабря 1961 г. были приняты Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик (далее – Основы гражданского законодательства), в соответствии с которыми была изменена по сравнению с прежним гражданским законодательством и ответственность государственных учреждений за вред, причиненный действиями их должностных лиц. Статья 89 Основ гражданского законодательства установила, что за ущерб, нанесенный неправильными служебными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и судов, эти органы несут ответственность имущественного характера в случаях и пределах, определенных специальным законом .

Данная статья явилась, таким образом, результатом компромисса между теми, кто выступал в защиту расширения рамок ответственности государства, и теми, кто сопротивлялся ему.

В принятой редакции Основ гражданского законодательства содержалась существенная оговорка:

возмещение ущерба, причиненного органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, не подчинялось общим принципам гражданско-правовой ответственности, но осуществлялось в соответстСборник постановлений Пленума и определений коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса. 1946–1962 гг. – М., 1964. – С. 5 .

Глава 1 вии с правилами, подлежащими установлению в специальном законодательстве. Таким образом, после принятия Основ гражданского законодательства государство как таковое не было признано субъектом ответственности, а органы предварительного расследования, прокуратуры, суда отвечали за причиненный их должностными лицами ущерб в случаях и пределах, специально предусмотренных законом .

Но и такое решение проблемы ответственности государственных органов за вред, причиненный неправильными действиями их должностных лиц, вызвало много критических статей в юридической литературе .

По данному вопросу наметилось два подхода. Одни авторы предлагали унификацию возмещения вреда, понесенного гражданами, независимо от сферы государственно-правовой деятельности, в которой они были причинены (административное управление, уголовное судопроизводство) 1. Другие выступали за сохранение дифференциации и издание специального закона, регулирующего отношения, вытекающие из неправомерного привлечения к уголовной ответственности и осуждения 2 .

Однако представители обоих направлений приходили к единому мнению о признании в качестве надлежащего ответчика государство, а не государственный орган, действиями которого невиновному лицу причинены материальные или моральные потери .

Принятая в 1977 г. Конституция СССР в ч. 3 ст. 58 впервые закрепила:

«Граждане СССР имеют право на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» .

Но поскольку не был указан субъект ответственности и не существовало действенного механизма реализации указанных положений, претворение в жизнь положения ч. 3 ст. 58 Конституции СССР стало невозможным .

В 1981 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР «О возмещении ущерба, причиненного гражданам незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» и утвержденным этим указом Положением о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда 3, право гражданина на возмещение вреда получило, казалось бы, реальное обеспечение .

Впервые в отечественном законодательстве получил признание принцип ответственности государства независимо от вины должностных лиц Калмыков Ю. Конституция СССР и правоприменительная практика // Сов. юстиция. – 1953. – № 17. – С.3 .

Шило Н.Я. Проблема реабилитации на предварительном следствии. – Ашхабад, 1981. – С. 165–199 .

Ведомости Верховного Совета СССР. – 1981. – № 21. – Ст. 741 .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 31 органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда за ущерб, причиненный гражданину незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, незаконным наложением административного взыскания в виде исправительных работ или ареста .

Кроме того, Указ установил юридические основания реабилитации, а именно: постановление оправдательного приговора; прекращение уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления или за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления; прекращение дела об административном правонарушении (ч. 2 ст. 2). Причинителями вреда являлись должностные лица органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда .

Согласно п. 1 Положения производились возмещение имущественного ущерба, восстановление трудовых, пенсионных, жилищных, других прав, возмещение иного ущерба, причиненного гражданину в результате незаконных действий правоохранительных органов, за счет средств государственного бюджета (п. 3) .

О компенсации же морального вреда в денежном выражении в этом документе не упоминалось. Вообще принцип допустимости возмещения морального вреда в материальной (денежной) форме стал находить отражение в отечественном законодательстве значительно позднее – с 90-х годов XX в .

На основании упомянутых указа и положения в 1983 г. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР были установлены последствия прекращения уголовного дела или вынесения оправдательного приговора, а именно в УПК РСФСР была введена ст. 58 (1) «Обязанность органа дознания, следователя, прокурора и суда по принятию мер к возмещению ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями». В этой статье говорилось о том, что при прекращении уголовного дела, а также при постановлении оправдательного приговора орган дознания, следователь, прокурор и суд обязаны разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав и принять предусмотренные законом меры к возмещению ущерба, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу .

Согласно ч. 2 ст. 58 (1) УПК РСФСР «при издании уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, орган дознания, следователь, прокурор и суд обязаны разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав и принять необходимые меры к возмещению ущерба, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения меры пресечения, Глава 1 незаконного продолжения исполнения назначенного наказания, если такой ущерб был причинен после вступления в силу указанного уголовного закона» 1 .

Однако на практике правоохранительные органы игнорировали свою обязанность по разъяснению гражданам, признанным невиновными, права на возмещение вреда и порядка восстановления в правах. Отчасти это можно объяснить правовой безграмотностью, нежеланием отвечать за свои ошибки, безнаказанностью, поскольку ответственности за невыполнение ст. 58 (1) УПК РСФСР законом предусмотрено не было .

Положительным шагом развития идеи реабилитации стало принятие 23 декабря 1988 г. постановления Пленума Верховного Суда СССР № 15 «О некоторых вопросах применения в судебной практике указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» 2, в котором были разъяснены некоторые проблемные вопросы, возникшие в судебной и следственной практике в процессе применения вышеуказанных норм. Так, Пленумом Верховного Суда СССР были решены вопросы, касающиеся порядка возмещения имущественного вреда, порядка восстановления в трудовых правах, обстоятельств, исключающих право на возмещение вреда;

вопросы, касающиеся случаев судебного обжалования определений о возмещении вреда. При этом, согласно п. 6 Постановления, суд был вправе не согласиться с размером исчисленного ущерба и принять решение как об уменьшении (увеличении) его размера, так и о повороте исполнения необоснованно выплаченных сумм, если постановление к моменту рассмотрения дела уже было исполнено .

В литературе регулярно появлялись предложения, основанные на действовавшем на тот момент законодательстве и имевшие целью дальнейшее развитие института реабилитации в сторону расширения прав реабилитированного, укрепления гарантий осуществления этих прав 3 .

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. – М., 2001. – С. 23 .

Сборник постановлений пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. – М., 1999. – С. 281–286 .

См., например: Полякова М. Ф. Реабилитация невиновных: гарантии чести и достоинства личности // Сов. государство и право. – 1976. – № 10. – С. 121–124; Савицкий В.М. По поводу уголовно-процессуальных гарантий права невиновного на реабилитацию // Сов. государство и право. – 1965. – № 9; Савицкий В.М., Флейшиц Е.А. Об имущественной ответственности за вред, причиненный должностными лицами органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда // Сов. государство и право. – 1966. – № 7. – С. 11–18; Малеин Н.С. Возмещение вреда, причиненного незаконными действиями работника милиции // Сов. государство и право. – 1967. – № 1. – С. 131–132; Добровольская Т.Н. Заглаживание морального вреда, причиненного необоснованным привлечением к ответственности // Соц. законность. – 1958. – № 7. – Возникновение и развитие идеи реабилитации 33 Одним из основных прав реабилитируемого лица является право на возмещение причиненного ему вреда, в том числе право на восстановление доброго имени, репутации. Определенные попытки нормативного закрепления порядка восстановления ряда неимущественных субъективных прав реабилитированных граждан были предприняты. Так, в совместной Инструкции Министерства юстиции СССР, МВД СССР, Генерального прокурора СССР, КГБ при Совете Министров СССР, Верховного Суда СССР от 15 сентября 1977 г. «О порядке изъятия орденов, медалей СССР и документов к ним, нагрудных знаков и документов о присвоении почетных званий СССР в случае заключения награжденного под стражу или осуждения к лишению свободы, а также о порядке хранения и возвращения наград владельцу после освобождения из-под стражи» в случае прекращения уголовного дела или оправдания лица предусматривался возврат наград и документов, которых оно было лишено в связи с привлечением к уголовной ответственности .

Статья 7 Основ гражданского законодательства (ст. 7 ГК РСФСР) предоставляла также возможность требовать через суд опровержения порочащих честь и достоинство сведений. Из теории гражданского права известно, что распространение подобных сведений будет иметь место в случае их опубликования или сообщения в иной форме, в том числе устной, хотя бы одному лицу. Следовательно, условием является передача сведений третьему лицу. В связи с этим, как верно подметил Б.Т. Безлепкин, если репутация гражданина страдает в силу самого восприятия окружающими каких-то действий, с которыми связывается утрата доброго имени (арест, отстранение от должности по постановлению следователя, осуждение), то признак распространения порочащих сведений третьему лицу отсутствует, и поэтому ст. 7 ГК РСФСР в таких случаях неприменима 1 .

В постсоветский период развития нашего общества в уголовнопроцессуальном законодательстве по вопросу реабилитации никаких существенных изменений не произошло. Положительным моментом стало принятие в 1993 г. Конституции РФ, закрепившей в ст. 53 право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц .

В дальнейшем положения ст. 53 Конституции Российской Федерации были детализированы в ст. 1069 и в 1070 ч. 2 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), введенных в действие с 1 марта 1996 г. Согласно закрепленному в ст. 1069 ГК РФ положению вред, причиненный гражданину С. 20–23; Она же. Гарантии прав личности в уголовном процессе // Сов. государство и право. – 1958. – № 9. – С. 92–96 .

Безлепкин Б.Т. Возмещение вреда, причиненного гражданину судебно-следственными органами. – М., 1979. – С. 25 .

Глава 1 или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации. Статья 1070 ГК РФ устанавливает ответственность государства за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, и указывает на обязательность его полного возмещения независимо от вины должностных лиц этих органов. При этом следует заметить, что действие ст. 1069 и 1070 ГК РФ законодатель распространил также на случаи, когда причинение вреда потерпевшему имело место до 1 марта 1996 г., но не ранее 1 марта 1993 г. (с учетом трехлетнего срока исковой давности). С принятием части второй Гражданского кодекса РФ реабилитированные лица получили конкретную и бесспорную законодательную базу для компенсации со стороны государства и своих моральных переживаний, связанных с неправомерным уголовным преследованием (ст. 1100 ГК РФ). В ст. 1100 ГК РФ в качестве основания компенсации морального вреда, наряду с другими, предусматривается и вред, причиненный гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде .

Между тем суды, отказывая в конечном итоге «жертвам правосудия»

в удовлетворении исков о компенсации морального вреда, причиненного им до 1 марта 1996 г., ссылались прежде всего на то, что ч. 2 ст. 127 Основ, регулирующая отношения по возмещению вреда от незаконного уголовного преследования, делала ссылку на специальный законодательный акт, в данном случае на Положение от 18 мая 1981 г., которое не содержало норм, предусматривающих возможность материальной компенсации морального вреда .

Следующим значительным шагом в развитии института реабилитации в уголовном процессе стало принятие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, который вступил в действие с 1 июля 2002 г., положения которого будут детально проанализированы в следующих главах .

*** Таким образом, резюмируя вышесказанное, отметим следующее .

Во-первых, особенностью правового регулирования возмещения ущерба и восстановления прав реабилитированных в советский период являлось то, что посвященные этому нормы содержались в различных правовых актах, большинство которых носило ведомственный характер .

Данные акты содержали мало связанные друг с другом отрывочные положения .

Возникновение и развитие идеи реабилитации 35 Во-вторых, четко не разграничивались случаи возмещения ущерба в зависимости от сферы деятельности различных правоохранительных органов. Не дифференцировалась компенсация вреда, являющегося следствием необоснованного осуждения, содержания под стражей, и вреда, причиненного действиями должностных лиц судебноследственного аппарата, не связанными с уголовно-процессуальными актами .

В-третьих, в советский период развития нашего общества, несмотря на попытки обращения законодателя к вопросам реабилитации лиц в уголовном процессе, существование огромного числа ведомственных нормативных актов, их разрозненность, несовершенство, противоречивость, неполнота и бессистемность затрудняли применение норм на практике, а иногда делали его просто невозможным. Тем самым интересы лиц, подвергшихся незаконному или необоснованному уголовному преследованию и / или осуждению, были защищены не в полной мере, а значит, гражданин, признанный в установленном порядке невиновным, не был восстановлен в прежних правах, ему не было возвращено его доброе имя или положительная репутация. Следствием этого стало то, что фактически идея реабилитации не развивалась .

В-четвертых, положительным моментом развития реабилитации в постсоветский период стало закрепление в Конституции РФ права на возмещение каждому государством вреда, причиненного действиями государственных органов или их должностных лиц .

Глава 2

ПОНЯТИЕ РЕАБИЛИТАЦИИ И ЕЕ НАЗНАЧЕНИЕ

2.1. Понятие реабилитации Мировым сообществом уже давно признана объективная необходимость в существовании правовых норм, направленных на защиту жертв незаконного или необоснованного уголовного преследования и / или осуждения. Так, Международный пакт о гражданских и политических правах, ратифицированный СССР 18 сентября 1973 г., в п. 5 ст. 9 устанавливает, что «каждый, кто был жертвой незаконного ареста или содержания под стражей, имеет право на компенсацию, обладающую исковой силой» 1 .

Согласно п. 6 ст. 14 вышеназванного пакта, если лицо было осуждено и приговор был впоследствии отменен вследствие обстоятельства, указывающего на наличие судебной ошибки, то это лицо получает компенсацию согласно закону, если не будет доказано, что это обстоятельство не было в свое время обнаружено исключительно или отчасти по его вине .

Те же положения закреплены в Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1948 г. (ст. 5) 2. Ратифицировав эти документы, Россия взяла на себя обязательство выполнять содержащиеся в них нормы, являющиеся частью правовой системы РФ. Более того, согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Этой нормой Основной закон страны установил приоритет международных документов над национальными .

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ «каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц» .

Исходя из буквального толкования конституционной нормы, следует, что, во-первых, субъектом ответственности в данном случае является само государство, во-вторых, вред должен быть причинен государственным органом или должностным лицом этого органа. При этом под ответственностью государства здесь и далее следует понимать обязанность государства претерпеть определенные лишения 3 .

Заметим, что ответственность государства занимает самостоятельное место в системе ответственности за ущерб, нанесенный одним участниМеждународный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) // Гарант [Электронный ресурс]: Справочная правовая система. – Сетевая версия. – Электрон. дан. – М.: Гарант-Сервис, 1990. – Режим доступа: Компьютерная сеть Науч. б-ки Том. гос. ун-та, свободный .

Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) // Там же .

Иоффе О.С. Обязательственное право. – М., 1975. – С. 96 .

Понятие реабилитации и ее назначение 37 ком отношений другому, в силу уникальности самого субъекта ответственности. Уникальность государства как субъекта заключается в том, что только оно имеет аппарат принуждения, особый источник материальных средств (налоги и займы), возможность заниматься правотворчеством, в результате которого создаются правовые нормы, имеющие отношение ко всему обществу или его части. Создавая в целях борьбы с преступностью органы, наделенные властными полномочиями, реализация которых затрагивает конституционные права личности, государство одновременно должно брать на себя ответственность за неправомерные действия этих органов. Это объясняется тем, что демократичное общество подразумевает соединение власти и обязанности отвечать за злоупотребления и ошибки. Тем самым гражданам предоставляется возможность напомнить государственным органам и должностным лицам о необходимости уважения законов, гарантирующих недопустимость покушения на права личности .

Государство и общество должны осознавать обязанность защитить самих себя в каждом отдельном пострадавшем человеке в целях улучшения отношений между гражданином и властью, укрепления взаимного доверия, нарушенного несправедливостью .

Стремление исключить или необоснованно ограничить ответственность государства в цивилизованном мире уже давно является пережитком прошлого и свойственно тоталитарному режиму .

Государство не только не выигрывает в случае отказа нести ответственность за неправомерные действия своих служащих, но и несет огромные потери как имущественного, так и морального плана .

Разорение гражданина подрывает экономическое благосостояние, социальную базу государства. Его несправедливость порождает недоверие граждан, неуважение к законам и должностным лицам государства, вызывает агрессию и недовольство существующей властью. Во избежание подобной ситуации для закона не должно быть фаворитов, ответственности должны подлежать как частные лица, так и гоСледует о .

сударств согласиться с мнением Л.В. Бойцовой, указывающей на то, что «публичная деятельность (в т.ч. правосудие) приносит выгоды всем гражданам, поэтому обязанность компенсации причиненного ею ущерба должна быть распределена между всеми членами общества .

Для выравнивания издержек отправления публично-важных функций используется налоговая система, создается общественный фонд возмещения потерь. Каждый гражданин может оказаться в положении пострадавшего вследствие несовершенного функционирования государственного механизма, поэтому ответственность государства в форме денежной компенсации из государственных (общественных) средств отвечает и здравому смыслу» 1 .

Бойцова Л.В. Уголовная юстиция: гражданин – государство. – Тверь, 1994. – С. 8 .

Глава 2 Как справедливо пишет М.В. Погребной, «понимание ответственности как исполнения обязанности на основе государственного принуждения трудноприменимо, поскольку в этом случае получится, что государство осуществляет принуждение в отношении себя лично. На деле же оно допускает в отношении себя негативные имущественные последствия ради достижения общественно полезных целей, таких, как обеспечение режима законности, восстановление имущественной сферы потерпевших, восстановление доброго имени и т.д.» 1 .

Как уже отмечалось, законодательно понятие реабилитации закреплено впервые. Основы уголовного судопроизводства СССР и УПК РСФСР 1961 г. не содержали определения реабилитации, хотя сам термин употреблялся дважды: в ст. 5 Основ, ст. 5 УПК РСФСР, где речь шла о запрете прекращать уголовное дело, несмотря на наличие к тому законных оснований, если производство по делу необходимо для реабилитации умершего (п. 8 ст. 5), и в ст. 385 УПК РСФСР, где разъяснялось, что смерть осужденного не препятствует возобновлению о нем дела по вновь открывшимся обстоятельствам в целях реабилитации этого осужденного. При этом значение данного слова в самом законе не разъяснялось .

Термин «реабилитация» был применен лишь в нормативных актах, посвященных увековечению памяти и восстановлению чести, достоинства, имущественных прав жертв политических репрессий 2. Пленум Верховного Суда СССР, Судебная коллегия Верховного Суда РСФСР использовали термины «реабилитируемый», «реабилитирующие основания» в своих постановлениях и определениях 3, также не разъясняя их смысл .

Согласно п. 34 ст. 5 УПК РФ, реабилитация – это «порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда» .

Сам термин «реабилитация» представляет собой результат слияния приставки «re», обозначающей возобновление, и корня «habilitas», значение которого «способность, пригодность» 4. В словарях русского языка можно встретить следующие значения этого термина: 1. Восстановление доброго имени, репутации неправильного обвинения, опороченного лица .

Погребной М.В. Специальные основания ответственности государства за вред, причиненный государственными органами // Рос. судья. – 2003. – № 8. – С. 30 .

См., например: Закон РСФСР от 26 апреля 1991 г. «О реабилитации репрессированных народов», Закон РФ от 18 октября 1991 г. «О реабилитации жертв политических репрессий», Указ Президента РФ от 14.03.1996 г. «О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий», Указ Президента РФ от 23.04.1996 г. «О дополнительных мерах по реабилитации жертв политических репрессий» .

Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1965. – № 1. – С. 14; Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1965. – № 5. – С. 2–3; Бюллетень Верховного Суда СССР. – 1985. – № 5 .

С. 19–20; 1987. – № 1. – С. 9–11 .

Большая советская энциклопедия / Под ред. А.М. Прохорова. – М., 1975. – Т. 21. – С. 516 .

Понятие реабилитации и ее назначение 39

2. Отмена всех правовых последствий обвинительного приговора в отношении лица, необоснованно привлеченного к судебной ответственности, вследствие признания его невиновным 1. На наш взгляд, при разработке понятия реабилитации следовало бы учитывать все эти значения .

Критикуя законодательное определение реабилитации, необходимо отметить и тот факт, что в нем речь идет только об уголовном преследовании .

Согласно п. 55 ст. 5 УПК РФ, уголовное преследование – это «процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления». Исходя из анализа разд. 2 УПК РФ «Участники уголовного судопроизводства», делаем вывод, что суд не является стороной обвинения, значит, его деятельность не подпадает под понятие «уголовное преследование». Поэтому, следуя законодательному определению реабилитации, право на возмещение вреда имеет только лицо, подвергшееся уголовному преследованию, но не осуждению. В связи с этим необходимо включить в понятие реабилитации и деятельность суда в случае вынесения оправдательного приговора или прекращения уголовного дела по реабилитирующему основанию .

Считая законодательное определение реабилитации несовершенным, обратимся к юридической доктрине, имеющей немалый опыт в разработке понятия реабилитации в уголовном процессе .

Необходимо отметить, что в научной литературе существует несколько подходов к понятию реабилитации. Сторонники первого подхода понимают под реабилитацией сам факт оправдания или прекращения уголовного дела по реабилитирующему основанию. Так, М.И. Пастухов определяет реабилитацию как «признание в установленном порядке невиновности гражданина, привлеченного к уголовной ответственности без достаточных к тому оснований с последующим восстановлением его в правах и честного имени» 2. Определение это, по нашему мнению, не вполне корректно, поскольку, во-первых, этим определением из категории лиц, имеющих право на реабилитацию, исключаются граждане, которые были привлечены к уголовной ответственности с нарушением установленной процедуры. Вовторых, понятие «честного имени» не охватывает своим содержанием всего объема нематериальных прав лица, подлежащего реабилитации, поскольку известно, что компенсация морального вреда включает восстановление доброго имени, репутации, чести, достоинства личности, а также компенсацию в денежном выражении .

По мнению Б.Т. Безлепкина, под реабилитацией следует понимать «оправдание подсудимого или прекращение уголовного дела в отношении осужденного, обвиняемого, а также подозреваемого, за отсутствием собыСловарь современного русского языка. – М., 1961. – Т. 12. – С. 1051 .

Пастухов М.И. Реабилитация невиновных. Основы правового института. – Минск, 1993. – С. 19 .

Глава 2 тия или состава преступления или недоказанностью участия указанных лиц в совершении преступления» 1. Тем самым в понятие реабилитации он включает и факт освобождения лица от уголовной ответственности, и правовые основания, и круг лиц, подлежащих освобождению .

Фактически такой же подход наблюдается у Т.Т.

Таджиева, который считает реабилитацией «определенную группу процессуальных норм, регулирующих общественные отношения, которые возникают в случаях:

вынесения оправдательного приговора, прекращения дела по реабилитирующим основаниям в стадиях расследования, предания суду, а также в кассационном и надзорном производстве» 2. Это определение, по нашему мнению, очень широко, и остается неясным, какие все-таки отношения регулируются нормами о реабилитации, поскольку вручение копии постановления о прекращении уголовного дела по реабилитирующему основанию или освобождение из-под стражи вследствие этого суть тоже отношения по прекращению уголовного дела, но для полной реабилитации гражданина их недостаточно .

Позднее Т.Т. Таджиев определил реабилитацию как «решение правомочного правоохранительного органа, изложенное в предусмотренном уголовно-процессуальном акте и констатирующее, что отсутствуют либо не установлены событие или состав преступления, либо не доказано участие в совершении преступления данного лица» 3. Такой же точки зрения придерживается и А.Г. Эдилян, считающий реабилитацию «решением правомочного… органа…, констатирующим отсутствие (неустановление) события или состава преступления, либо недоказанность участия в совершении преступления неправильно обвиненного или осужденного лица» 4. Однако в соответствии с таким подходом к реабилитации она заканчивается вместе с вынесением постановления о прекращении уголовного дела или оправдательного приговора, тогда как это не единственный ее результат .

Согласимся с мнением М.И. Пастухова, что вынесение подобного рода решений реабилитирует лишь формально. Настоящая реабилитация только начинается признанием гражданина невиновным. Во-первых, этому гражданину необходимо возместить причиненный ущерб, восстановить в тех или иных правах, сообщить окружающим о том, что было опоБезлепкин Б.Т. Вопросы реабилитации на предварительном следствии. – Горький, 1975. – С. 13; Он же. Конституционное право граждан на возмещение имущественного вреда, причиненного судебно-следственными органами // Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. – Саратов, 1981. – С. 82–86 .

Таджиев Т. Реабилитация в советском уголовном процессе. – Ташкент, 1986. – С. 14 .

Таджиев Т.Т. Проблемы реабилитации в советском уголовном процессе: Автореф .

дис. … д-ра юрид. наук. – Ташкент, 1991. – С.15 .

Эдилян А.Г. Реабилитация в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд .

юрид. наук. – М., 1978. – С. 8–9 .

Понятие реабилитации и ее назначение 41 рочено имя невиновного человека 1. Во-вторых, неправильной, по нашему мнению, в этих определениях является формулировка оснований реабилитации, которой лицо ставится в положение «полуреабилитированного», поскольку, может быть, лицо и совершило преступление, но его участие не доказано, или, может быть, существуют и событие, и состав преступления, но они не были установлены соответствующими правоохранительными органами .

Итак, реабилитация не может ограничиваться лишь официальным признанием лица невиновным в совершении инкриминируемого ему деяния .

С нашей точки зрения, наиболее правильным, но не совсем точным является мнение Ч.С. Касумова, который считает, что реабилитация – это «официальное установление невиновности лица в совершении преступления, которое: 1) сформулировано в специальном юридическом акте – оправдательном приговоре или постановлении (определении) – о прекращении уголовного дела, вынесенном в случае отсутствия события преступления или отсутствия в деянии состава преступления, либо за недоказанностью участия лица в совершении преступления, 2) порождает право этого лица на возмещение имущественного ущерба, восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и других прав, возмещение прав, возмещение иного ущерба, причиненного ему незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, и осуществляемого государством в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда» 2. Хотя это определение и громоздко, однако содержит основные признаки реабилитации, как-то: 1) признание невиновным гражданина, который незаконно или необоснованно был задержан, заключен под стражу, обвинен в совершении преступления, осужден; 2) право на возмещение ущерба, восстановление его в нарушенных правах и честном имени .

По нашему мнению, наиболее правильна позиция тех ученых, которые полагали, что сущность реабилитации заключается в том числе и в восстановлении прав и репутации граждан, подвергшихся незаконному или необоснованному уголовному преследованию или осуждению 3. Так, В.М. Савицкий считал реабилитацией «восстановление прав и репутации невиновных граждан, подвергнувшихся необоснованному уголовному Пастухов М.И. Институт реабилитации: на пути к законодательному регулированию // Государство и право. – 1993. – № 12. – С. 58 .

Касумов Ч.С. Последствия реабилитации по советскому праву. – Баку, 1991. – С. 23–24 .

Кокорев Л.Д. Подсудимый в советском уголовном процессе. – Воронеж, 1973. – С. 63–64;

Полякова М.Ф. Реабилитация невиновных: гарантия чести и достоинства личности // Сов .

государство и право. – 1976. – № 10. – С. 121; Савицкий В.М. По поводу уголовнопроцессуальных гарантий прав невиновного на реабилитацию // Сов. государство и право. – 1965. – № 9. – С. 48; Скворцов Н.Н. Правовые последствия оправдания // Сов. государство и право. – 1970. – № 9. – С. 109–112 .

Глава 2 преследованию» 1. Однако, во-первых, в данном определении не нашла отражение деятельность суда при оправдании или прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям, во-вторых, непонятно, какие конкретно права подлежат восстановлению: если речь идет о жилищных, пенсионных и иных правах, то в анализируемом определении отсутствует указание на возможность возмещения имущественного вреда. Поэтому реабилитация мыслится как процесс, который начинается принятием решения, устанавливающим невиновность гражданина, и сопровождается рядом мер по восстановлению его прежнего статуса .

Как справедливо отмечает Н.Я. Шило, «в понятие реабилитации следует включить не только факт прекращения уголовного дела или оправдания по суду лиц, необоснованно привлекавшихся к уголовной ответственности, правовые основания и круг субъектов, но наступающие в связи с этим правовые последствия (например, восстановление репутации и чести невиновных граждан и возмещение материального ущерба)» 2. Поэтому под реабилитацией она понимает «признание правоохранительными органами невиновности лица в соответствующем нормативном акте, констатирующем отсутствие события или состава преступления, либо недоказанность участия в совершении преступления неправильно обвиненного или осужденного, и восстановление их прав и репутации» 3 .

Мы также считаем, что понятие реабилитации включает в себя два элемента:

1) официальное признание лица невиновным в совершении преступления;

2) возмещение причиненного вреда и восстановление в иных правах, нарушенных в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования и / или осуждения .

Правильность нашей позиции относительно понятия реабилитации можно объяснить и с точки зрения реабилитационных правоотношений .

Исходя из теории правовых отношений, правоотношение – урегулированное нормами права общественное отношение, участники которого наделены субъективными правами и корреспондирующими обязанностями, оказывающее регулирующее воздействие на поведение людей 4. Реабилитационные правоотношения можно определить как облеченные в Савицкий В.М. По поводу уголовно-процессуальных гарантий прав невиновного на реабилитацию // Сов. государство и право. – 1965. – № 9. – С. 48 .

Шило Н.Я. Проблема реабилитации на предварительном следствии. – С. 16 .

Там же. – С. 28 .

Алексеев С.С. Общая теория права. – М., 1982. – Т. 2; Венгеров А.Б. Теория государства и права. – М., 1998; Гребцов Ю.И. Проблемы теории правового отношения. – Л., 1981; Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. – М., 1958; Кудрявцев В.Н .

Право и поведение. – М., 1978; Протасов В.Н. Правоотношение как система. – М., 1991;

Толстой Ю.К. К теории правоотношения. – Л., 1959; Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении.– М., 1974 .

Понятие реабилитации и ее назначение 43 правовую форму общественные отношения по признанию гражданина невиновным в инкриминируемом ему преступлении, по возмещению ему вреда, причиненного в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием и (или) осуждением, и восстановлению в трудовых, жилищных, пенсионных и иных правах .

С точки зрения субъектного состава, реабилитационные правоотношения возникают между гражданином, требующим возмещения вреда, и государством. С одной стороны, субъекты эти неравнозначны, поскольку вред причинен органом власти лицу, подчиненному этой власти. С другой стороны, гражданин обладает определенной властью над государством, поскольку имеет право требовать удовлетворения своих законных притязаний. Но в процессе реабилитации защищается не только частное право, но и обеспечивается государственный интерес, публичное благо 1. Кроме того, «мы не можем говорить о реабилитационных правоотношениях как исключительно властных, отношениях господства и потому, что как управомочный гражданин, так и государство обладают компетенцией создавать индивидуальную норму (акт применения права), которой определяется сумма выплачиваемой пострадавшему компенсации» 2. Независимо от того, в каком звене правоохранительной системы произошел сбой, каким органом, каким конкретным лицом допущена ошибка и на какой стадии, кто и в какой мере причастен к тому, чтобы невиновное лицо подверглось уголовному преследованию и (или) осуждению, «восстановительно-компенсационные правоотношения… имеют субъектный состав «гражданин – государство»3. Независимо от того, какой орган принимает решение о компенсации и исполняет соответствующее постановление (определение), она производится из средств государства и от его имени 4. Возложение на казну данной обязанности обусловлено как утилитарными соображениями (государство располагает большими возможностями, чем какой-либо другой орган; при определении степени виновности отдельных правоохранительных органов в незаконном уголовном преследовании возникают трудности), так и принципиальными задачами государственно-правовой политики (имеются в виду интересы отправления правосудия;

восстановление уважения гражданина к государству и его органам; гарантированная защищенность всех нарушенных интересов невиновных лиц, пострадавших от незаконного уголовного преследования и (или) осуждения) .

Специфика реабилитационных правоотношений, возникающих между гражданином и государством, заключается и в том, что причинная связь между незаконным уголовным преследованием и / или осуждением и Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. – СПб., 1906. – С. 607–611 .

Бойцова Л.В. Уголовная юстиция: гражданин – государство. – Тверь, 1994. – С. 16 .

Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ (постатейный). – М., 2002. – С. 133 .

Белякова А.М. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда. Теория и практика. – М., 1986. – С. 144 .

Глава 2 причинением вреда не нуждается в доказывании и считается установленной решением соответствующих правоохранительных органов, признающих невиновность гражданина .

Одни авторы определяют данную связь как причинно-следственную, состоящую из нескольких звеньев: связь между поведением непосредственного причинителя и действиями ответственного лица (организации);

связь поведения непосредственного причинителя с наступившим вредом, которую необходимо установить 1. Другие исследователи не согласны с тем, что отмеченная связь относится к разряду причинно-следственных, ибо в таком случае необходимо было бы доказать наряду с причинной обусловленностью вреда незаконными актами власти также и причинную связь между последними и деятельностью государства в целом. Однако в правоохранительной сфере вред причинно связан с действиями не одного, а нескольких должностных лиц, поэтому причина «рассредоточена» между действиями нескольких органов 2 .

Кроме того, реабилитационные правоотношения нельзя соотнести и с правовым институтом гражданского иска в уголовном процессе «как требования, обращенного к суду о возмещении причиненного преступлением имущественного или компенсации морального вреда, направленного против обвиняемого или лиц, несущих за него имущественную ответственность, подлежащее рассмотрению в рамках производства по уголовному делу» 3, и их неправомочно отнести и к гражданско-правовым 4 или гражданско-процессуальным отношениям по следующим причинам .

Во-первых, гражданский иск в уголовном процессе неразрывно связан с преступлением, по поводу которого начался этот уголовный процесс и которым потерпевшему был причинен ущерб. Требование о возмещении вреда в порядке реабилитации с совершенным преступлением напрямую не связано и проистекает из факта признания гражданина невиновным в инкриминируемом ему деянии .

Во-вторых, вред, подлежащий возмещению путем предъявления гражданского иска, причинен в результате совершения общественно опасного деяния; вред, подлежащий возмещению в порядке реабилитации, причинен в результате действий правоохранительных органов, которые чаще всего не являются преступными .

В-третьих, для удовлетворения исковых требований необходимо установить виновность лица, к которому эти требования предъявляются .

Красавчиков О.А. Советское гражданское право. – М., 1973. – Т. 2. – С. 327 .

Кун А.П. Возмещение вреда, причиненного гражданину актами власти: Дис. … канд .

юрид. наук. – Л., 1984. – С. 75 .

Сенин Н.Н. Возмещение вреда, причиненного преступлением, в уголовном процессе:

Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Томск, 2004. – С. 18 .

Даев В.Г. Современные проблемы гражданского иска в уголовном процессе. – Л., 1972 .

Понятие реабилитации и ее назначение 45 Возмещение вреда реабилитируемому лицу производится независимо от вины органа дознания, прокуратуры, суда. В данном случае необходимо установить невиновность лица, подвергшегося уголовному преследованию и (или) осуждению, и отсутствие обстоятельств, исключающих возможность предъявления требований в порядке гл. 18 УПК РФ .

В-четвертых, исковые требования предъявляются к частному лицу (организации), которое в случае удовлетворения этих требований обязано возместить ущерб. В этом случае причинителем вреда является конкретный субъект. Притязания же в порядке реабилитации предъявляются не к должностному лицу, допустившему ошибку, а к государству в целом .

В-пятых, в случае предъявления гражданского иска в уголовном процессе появляется такой участник, как гражданский истец, в процедуре реабилитации же участвует, согласно действующему законодательству, реабилитированное лицо (в случае смерти – его наследники) .

В-шестых, предъявление гражданского иска – право потерпевшего .

В случае установления невиновности лица на правоохранительном органе лежит обязанность признания права на возмещение вреда в порядке реабилитации и извещения реабилитируемого лица об этом (ст. 134 УПК РФ) .

Правильно считает Л.В. Бойцова, что реабилитационные правоотношения – это самостоятельный вид правоотношений, вытекающих из уголовно-процессуальной деятельности, пограничных с уголовнопроцессуальными правоотношениями, представляющих собой систему двух видов отношений: материальных и обслуживающих их процессуальных реабилитационных отношений 1. «Материальные правоотношения существуют с момента нарушения прав и свобод гражданина, незаконно привлеченного к уголовной ответственности или осужденного .

Прекращаются они после вынесения надлежащим органом решения о возмещения ущерба, восстановления иных прав невиновного гражданина и исполнения соответствующего постановления (определения) .

Поскольку гражданин не наделен правом предъявления требования о возмещении с момента причинения урона, процессуальные правоотношения возникают позднее – с момента вынесения оправдательного решения…, продолжаются при волеизъявлении реабилитируемого лица получить компенсацию и «умирают» после полного и окончательного восстановления его правового статуса» 2 .

В последнее время высказываются точки зрения относительно того, что частный обвинитель несет ответственность в порядке реабилиБойцова Л.В. Уголовная юстиция: гражданин – государство. – Тверь, 1994. – С. 20–21 .

Там же. – С. 22 .

Глава 2 тации своими средствами в случае установления умысла в его действиях 1. Позволим себе не согласиться и с этой позицией, поскольку в случае установления умысла частного обвинителя он должен быть привлечен к уголовной ответственности за заведомо ложный донос (ст. 306 УК РФ), и при вынесении обвинительного приговора он уже понесет наказание, предусмотренное санкцией этой статьи. Кроме того, поставив себя в положение потерпевшего, частный обвинитель отнюдь не становится представителем правосудия, вопросы о наличии или отсутствии преступления, о виде и размере наказания разрешаются от имени государства, поэтому оно и должно нести ответственность в случае незаконного или необоснованного привлечения к уголовной ответственности и / или осуждения .

Таким образом, предлагаем изложить понятие реабилитации в УПК РФ (п. 34 ст. 5) в следующей редакции: «Реабилитация – официальное признание невиновности гражданина в инкриминируемом ему преступлении, выраженное в соответствующем юридическом акте, и возмещение причиненного вреда, а также восстановление в иных правах, нарушенных в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования и / или осуждения» .

2.2. Назначение реабилитации

Говоря о назначении реабилитации, необходимо отметить, что по данному вопросу в юридической литературе сложилось несколько точек зрения, которые были представлены на протяжении XIX–XX вв .

Так, в конце XIX в. согласно одной из них для возмещения имущественного вреда лицу, невинно привлекавшемуся к уголовной ответственности, вообще нет социальной основы. В итоге эта позиция сводилась к попыткам изобразить несправедливые лишения, причиняемые в подобных случаях к отдельным лицам, как необходимую и естественную жертву в общественных целях, которая не подлежит компенсации со стороны общества так же, как не компенсируются лишения, связанные с призывом на военную службу или с привлечением гражданина к отправлению некоторых иных общественных функций 2. С нашей позиции, данная теория может быть подвергнута серьезной критике по следующим причинам .

Во-первых, никакие гражданские права и свободы не могут быть См., например: Татьянин Д.В. Реабилитация в уголовном процессе России (понятие, основания, процессуальный порядок): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Ижевск, 2005 .

Фойницкий И.Я. О вознаграждении невинно к суду уголовному привлекаемых: Речь на юбилейном собрании Петербургского юридического общества 20 февраля 1883 г. – СПб., 1884. – С. 50–51 .

Понятие реабилитации и ее назначение 47 принесены в жертву для оправдания существования антигуманного или, по меньшей мере, несовершенного законодательства .

Во-вторых, нельзя сравнивать лишения от незаконного, необоснованного привлечения к уголовной ответственности с лишениями в результате несения военной службы, выполнения неких общественных функций. В первом случае речь идет о трагедии, произошедшей в результате ненадлежащего функционирования государственного аппарата, во втором – об осознанном выполнении своего долга перед страной, гражданином которой ты являешься. Различными являются и социально-нравственная окраска, и характер лишений, которые гражданин несправедливо перенес в связи с уголовным делом и в связи с несением воинского долга или выполнением государственных функций .

Другая достаточно распространенная концепция о сущности судебноследственных ошибок и вреда, причиняемого ими, сводилась к оценке данного явления как несчастья, в котором ни виновных, ни ответственных, ни вообще социального смысла искать не следует. Таким образом, проблема отрывалась от общественной жизни, от государства, от политики .

Эта позиция удобна тем, что она обеспечивала отрешение от острых проблем социальной жизни, разделялась, в частности, большинством членов законодательной комиссии, образованной в 1863 г. для подготовки проекта нового Устава уголовного судопроизводства Российской империи, в котором должен был найти отражение и институт «вознаграждения без вины к суду уголовному привлекаемых». Двадцать членов названной комиссии против восьми высказались за то, что следственно-судебная ошибка есть несчастье, которому человек подвергается вследствие несовершенства самой человеческой природы или божьего промысла. Поэтому восстановление имущественного положения невиновно пострадавшего в связи с уголовным делом было объявлено делом сугубо частной благотворительности 1. Не вызывает сомнений, что подобная точка зрения, основанная на чувстве страха перед несчастьем или богом, лишена здравого смысла .

Более убедительной с современных позиций представляется концепция известного юриста П.И. Люблинского, близкая к современному пониманию назначения реабилитации. Он искал назначение возмещения имущественного вреда, причиненного предварительным заключением под стражу невиновного, не в господствовавшей в то время идее филантропии, а в необходимости заботы о должном правосознании населения, которое служит главнейшей опорой государственному строю. Несправедливость может пагубно сказаться на прочности этой конструкции. Поэтому исправление допущенной ошибки лежит в области защиты не только частных интересов пострадавшего лица, но и публичных интересов вообще .

Розин Н.Н. Указ соч. – С. 114–117 .

Глава 2 «Только близорукий политик, – утверждал П.И. Люблинский, – может заботиться больше о внешних требованиях общественного хозяйства, проявляющихся непосредственно в виде, например, плохого состояния дорог, недостаточного содержания чиновников или неудобства хозяйственных построек, чем о выработке доброкачественной психики граждан, на которую постоянные нарушения справедливости оказывают развращающее влияние. Пора понять, что при современном строе высшим сокровищем, которым обладает государство, является воспитанный в началах права и преданный закону гражданин» 1. Положительным моментом в этой теории является то, что решение вопроса переносится из сферы мистики, аналогий и формальностей в более конкретные отношения – общество и личность, государство и народ .

В современных условиях, как пишет Б.Т. Безлепкин, «необходимым условием жизненности и практической пригодности… теории является такое общественное устройство, при котором отношения общества и личности, государства и гражданина основаны на началах взаимной заботы, уважения и гармонического сочетания интересов; в противном случае вопрос о правосознании граждан как факторе прочности общественного и государственного устройства теряет смысл» 2 .

Известно, что правосознание всегда очень чутко реагирует на несправедливость, особенно в тех случаях, когда речь идет о свободе, чести, имущественном благополучии, о жизни, наконец. И если вред гражданину причинен в результате незаконных или необоснованных действий, если в этом случае нет внимания к этому гражданину со стороны государства, то частный вред становится вредом общественным, потому что возникает реальная угроза для престижа права, веры в справедливое правосудие и уважения к закону .

Таким образом, реабилитация – это всегда торжество справедливости в уголовном судопроизводстве, когда устанавливается невиновность лица, вовлеченного в сферу уголовного процесса, кроме того, эта невиновность признается, принимаются соответствующие меры по восстановлению гражданина в прежнем статусе. Реабилитация – это и акт покаяния государства перед гражданином, ни в коем случае не милость государства, чтобы невиновное лицо не чувствовало себя еще более униженным, «прося» о необходимости загладить причиненный вред. Требовать возмещения причиненного вреда и восстановления в иных правах – неотъемлемое право гражданина в том государстве, где права и свободы личности являются основополагающими ценностями .

Наконец, реабилитация – это и правовое средство исправления саЛюблинский П.И. Указ. соч. – С. 595–596 .

Безлепкин Б.Т. Возмещение вреда, причиненного гражданину судебно-следственными органами. – М., 1979. – С. 121 .

Понятие реабилитации и ее назначение 49 мых тяжких ошибок, ценой которых являются жизнь человека, его свобода, положение в обществе, репутация, честь и достоинство личности .

Нет сомнения в том, что несправедливость оказывает пагубное влияние на гражданское правосознание, подрывает веру в закон и правосудие, а в конечном итоге, от этого страдает авторитет государства в целом .

Кроме того, человеку, обиженному государством, всегда легче перешагнуть правовой запрет, в том числе уголовно-правовой. Поэтому правовой институт возмещения вреда невиновному лицу, выступая средством восстановления начал справедливости, по своему назначению исключительно близок к воспитательным и профилактическим целям, и с этих позиций также проявляет свою уголовно-процессуальную природу .

В связи с рассмотрением проблемы природы ответственности государства в порядке реабилитации в уголовном процессе представляет несомненный интерес и требует пристального внимания вопрос о природе ответственности государства по делам частного обвинения, когда инициатором процесса является частное лицо, а не государство в лице своих органов. Напомним, что уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115, 116, ч. 1 ст. 129, 130 УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе, как по заявлению потерпевшего, его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора (ч. 2 ст. 20 УПК РФ) .

На первый взгляд, если инициатором уголовного процесса является сам потерпевший, то он и должен отвечать за незаконное или необоснованное уголовное преследование и / или осуждение. Однако это суждение является неверным по следующим причинам. Во-первых, решение о признании потерпевшим по делам публичного и частно-публичного обвинения принимают соответствующие правоохранительные органы. Аналогичным образом они действуют по делам частного обвинения в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ. По делам же частного обвинения актом признания потерпевшим является подача заявления в суд самим потерпевшим или его законным представителем. Полагаем, что по данной категории уголовных дел законодатель предоставил право решать вопрос быть или не быть потерпевшим самому лицу, которое подверглось побоям, умышленному причинению легкого вреда здоровью и т.д. Если это лицо обратилось в суд, то тем самым оно поставило себя в положение потерпевшего в уголовном процессе. Однако уголовное преследование, а также осуждение лица являются публично-правовой деятельностью, поэтому ответственность в этих сферах также должна основываться на публичных началах .

Во-вторых, поскольку назначением уголовного судопроизводства является защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, функция эта принадлежит государству, поэтому и приговор выносится именем Российской Федерации, и именно государстГлава 2 во применяет к виновному лицу меры принуждения. Аналогично складывается ситуация и по делам частного обвинения, с той лишь оговоркой, что само лицо решает, будет ли оно потерпевшим или нет. Поэтому и в данной ситуации субъектом ответственности за причиненный вред является само государство .

Подводя итог изложенному в данной главе, следует сделать следующие выводы .

1. Поскольку целью доказывания по каждому уголовному делу является достижение объективной истины, ограниченной рамками предмета и пределов доказывания, и поскольку государство берет на себя задачу достижения истины по уголовному делу, применяя для успешного решения этой задачи меры принуждения, оно должно нести ответственность за действия своих органов средствами своей казны .

2. Под реабилитацией в уголовном процессе следует понимать официальное признание невиновности гражданина в инкриминируемом ему преступлении, выраженное в соответствующем юридическом акте, и возмещение причиненного вреда, а также восстановление в иных правах, нарушенных в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования и / или осуждения .

3. Реабилитационные правоотношения можно определить как облеченные в правовую форму общественные отношения по признанию гражданина невиновным в инкриминируемом ему преступлении, по возмещению ему вреда, причиненного в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием и (или) осуждением, и восстановлению в трудовых, жилищных, пенсионных и иных правах. Специфика этих правоотношений заключается в том, что они имеют неравнозначный субъектный состав (гражданин – государство), а также в том, что причинная связь между незаконным или необоснованным уголовным преследованием и / или осуждением и компенсацией вреда не подлежит доказыванию и считается установленной решением соответствующих органов, признающих невиновность гражданина .

Глава 3

ОСНОВАНИЯ И УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ

ПРАВА НА РЕАБИЛИТАЦИЮ .

ОСНОВАНИЯ И УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПРАВА

НА ВОЗМЕЩЕНИЕ ВРЕДА В ПОРЯДКЕ

РЕАБИЛИТАЦИИ

3.1. Основания и условия возникновения права на реабилитацию

Как мы установили ранее, в содержание реабилитации должны включаться два признака: 1) признание невиновным гражданина, который незаконно или необоснованно был задержан, заключен под стражу, обвинен в совершении преступления, осужден; 2) возмещение вреда, восстановление его в нарушенных правах и честном имени. Таким образом, реабилитация начинается с момента признания лица невиновным и заканчивается производством выплат, возвратом в то состояние, в котором гражданин пребывал до вовлечения его в сферу уголовного процесса. При этом второй признак неразрывно связан с первым и не может быть без него реализован .

Для того чтобы у лица появилось право на признание его невиновности (другими словами – право на реабилитацию) в официальном документе, необходимо правовое основание. Анализ литературы по вопросам реабилитации позволяет сделать вывод о том, что никто из известных нам авторов не исследовал эту проблему в таком аспекте, в существующих исследованиях рассматриваются основания для возмещения вреда в порядке реабилитации, но не основания возникновения права на признание лица невиновным, а ведь именно с этого начинается реабилитация .

В словаре русского языка под основанием понимается «то, что составляет ядро чего-либо, является исходным материалом для образования, создания чего-либо» 1.

По нашему мнению, правовыми основаниями возникновения права на реабилитацию выступают:

• отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24, п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ);

• отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ);

• отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 (п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

Словарь русского языка. – М.: Русский язык, 1986. – Т. 2: К–О. – С. 650 .

Глава 3

• отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пп. 1, 3–5, 9 и 10 ч. 1 ст. 448 УПК, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пп.1 и 3–5 ч. 1 ст. 448 (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

• непричастность лица к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27;

п. 2 ч. 1 ст. 302 УПК РФ);

• наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению (п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

• наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

• отказ Государственной Думы Федерального собрания РФ в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (п. 8 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

• вынесение в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта (п. 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ) .

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения .

Порядок отказа обвинителя от обвинения регулируется ч. 7 ст. 246 УПК РФ, в которой сказано, что если прокурор придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. При этом дело подлежит прекращению полностью или частично по основаниям, предусмотренным пп. 1, 2 ч. 1 ст. 24 и пп. 1, 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Анализ указанных оснований позволяет сделать вывод о том, что среди них указаны и не реабилитирующие основания .

В связи с изложенным необходимо исключить п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, поскольку он противоречит принципам реабилитации, включив подсудимого в п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ .

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством право на реабилитацию согласно п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ имеет также осужденный в случае полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пп. 1 и 2 Основания и условия возникновения права на реабилитацию 53 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Пункт 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ является отсылочным к пп. 1–6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, среди которых указаны в том числе такие основания, как истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) .

Считаем, что законодатель ошибочно указал эти основания, поскольку они являются не реабилитирующими, а потому должны быть исключены из п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ .

Установив наличие одного из реабилитирующих оснований, суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны вынести оправдывающее решение или так называемый акт реабилитации. Это означает, что эти участники уголовного судопроизводства, установив фактические обстоятельства дела, выбрав норму права и установив между ними соответствие, разрешают дело в форме правоприменительного акта .

Акт реабилитации – решение о невиновности лица в инкриминируемом ему преступлении, вынесенное судом, прокурором, следователем, дознавателем. К таковым следует отнести постановление (определение) о прекращении уголовного дела, уголовного преследования, оправдательный приговор .

В результате интервьюирования работников правоохранительных органов на вопрос «Согласны ли Вы с мнением о том, что в некоторых случаях приходится «натягивать» основание прекращения уголовного дела, уголовного преследования до нереабилитирующего с тем, чтобы избежать нареканий со стороны руководства?» 51,7 % респондентов ответили утвердительно (прил. 1). Такая ситуация свидетельствует о том, что правоохранительными органами нарушается принцип назначения уголовного судопроизводства в той части, в которой ни один невиновный не должен быть привлечен к уголовной ответственности .

Между тем вынесение оправдывающего решения – это прямая обязанность государства, вытекающая из указания ст. 6 УПК РФ. Акт реабилитации является актом реализации своей обязанности должностным лицом, при этом оно обязывает других лиц к определенным действиям или предоставляет им право использовать свои права .

Как справедливо отмечает П.А. Лупинская, «как акт государственновластной деятельности, процессуальное решение содержит определенное государственное веление, опирающееся на авторитет и силу… государства, обеспечиваемое рядом мер по претворению этого решения в жизнь» 1 .

Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. – М., 1976. – С. 14 .

Глава 3 Наиболее ярко государственное веление проявляется в приговоре суда. Вопрос о соотношении оправдательного приговора суда и постановления о прекращении уголовного дела, уголовного преследования по реабилитирующим основаниям неизбежно упирается в соотношение предварительного следствия и судебного разбирательства. По выражению М.С. Строговича, в стадии судебного разбирательства находится «центр тяжести всего уголовного процесса» 1. Предварительное же следствие носит вспомогательный, служебный характер. Не отрицая его важного значения, роли в собирании и исследовании доказательств, отметим, что основное, то есть судебное следствие, проводится в стадии судебного разбирательства. Между тем хотя оправдательный приговор и обладает высшей юридической силой по сравнению с постановлением о прекращении уголовного дела, для реабилитации в уголовнопроцессуальном смысле они должны быть равнозначными. Об этом прямо говорит ч. 1 ст. 49 Конституции РФ: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда» .

Как справедливо отмечает М.К. Свиридов, следственнопрокурорские решения в законную силу не вступают, и поэтому согласно ст. 214 УПК РФ могут быть в любое время и в течение продолжительного времени отменены прокурором, признавшим их незаконными или необоснованными. В результате в последнем случае лицо ставится в положение «полуреабилитации», поскольку полная реабилитация ставится в зависимость от решения прокурора 2 .

Результатом сложившейся ситуации стала постановка в неравное положение реабилитируемых по решению суда и реабилитируемых по решению органов предварительного расследования, поэтому необходимо, чтобы последние также имели законную силу с предоставлением сроков для их обжалования .

Такой же точки зрения придерживается А.Г. Эдилян, который считает, что «…истина устанавливается не только судом при вынесении оправдательного приговора, но и органами предварительного следствия и дознания при прекращении по реабилитирующим основаниям. Поэтому постановление о прекращении дела по реабилитирующим основаниям необходимо приравнять по своим процессуальным качествам к оправдательному приговору, потому что и по существу, и по назначению, и по Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. – М., 1970. – Т. 2. – С. 222 .

Свиридов М.К. Вопросы реабилитации в уголовном процессе РФ // Вестник ТГУ. Сер .

Экономика. Юридические науки. – 2003. – № 4. – Февраль. – С. 7 .

Основания и условия возникновения права на реабилитацию 55 последствиям оно фактически и юридически заменяет оправдательный приговор» 1 .

Таким образом, основание возникновения права на реабилитацию – это обстоятельства, свидетельствующие о невиновности лица, вовлеченного в уголовный процесс. Но одного основания недостаточно, и для того, чтобы то или иное явление эффективно функционировало, необходимы соответствующие условия .

Условие – это «обстановка, в которой происходит, протекает что-либо» 2 .

В уголовном процессе имущественный, моральный и иной вред может причиняться не только подозреваемому или обвиняемому (подсудимому, оправданному, осужденному), но и любым другим участникам уголовного судопроизводства. Так, незаконными или необоснованными действиями может причиняться вред лицам, у которых производится обыск или выемка. Причиняется вред потерпевшему или свидетелю, помещенному в лечебный стационар для производства экспертизы. Даже незаконный или необоснованный вызов на допрос лица в качестве свидетеля, безусловно, причиняет этому лицу вред. В данной работе мы не указываем, в каком порядке: уголовно-процессуальном или ином должен возмещаться вред данным лицам в этих и подобных им случаях .

Но в любом случае бесспорно одно: вред им будет возмещаться не в порядке реабилитации. Институт реабилитации предназначен лишь для тех лиц, кто незаконно или необоснованно подвергался уголовному преследованию и / или осуждению .

Поэтому в уголовном процессе условием возникновения права на реабилитацию является незаконное или необоснованное уголовное преследование и / или осуждение .

А.Ф. Кони писал о том, что уголовное преследование – это «…слишком серьезная вещь, чтобы не вызывать самой тщательной обдуманности. Ни последующее оправдание судом, ни даже прекращение дела до предания суду очень часто не могут изгладить материального и нравственного вреда, причиняемого человеку поспешным и необдуманным привлечением его к уголовному делу» 3. Согласно ст. 7 УПК РФ суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий УПК РФ, а определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Декларировав принцип законности, закон вместе с тем подробно регламентирует процедуру совершения тех или иных действий, Эдилян А.Г. Реабилитация в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд .

юрид. наук. – М., 1978. – С. 14–15 .

Словарь русского языка: В 4 т. – М., 1988. – Т. 4. – С. 518–519 .

Кони А.Ф. Избранные произведения. – М., 1959. – Т. 2. – С. 401 .

Глава 3 принятия того или иного рода решений. Соблюдение принципа законности обеспечивает достижение истины по уголовному делу .

Законность в уголовном процессе имеет огромное значение, содержанием этого принципа является и то, что доказательства, полученные с нарушением закона, признаются недопустимыми и не могут использоваться в процессе производства по уголовному делу (ч. 3 ст. 7 УПК РФ). «Незаконный – значит не основанный на законе, совершенный с нарушением норм закона… или с отступлением от их требований» 1 .

Таким образом, незаконность действий в уголовном процессе определяется их противоречием правилам уголовного судопроизводства .

Между тем в уголовно-процессуальной деятельности нередко возникают ситуации, когда право на возмещение вреда возникает у гражданина в результате действий, не имеющих признаков незаконности .

На самом деле «необоснованность» тесно связана с «незаконностью». В этой связи если законность содержит в себе требование соответствия действий и решений правоохранительных органов нормам права, то обоснованность – требование соответствия принимаемого решения фактическим обстоятельствам дела, потому что каждое необоснованное решение незаконно по своей сути, но не всякое незаконное решение является необоснованным .

3.2. Основания и условия возникновения права на возмещение вреда в порядке реабилитации После вынесения акта реабилитации и вступления его в законную силу у реабилитируемого лица появляется право на возмещение вреда в порядке реабилитации. Л.А. Прокудина к основаниям возникновения права на возмещение вреда относит «обстоятельства, порождающие указанный ущерб» 2. В частности, к ним она относит незаконное задержание, незаконное применение в качестве меры пресечения подписки о невыезде, незаконное осуждение. На наш взгляд, сами по себе эти обстоятельства не могут служить основанием возникновения права на возмещение вреда, поскольку необходимо документальное подтверждение факта существования указанных обстоятельств, поэтому основанием возникновения права на возмещение вреда является именно акт реабилитации, вступивший в законную силу. Так, если в течение 10 сут со дня провозглашения приговора, а для осужденного, находящегося под стражей, – 10 сут со дня вручения ему копии приговора Безлепкин Б.Т. Возмещение вреда, причиненного гражданину судебно-следственными органами. – М., 1979. – С. 67 .

Прокудина Л.А. Возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов. – М., 1998. – С.18 .

Основания и условия возникновения права на реабилитацию 57 (ст. 356 УПК РФ) последний не будет обжалован, то с момента вступления его в законную силу реабилитируемое лицо приобретает право на возмещение вреда в порядке реабилитации .

Кроме того, согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 11.05.2005 г., «впредь до внесения соответствующих изменений и дополнений в уголовно-процессуальное законодательство пересмотр в порядке надзора по жалобе потерпевшего, его представителя и по представлению прокурора… оправдательного приговора либо определения о прекращении уголовного дела допускается лишь в течение года по вступлении их в законную силу» 1 .

Поэтому считаем, что основанием возникновения права на возмещение вреда в порядке реабилитации является акт реабилитации, вступивший в законную силу .

Данные сводных годовых отчетов за 2001–2004 гг. о количестве прекращенных по реабилитирующим основаниям уголовных дел, а также о количестве оправданных лиц позволяют сделать вывод о наличии весомого количества невиновных лиц (прил. 2). Однако рассмотрение 78 дел о возмещении вреда в порядке реабилитации за этот период свидетельствует о том, что интересы не всех из них были защищены .

Условие возникновения права на возмещение вреда – «обстоятельство, при наличии которого… основания проявляются, начинают действовать» 2. К нему в уголовном процессе следует относить наличие самого вреда .

В зависимости от последствий действий, причинивших вред, различают вред имущественный и моральный. Более подробно на этих видах вреда и порядке их возмещения мы остановимся в следующей главе. Оговоримся только, что наличие вреда является необходимым условием для реализации права на его возмещение, поскольку если нет отрицательных последствий, то и возмещать нечего .

Как уже было отмечено нами при рассмотрении вопроса о реабилитационных правоотношениях, для возникновения правоотношений по возмещению вреда в порядке реабилитации не требуется наличия причинно-следственной связи между действиями правоохранительных органов и причиненным вредом. Л.А. Прокудина справедливо отмечает: «Ни разбирательства, ни констатации незаконности Постановление Конституционного Суда РФ от 11.05.2005 г. «По делу о проверке конституционности ст.

405 УПК РФ в связи с запросом Курганского областного суда, жалобами уполномоченного по правам человека в РФ, производственно-технического кооператива «Содействие», ООО «Карелия» и ряда граждан // Гарант [Электронный ресурс]:

Справочная правовая система. – Сетевая версия. – Электрон. дан. – М.: Гарант-Сервис, 1990. – Режим доступа: Компьютерная сеть Науч. б-ки Том. гос. ун-та, свободный .

Прокудина Л.А. Возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов. – М., 1998. – С. 18 .

Глава 3 действий должностных лиц с точки зрения конкретных норм права для решения вопроса о возмещении ущерба не требуется, потому что последний будет возмещен как в случае совершения должностным лицом преступления, должностного проступка, так и в случае его ошибки. Нужна лишь констатация невиновности гражданина» 1 .

Главным достижением современного законодательства является включение в него положения о том, что вред возмещается независимо от вины должностных лиц правоохранительных органов (ч. 1 ст. 133 УПК РФ) .

Смысл его заключается в том, что гражданин освобождается от доказывания своей невиновности и виновности должностных лиц, противоправности их действий. Как справедливо отмечают В.В. Бойцова и Л.В. Бойцова, «противоправность презюмируется, если имеется оправдательный приговор, постановление о прекращении дела по реабилитирующим основаниям на стадии предварительного расследования, определение вышестоящего суда о прекращении дела по этим же основаниям. Мы наблюдаем нетипичный случай ответственности: она наступает по принципу причинения, а не по общему принципу вины» 2. По сути это не что иное, как случай проявления повышенной ответственности участника отношений по причине того, что у участника этих отношений (государства) существует не имеющий аналогов аппарат принуждения, а его органы наделены исключительными властными полномочиями, затрагивающими основные права и свободы граждан .

Однако до сих пор высказываются и иные мнения, согласно которым на самом деле ответственность государства строится на началах вины. Так, как пишет Е.А. Михно, «подтверждением этому служит то обстоятельство, что… вред возмещается за счет казны соответствующего субъекта Российской Федерации. Это дает основание предполагать вину соответствующего субъекта РФ» 3. Считаем, что это утверждение неправильно, поскольку казна – это источник выплат, а не виновное лицо, в процессе установления размера подлежащего возмещению вреда суд не будет устанавливать виновника, ему необходимо будет лишь определить размер вреда, подлежащего возмещению .

Однако в процессе изучения практического материала нами был встречен случай отказа в удовлетворении исковых требований по причине отсутствия вины правоохранительных органов. Так, гр. Г. приговором Индустриального районного суда г. Барнаула был осужден по п. «б» ч. 3 ст. 160 УК РФ к 3 годам лишения свободы с конфискацией имущества .

Был взят под стражу в зале суда, через 39 дней мера пресечения изменена Прокудина Л.А. Возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов. – М., 1998. – С. 19 .

Бойцова В.В., Бойцова Л.В. Реабилитация необоснованно осужденных граждан в современных правовых системах. – Тверь, 1993. – С. 44 .

Михно Е.А. Компенсация морального вреда во внедоговорных обязательствах:

Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – СПб., 1998. – С. 24 .

Основания и условия возникновения права на реабилитацию 59 на подписку о невыезде в связи с направлением дела на новое рассмотрение. В психиатрической больнице г. Новосибирска находился 42 дня, в институте им. В.П. Сербского – 24 дня. Через 1 год был вынесен оправдательный приговор .

Суд же в своем решении указал, что поскольку ходатайство о проведении судебно-психиатрической экспертизы было заявлено защитником, то факт нахождения на обследовании не должен быть воспринят судом 1. Считаем, что суд нарушил требование ч. 1 ст. 133 УПК РФ, а именно положение о том, что вред взыскивается независимо от вины правоохранительного органа .

Необходимо отметить, что в отношении должностных лиц установлена уголовная ответственность по ст. 299 УК РФ «Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности», ст. 301 УК РФ «Незаконные задержание, заключение под стражу или содержание под стражей», ст. 302 УК РФ «Принуждение к даче показаний», ст. 305 УК РФ «Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта»; в отношении лица, по заявлению которого было возбуждено уголовное преследование, – по ст. 306 УК РФ «Заведомо ложный донос», а в отношении свидетеля, эксперта, переводчика, специалиста – по ст. 307 УК РФ «Заведомо ложные показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод». В случае возбуждения уголовного дела по этим статьям реабилитируемое лицо приобретает статус потерпевшего с его правами и обязанностями, в том числе с правом на возмещение вреда, причиненного преступлением. Это право, на наш взгляд, существует наряду с правом на возмещение вреда в порядке реабилитации, и потерпевший вправе сам выбирать, в каком порядке этот вред будет возмещен: в порядке реабилитации или в порядке гражданского иска в уголовном деле .

На вопрос о предложении ввести право регрессного иска государства к должностному лицу правоохранительного органа в случае реабилитации гражданина 44,8 % респондентов ответили отрицательно, 37,9 % – положительно, поскольку это привело бы к более ответственному выполнению своих должностных обязанностей (см. прил. 1). Такая ситуация говорит о том, что сами органы признают низким качество своей работы по уголовным делам, прекращенным по реабилитирующим основаниям, поэтому необходимо повышать уровень работы по данной категории уголовных дел, разъяснять правоохранительным органам, что на вынесении постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) работа не заканчивается, необходимо принимать меры к тому, чтобы лицу было понятно его право на возмещение вреда .

Архив Управления федерального казначейства в Алтайском крае за I квартал 2003 г .

(дело Ганчарук И.П.) .

Глава 3

Таким образом, подводя итог вышесказанному, отметим следующее:

Во-первых, для возникновения права на реабилитацию необходимо наличие правовых оснований, исключающих уголовную ответственность и свидетельствующих о невиновности лица, вовлеченного в орбиту уголовного процесса .

Во-вторых, условиями возникновения права на реабилитацию являются незаконное или необоснованное уголовное преследование и / или осуждение. Категории «необоснованность» и «незаконность» следует рассматривать в тесной взаимосвязи, поскольку они обе – проявление одного принципа, принципа законности в уголовном процессе .

В-третьих, между правом на реабилитацию и правом на возмещение вреда в порядке реабилитации существует временной отрезок, установленный законодателем для обжалования того или иного решения .

Поэтому основанием возникновения права на возмещение вреда в порядке реабилитации необходимо считать акт реабилитации, вступивший в законную силу .

В-четвертых, для возникновения права на возмещение вреда в качестве условия необходимо наличие только самого вреда .

В-пятых, признание реабилитируемого лица потерпевшим по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность должностных лиц в сфере уголовного процесса, означает, что оно (реабилитируемое лицо) в этом случае вправе выбирать, в каком порядке причиненный ему вред будет возмещен: в порядке реабилитации или в порядке гражданского иска в уголовном деле .

3.3. Субъекты права на реабилитацию .

Субъекты права на возмещение вреда в порядке реабилитации Необходимо отметить, что никто из всех известных нам авторов не разграничивает понятия «субъект права на реабилитацию» и «субъект права на возмещение вреда в порядке реабилитации». Между тем, по нашему мнению, это два разных статуса одного и того же лица, между которыми, как правило, существует, как мы уже отмечали, определенный временной отрезок, представляющий собой срок, предоставленный УПК РФ для обжалования (пересмотра) того или иного решения суда, прокурора, следователя, дознавателя .

3.3.1. Субъекты, имеющие право на реабилитацию

Субъект, имеющий право на реабилитацию, – это лицо, которое при наличии установленных законом оснований имеет право на признание его невиновным в инкриминируемом ему преступлении с вынесением соответствующего решения .

Основания и условия возникновения права на реабилитацию 61 Субъектами, имеющими право на реабилитацию, являются подсудимый, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, лицо, в отношении которого были применены принудительные меры медицинского характера .

Остановимся на каждом из них поподробнее. «Обвиняемый, по уголовному делу которого назначено судебное разбирательство, именуется подсудимым. Обвиняемый, в отношении которого вынесен обвинительный приговор, именуется осужденным. Обвиняемый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, является оправданным» (ч. 2 ст. 47 УПК РФ). Правильнее было бы сформулировать положение указанной статьи в следующей редакции: «Подсудимый, в отношении которого вынесен обвинительный приговор, является осужденным. Подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, является оправданным». Соответствующее изменение предлагаем внести в ч. 2 ст. 47 УПК РФ .

Повторимся, что право на реабилитацию возникает у подсудимого с момента установления обстоятельств, влекущих постановление оправдательного приговора по следующим основаниям: не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт (ч. 2 ст. 302 УПК РФ) .

Кроме того, право на реабилитацию имеет подсудимый, в отношении которого государственный обвинитель, а равно частный обвинитель, отказался от обвинения. Необходимо отметить, что ст. 133 УПК РФ указывает только на отказ государственного обвинителя, не предусматривая возможности реабилитации в случае отказа от обвинения частного обвинителя (ч. 3 ст. 246 УПК РФ). Такой вывод сделан нами, исходя из анализа п. 6 ст. 5 УПК РФ, в котором говорится, что «государственный обвинитель – поддерживающее от имени государства обвинение в суде по уголовному делу должностное лицо органа прокуратуры, а по поручению прокурора и в случаях, когда предварительное расследование произведено в форме дознания, также дознаватель либо следователь». Определение же частного обвинителя дано в п. 59 ст. 5 УПК РФ, так, «частный обвинитель – потерпевший или его законный представитель и представитель по уголовным делам частного обвинения» .

Кроме того, непонятно, должен ли быть отказ обвинителя от обвинения полным или частичным. В научной литературе все чаще появляются предложения относительно введения понятия «частичная реабилитация». Так, А.А. Подопригора под частичной реабилитацией в уголовном процессе предлагает понимать «признание незаконной или необоснованной части подозрения, предъявленного обвинения, либо Глава 3 осуждения лица, с последующим восстановлением его прав и свобод, ограниченных в данной части уголовного преследования, либо осуждения, а также возмещение вреда в той мере, в какой он был при этом незаконно или необоснованно причинен, при наличии требования данного лица о таком возмещении» 1 .

Известно, что ст. 133 УПК РФ предусматривает возможность возмещения вреда в случае частичной отмены вступившего в законную силу приговора суда. В этом случае право на возмещение вреда основывается на том, что если лицо претерпело лишения свыше той меры, которая назначена по приговору суда, оставленному в силе после отмены части этого приговора, тогда возникает вышеназванное право. Рассмотрим конкретную ситуацию. Некий гр. Н. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 105, 158 УК РФ. В надзорной инстанции приговор в части ст. 105 УК РФ отменен в связи с непричастностью лица к совершенному преступлению. Приговор в части ст. 158 УК РФ оставлен без изменений. В данном случае у лица возникает право на возмещение вреда в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности по ст. 105 УК РФ. Таким образом, по нашему мнению, определение понятия А.А. Подопригоры нуждается в уточнении, а именно: это признание незаконной или необоснованной части подозрения, предъявленного обвинения, либо осуждения лица, претерпевшего лишения сверх меры содеянного, с последующим восстановлением его прав и свобод, ограниченных в данной части уголовного преследования, либо осуждения, а также возмещение вреда в той мере, в какой он был при этом незаконно или необоснованно причинен .

Подозреваемый – лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, либо которое задержано в соответствии со ст. 91 и 92 УПК РФ, либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со ст. 100 УПК РФ (ст. 46 УПК РФ) .

При возбуждении, а затем при прекращении уголовного дела право на реабилитацию возникает, если установлены обстоятельства, влекущие прекращение производства по делу по пп. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пп. 1 и 4, 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ .

При задержании подозреваемого право на реабилитацию возникает в следующем случае. Согласно ч. 2 ст. 22 Конституции РФ «до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов». Из этого положения вытекает общее правило, предусматривающее обязанность освобождения задержанного подозреваемого на основании постановления дознавателя, следователя или прокурора (ч. 1 ст. 94 УПК РФ) .

Подопригора А.А. Реабилитация в уголовном процессе России: Дис. … канд. юрид .

наук. – Ростов н/Д, 2004. – С. 44 .

Основания и условия возникновения права на реабилитацию 63

Подозреваемый подлежит освобождению, если:

а) не подтвердилось подозрение в совершении преступления;

б) отсутствуют основания применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу;

в) задержание было произведено с нарушением требований ст. 91 УПК РФ .

В первом случае лицо освобождается, если до истечения предусмотренного законом срока задержания установлено, что оно не причастно к преступлению. Это же основание применяется, когда в результате расследования выяснится, что отсутствует событие преступления, по подозрению в совершении которого задержано лицо, или деяние, совершенное задержанным, не содержит состава преступления .

Второй случай освобождения имеет место, когда подозрение подтвердилось, однако в ходе расследования исключены обстоятельства, вызывающие необходимость дальнейшего лишения свободы задержанного, когда отсутствуют основания для применения к подозреваемому меры пресечения в виде заключения под стражу или истек срок задержания. Наконец, в третьем случае подозреваемый освобождается, если в действиях задержанного есть иной состав преступления, не влекущий наказание в виде лишения свободы, отсутствуют основания для задержания, указанные в ст. 91 УПК РФ, отсутствуют дополнительные условия возможности задержания при наличии иных данных, дающих основания подозревать лицо в совершении преступления .

Для реабилитации в уголовно-процессуальном смысле важен первый случай освобождения задержанного подозреваемого. В двух последующих случаях право на реабилитацию в уголовном процессе у подозреваемого не возникает, он имеет право требовать возмещения причиненного вреда в порядке гражданского судопроизводства .

Так, гр. Г. обратился в суд с иском о возмещении вреда в порядке реабилитации. Согласно требованиям, изложенным в исковом заявлении, он задерживался по ст. 91 УПК РФ по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ и с 22.04.2003 г. был помещен в ИВС. 15.07.2003 г. уголовное дело было прекращено за непричастностью лица к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ). Судом истцу в иске было отказано, поскольку «истец был задержан согласно ст. 91 УПК РФ на 48 часов для выяснения всех обстоятельств по письменному заявлению лица, указавшего на его причастность, …и следователем не вручалось истцу постановления о привлечении в качестве обвиняемого, а также к истцу не применялись меры пресечения, постольку суд не усматривает оснований для взысканий Глава 3 в пользу истца компенсации морального вреда» 1. Считаем, что данное решение суда должно было быть обжаловано по ст. 137 УПК РФ как незаконное, чего сделано не было. В результате права конкретного невиновного лица защищены не были, а потому нарушена ст. 6 УПК РФ .

Обвиняемый – лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого, вынесен обвинительный акт (ст. 47 УПК РФ). У обвиняемого право на реабилитацию возникает при установлении обстоятельств, влекущих прекращение уголовного преследования и / или уголовного дела по основаниям, указанным в пп. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пп. 1 и 4, 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ .

Осужденный – обвиняемый, в отношении которого вынесен обвинительный приговор (ч. 2 ст. 47 УПК РФ) 2. Он будет являться субъектом права на реабилитацию в случае выявления обстоятельств, влекущих полную или частичную отмену вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращение уголовного дела по реабилитирующим основаниям. Таким образом, для признания лица невиновным требуется и отмена приговора, и одновременное прекращение уголовного дела. При этом основаниями для отмены судебного решения, вступившего в законную силу, являются согласно ст.

409 УПК РФ:

а) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом предыдущих инстанций;

б) нарушение уголовно-процессуального закона;

в) неправильное применение уголовного закона;



Pages:   || 2 | 3 |



Похожие работы:

«|® Г ВР ДЮ ЕЖА f "Пяю вская СОШ" С.С.Пешая % ^П риказ № 48 от 01.09.2015 г. % г.Ь "15. ПРОГРАММА ОРГАНИЗАЦИИ ВНЕУРОЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ...»

«А.А.Чувакин Алтайский государственный университет, г.Барнаул Энциклопедическое издание как стимул научно-практической деятельности в филологии: в связи с завершением издания энциклопедического словаря-справочника "Творчество В.М.Шукшина" Реализация любого крупномасштабного проекта в области филологии всегда...»

«Лекция №4 Направления информатизации государственного управления Целевая установка: 1. Дать характеристику терминам Федеральных законов в области информационных технологий.2. Раскрыть основное со...»

«Сенина Юлия Леонидовна КАТЕГОРИЯ ВОЛИ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ (В АСПЕКТЕ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ СДЕЛКИ) 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Авто...»

«"УТВЕРЖДАЮ" Директор Рубцовского института (филиала) АлтГУ К.Г. Анисимов "" _ 2014 г. ПРОГРАММА вступительного испытания для поступающих на специальность среднего профессионального образования 40.02.02 "Правоохранительная деятельность" Психодиагностическое обследование с целью профессионального отбора по специальности "Правоохр...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "НОВОСИБИРСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРС...»

«Изготовитель оставляет за собой право вносить изменения в конструкцию и принципиальную схему изделия, не ухудшающие его характеристик. СОДЕРЖАНИЕ 1. Назначение 2 . Комплект поставки 3. Технич...»

«Т.А. КОРОЛЕВА ДОКУМЕНТИРОВАНИЕ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ САНКТ-ПЕТЕРБУРГ УДК 1 Королева Т.А. Документирование управленческой деятельности. Учебное пособие . – СПб.: изд. СПбГУКиТ, 2013. – 94 с. Освоение данной дисциплины направлено на форм...»

«МИНИСТЕРСТВО ПРИРДНЫХ РЕСУРСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА Е.П. Кузьмичев Э.С. Соколова Е.Г. Мозолевская БОЛЕЗНИ ДРЕВЕСНЫХ РАСТЕНИЙ Справочник Том I БОЛЕЗНИ И ВРЕДИТЕЛИ В ЛЕСАХ РОССИИ Москва УДК 630.44(075.8) ББк 44.7 Кузьмичев Е.П., Соколова Э.С., Мозоле...»

«Дело Совтрансавто-Холдинг против Украины ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА РЕШЕНИЕ 25.07.2002 Дело Совтрансавто-Холдинг против Украины Заявление N 48553/99 (Неофициальный перевод с французского языка. Публикуется с сокращениями) Принимая во внимание вмешательство органов государственной исполнит...»

«Приложение № 1 к запросу предложений № 8 от 25 мая 2012 г. на фирменном бланке Участника В конкурсную Исх. № _ Дата комиссию ОАО "НЭСК" ЗАЯВКА НА УЧАСТИЕ В ОТКРЫТОМ ЗАПРОСЕ КОТИРОВОК (ПРЕДЛОЖЕНИЙ) № 8 от 25.05.2012 г. НА ПРАВО ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОГОВОРА ОБ ОТКРЫТИИ НЕВОЗОБНОВЛЯЕМОЙ КРЕДИТНОЙ ЛИН...»

«Общие сведения об учреждении Полное наименование образовательного учреждения в соответствии с Уставом: Муниципальное бюджетное учреждение дополнительного образования "Детско-юношеская спортивная школа" Акбулакского района Оренбургской области Государст...»

«АННОТАЦИЯ РАБОЧЕЙ ПРОГРАММЫ ДИСЦИПЛИНЫ ОГСЭ.05 ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА Уровень основной образовательной программы базовый Специальность 40.02.01 Право и организация социального обеспечения _ Форма обучения очная Факультет Колледж Алтайского государственного университета Отделение-разработчи...»

«Разуваева Наталья Ивановна Подбор и аттестация кадров органов внутренних дел (административно-правовые и организационные аспекты) Специальность 12.00.14 – Административное право; административный процесс ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: кандидат юр...»

«1.Оценка образовательной деятельности 1.1.Общая характеристика дошкольного образовательного учреждения Адрес образовательного учреждения Юридический: 455047, Челябинская область, город Магнитогорск, ул. Советская, дом 168, корпус...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Юридический факультет Кафедра уголовного права, процесса и криминалистики Н.А. Ременных Уголовно-исполнительное право Российской Федерации Учебно-методический комплекс г....»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "НОВОСИБИРСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ, НГУ) Юридический факульт...»

«ШЕВЧЕНКО ГАЛИНА НИКОЛАЕВНА ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЭМИССИОННЫХ ЦЕННЫХ БУМАГ Специальность 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук Томск Диссертация выполнена на кафедре гр...»

«Памятка о соблюдении правил ценообразования Данная памятка разработана в связи с установлением "плавающего" курса российского рубля, с целью предупреждения неправомерного завышения цен на товары народного потребления и соблюдения Закона ДНР "О защите прав потребителей", ориентирована на правомерное поведение субъектов хозяйствования...»

«РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ "Земельное право" направления 030900.62 Юриспруденция Новосибирск 2014 1 . ОРГАНИЗАЦИОННО-МЕТОДИЧЕСКИЙ РАЗДЕЛ 1. Цель и задачи изучения дисциплины Целью освоения учебной дисциплины "Земельное право" является получение бакалаврами комплексных знаний об основн...»

«Покровская, В. В. Таможенное дело : учебник для бакалавров / В. В. Покровская. — М. : Издательство Юрайт ; ИД Юрайт, 2012. — 731 с. Содержание Принятые сокращения. Предисловие Глава 1. Сфера таможенной деятельности Основа таможенной системы гос...»

«1 Проблемы доступа на современном этапе к документам личного происхождения, содержащим сведения конфиденциального характера. (Из опыта работы ЦГАЛИ СПб). Право на доступ к информации – это одно из базовых прав человека, закрепленных в Конституции Российской Ф...»








 
2018 www.new.z-pdf.ru - «Библиотека бесплатных материалов - онлайн ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 2-3 рабочих дней удалим его.